Бремя свободы - Дмитрий Шебалин
Говорит он правду или лукавит — это не так уж и важно. Эту информацию он мне не даст. Ведь я ещё не расплатился за уже полученную.
— По условиям Гермеса мне будет запрещено вести запись. Но никто не помешает рассказать тебе о том, что я там увижу. Будем считать, что этот рассказ и станет моей ответной услугой тебе за сегодняшнюю информацию. Ты согласен?
— Вполне, — кивнул он и встал с места. — Что ж, вредный ужин съеден, время для пробежки упущено. Если не потороплюсь домой, то рискую нарушить и тайминг по сну. Хоть что-то же я должен сделать из плана, разработанного Ваном. Он ведь так старается…
Неофициальный глава неофициальной гильдии махнул мне рукой и, развернувшись, зашагал по тротуару.
— Орфей, — окликнул его я. — Ты ничего не забыл?
— Точно, — не оборачиваясь, сказал он и звонко щёлкнул пальцами. — Готово.
«Герой Орфей предлагает вам принять 2 глобальных очка.»
Запрос я акцептовал, но на всякий случай проверил баланс. Кто его знает, на какие фокусы способен этот пройдоха.
— Спокойной ночи! — услышал я.
— И тебе.
Вернувшись той же дорогой домой, я ещё раз проштудировал документацию. Предложение Орфея поторговаться показалось мне не лишённым смысла. Поэтому я внёс несколько правок, после чего отправил проект контракта обратно. А чтобы ускорить процесс, следом отправил Макрису сообщение с напоминанием о срочности оформления моего пропуска в Лужники. Получив в ответ «видел, занимаюсь», со спокойной совестью завалился спать.
Мои правки согласовали к обеду следующего дня, и я даже немного расстроился, что не попросил больше кредитов. С другой стороны деньги — не самое важное для героев. А свой главный запрос я решил озвучить уже при личной встрече с Алексеем. Правда, её ещё нужно было назначить.
— Слушаю тебя, — голос в трубке был всё такой же усталый.
— Я готов подписать договор. Как на счёт того, чтобы встретиться?
— Просто поставь цифровую подпись. К чему эти архаизмы?
— За этими наборами блокчейнов не видно людей. А я хочу, чтобы наше партнёрство скрепляли не только случайные наборы символов. В конце концов, когда речь шла про твою дочь, ты предпочёл личный контакт, а не безликий обмен данными.
— Я понял. Но у меня очень плотный график. Если хочешь завтра попасть по назначению, то у тебя есть два часа, чтобы добраться сюда. Я предупрежу людей внизу, тебя проводят.
— Тогда выезжаю.
* * *
В кабинет замглавы гильдии меня и правда проводили. Без почестей, можно даже сказать, инкогнито. Но мне лишнего внимания и не нужно. Зато подали чай с россыпью дорогих конфет, что уже хорошо. Макрис появился практически тут же. Он бесцеремонно отодвинул вазочку со сладостями, а на её место водрузил кипу бумаг. Пошарив по столу и не найдя искомого, он полез в карман своего пиджака и выудил оттуда ручку. Её он положил на стопку бумаг, после чего откинулся на спинку кресла и сказал:
— Подписывай.
— Вот так, без прелюдий? — удивился я.
— А что ещё требуется? Это деловое соглашение, а не брачный обет.
— Не всё можно перенести на бумагу. Особенно, если это официальный договор с гильдией. Во-первых, я хочу убедиться, что наша договорённость по его последующему расторжению в силе. И ни ты, ни другие представители Гермеса не будут заниматься крючкотворством и поиском лазеек, чтобы осложнить этот шаг.
— Можешь не сомневаться, даю слово.
— Ну а во-вторых, за свою услугу я хотел бы получить кое-что ещё.
— Этого я и боялся. Разыгравшийся аппетит — это то, из-за чего рушится большинство договорённостей. Не думал, что ты поступишь так же. Жаль.
— Скорее я просто узнал некоторые подробности. О том, что я вообще ничего не получу за ключевой сценарий.
— Ты получаешь доступ к сингулярности…
— И небольшую надбавку за риск, — дополнил его я.
— Насколько небольшую? — в голосе Алексея появилось раздражение.
— Четыре глобальных очка.
— Это много. Максимум что могу предложить — два. Если не согласен, считай, что нашего разговора не было.
— Идёт. В смысле согласен на два. Так когда я могу попасть в Лужники?
— Если перестанешь тратить моё время и наконец подпишешь документы, то завтра утром.
— Отлично. Сейчас только ещё раз прочитаю…
Алексей на это обречённо закатил глаза и потянулся за конфетой.
* * *
Несмотря на понастроенные в Москве небоскрёбы центральный стадион столицы по-прежнему впечатлял своей монументальностью. Большой, величественный и не такой безликий, как большинство современных сооружений, сплошь покрытых слоем глянцевого стекла. Московский Коллизей, где сотни раз собиралась огромная толпа, жаждущая спортивных (и не только) зрелищ. Но всё это было ещё до того, как в руки людям попало новое увлечение. Да и сам стадион в Лужниках уже более трёх лет не использовался по своему прямому назначению. А его антураж начисто портили многочисленные ограждения, контрольно-пропускные пункты и толпы вооружённых людей, снующих туда-сюда. Будто на армейскую базу попал.
Меня трижды обыскивали, ещё чаще я проходил через рамки-детекторы, но к такому пристальному вниманию я подготовился заранее. Ничего предосудительного в моих карманах не было, а необычная серёжка, как ей и положено, разместилась в моём ухе. Вот уж не думал, что когда-нибудь стану его себе прокалывать. Но ради дела не жалко.
В сопровождающих у меня был человек из Гермеса, который с пугающей регулярностью вступал в переговоры с местными бюрократами и военными, предоставлял им какие-то бумаги и разрешения и отвечал на их вопросы. На последнем рубеже, ему так и вовсе пришлось звонить Алексею, чтобы тот по видеосвязи подтвердил всё ранее сказанное, а после ввёл пароль доступа Гермеса на своём личном устройстве.
И всё это для того, чтобы на маленьком табло впереди меня вместо красного крестика загорелась зелёная галочка. Железные створки раскрылись, и я смогу войти внутрь последнего периметра.
Пройдя по коридору добрую сотню шагов, я так и не очутился на бывшем когда-то футбольным поле. Крытая галерея вела прямиком к нужному месту и оканчивалась под куполом из чёрного непрозрачного стекла, которым, видимо, укрыли столь ценную вещь — небольшую, висящую в воздухе брешь в реальности.
Ни форму, ни цвет я определить не мог. Мозг отказывался присваивать эпитеты этому проявлению иррациональности.
