Марти Стьюшный Аддамс в Хогвартсе - Василий "Woolfo" Мана-мана
Ученики, привыкшие к его показным победам, теперь были в растерянности. Монстры из кошмаров, которых он якобы победил, начали возвращаться — настоящие, созданные тёмной магией. Они кружили вокруг Локхарта, который стоял с открытым ртом, не в силах произнести ни одного заклинания.
Ученики, парализованные страхом, наблюдали за происходящим, не в силах пошевелиться. Но постепенно осознание того, что Локхарт бессилен, заставило их действовать.
Постепенно школьники начали объединяться. Понимая, что они все еще во сне, они стали придумывать себе не существующую у них в реальности силу. В один миг испуганные дети стали становиться другими людьми, теми в кого они больше всего верили. Те, кто надел мантию Дамблдора, создавали защитные круги. Те, кто представил себя вечно лечащий их Мадам Памфри, помогали раненым. А те, кто впечатлялся трансформацией Макгонагалл и одел ее шляпу на свою голову, пытались отвлечь монстров созданными животными.
— Смотрите-ка, как они сплотились!
Усмехнулся я, наблюдая за происходящим через магический кристалл.
— Не ожидал, что они так быстро найдут лазейку.
— Это впечатляет.
Заметила Гермиона, внимательно следя за тактическими манёврами учеников.
— Они используют продвинутые защитные чары, о которых многие даже не слышали.
Но чем больше они поддавались своим страхам, тем отчётливее менялись декорации вокруг. Коридоры Хогвартса начали искажаться, стены покрылись ржавчиной, а пол превратился в металлический настил. Ученики с ужасом осознали, что оказались в котельной — том самом месте, где жил их самый жуткий ночной кошмар.
— О, вот это поворот!
Воскликнул Невилл, вжавшись в кресло.
— Теперь всё становится по-настоящему интересным.
Монстры, терзавшие их во сне, растворились в воздухе, словно их никогда и не было. Вместо них в темноте котельной замаячила знакомая фигура в полосатом свитере и потрёпанной шляпе. Фредди Крюгер, настоящий, не иллюзорный, медленно приближался к ним, его обожжённое лицо искажала ухмылка.
— Он выглядит даже страшнее, чем я ожидал.
Пробормотал я, потирая руки.
Теперь страх стал осязаемым. В котельной каждый шорох, каждый скрип металла отзывался в сердцах школьников ледяным холодом. Взгляд Крюгера двигался между ними, словно хищник среди загнанной добычи, выбирая следующую жертву. Его перчатка с острыми когтями оставляла на стенах зловещие царапины, а скрежет эхом отражался от металлических стен.
— Они в серьёзной опасности.
Обеспокоенно произнесла Джинни, кусая губу.
— Нужно что-то предпринять.
Ученики поняли — здесь, в его владениях, их магия почти бессильна. Им придётся полагаться не только на заклинания, но и на собственную смекалку, храбрость и взаимовыручку. Потому что, только объединившись, они могли надеяться на спасение из этого кошмара, который стал куда более реальным, чем любой сон.
— Не волнуйся так.
Успокоил я её.
— Я всё держу под контролем. Никто не пострадает… слишком сильно.
Гермиона нахмурилась, но ничего не сказала. Она знала мой характер и понимала, что спорить бесполезно.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
Тихо произнесла она, не отрывая взгляда от кристалла, где разворачивалась настоящая драма.
Коридоры Хогвартса в кошмаре окончательно рассыпались, превратившись в ржавый подвал котельной. Фредди Крюгер сделал ещё один шаг вперёд, и его когти с металлическим скрежетом прочертили глубокие борозды на стене. Ученики, до этого момента пытавшиеся держаться вместе, в панике бросились прочь по внезапно возникшему узкому коридору.
Споткнувшись на ровном месте, Локхарт остался лежать на холодном металлическом полу — беспомощный и растерянный. Он пытался произнести хоть одно заклинание, но голос дрожал, а палочка безжизненно повисла в руке.
— Нет… это не может быть правдой…
Бормотал он, глядя вслед убегающим ученикам.
— Я же… я же герой…
Призраки настоящих волшебников, вызванные нами ранее, не покинули Локхарта. Они обступили его плотным кольцом, скрестив полупрозрачные руки. Их лица, обычно добродушные, теперь были суровы.
— Ты присвоил наши подвиги.
Произнёс один из них глухим, как звон погребального колокола, голосом.
— Теперь ты узнаешь, каково это — оказаться по‑настоящему бессильным.
Тем временем коридор, по которому мчались школьники, то сужался до размеров щели, то расширялся в огромные залы с ржавыми трубами, изрыгающими клубы пара. В темноте раздавалась детская считалочка. Пока одни слышали только голоса, другие беглецы увидели за проносящимися решетками улицу, на которой играли маленькие девочки в белых платьицах.
«Раз, два, Фредди заберёт тебя,
Три, четыре, запирайте дверь в квартире,
Пять, шесть, Фредди хочет всех вас съесть,
Семь, восемь, Фредди к вам придёт без спроса,
Девять, десять, никогда не спите, дети»
Фредди не торопился. Он наслаждался каждой минутой их страха. Его силуэт возникал то тут, то там — иногда лишь тень, иногда вплотную приближаясь, проводя когтями по спинам, но не нанося смертельных ран. Это была игра.
Постепенно группа распалась на маленькие кучки. Трое первокурсников свернули в боковой проход и оказались в тупике — стены начали медленно сдвигаться. Четверо учеников из Гриффиндора попали в комнату с зеркалами, где каждый отражённый образ превращался в копию Фредди, повторяя считалку хором. Группа из пяти человек оказалась на мосту над бездонной шахтой — мост трещал и крошился под их ногами.
Но вот беглецы, петляя по лабиринту, сами того не заметив оказались на свалке старых автомобилей. Укрывшись за перевёрнутым «Фордом», дети затаили дыхание. Ржавый металл и торчащие пружины создавали иллюзию защиты, но каждый шорох заставлял их вздрагивать. Считалка затихла, но тишина оказалась ещё страшнее — в ней слышалось медленное шарканье подошв по земле. Фредди искал их, наслаждаясь ожиданием.
Вдруг за грудой искорёженного металла проступил его силуэт. Он стоялна открытойплощадке, закинув голову к ночному небу, раскинув руки, словно впитывая атмосферу ужаса. Его обожжённое лицо исказила странная полуулыбка — не злобная, а почти… благодарная.
— Он… он не нападает.
Прошептал один из гриффиндорцев.
— Может, это ловушка?
Дрожала девушка из Когтеврана.
После короткого совещания дети решили атаковать. В них ещё тлела искра надежды — вера в силу заклинаний, в защиту Хогвартса, в то, что кошмар можно остановить. Они поднялись, сжимая палочки, и хором выкрикнули самые сильные заклинания, о которых слышали:
— Инкарцеро!
— Конфринго!
— Экспеллиармус!
— Бомбарда!
Вспышки света разорвали полумрак. Заклятия ударили в Фредди, окружив его вихрем огня и цепей. Казалось, что он побеждён — фигура рассыпалась, оставив после себя лишь глубокую воронку в земле.
