Моя Академия 7 - Евгений Син
— Не устаю восхищаться обучением в Академии, — произносит женщина без намека на зависть. — Для нас это как другой мир, другие возможности. А пообщаться с юным магом и посмотреть на магический мир его глазами — вдвойне приятно.
Тут Мария Львовна тоже говорит вполне искренне. Для себя тоже делаю некоторые выводы. Самое интересное, что большая часть неодарённых — именно с моей точки зрения, не с общепризнанной — неодарёнными, по сути не являются. Просто их уровень магического заражения, как выражаются местные, недостаточен для формирования такой мистической вещи, как личный источник. Но магия в их организмах всё равно присутствует. Я это отлично понимаю только из-за двойственности своего опыта — и делиться им, в общем-то, не считаю нужным. Взаимодействовать с магией внутри себя обычные люди, вроде как, не могут. Правда в этом я тоже не до конца уверен. Скорее, не считают это важным.
Когда я лежал в госпитале, в информере мелькали видео, где обычные люди, по утверждениям авторов этих роликов, зажигали и гасили свечи движением одной руки. Может быть, таким образом снимавшие просто эксплуатировали вековую мечту обычных людей? Либо вариант поинтереснее — все люди здесь вполне могут встать если не вровень, то где-то неподалеку с магами. Особенно при наличии мотивации. Насколько это правдивые ролики, я не проверял. Эта тема очень быстро перестала меня интересовать — ровно с того момента, как я узнал, что сам являюсь магом. Вот только та же Ариадна до встречи со лже-Кольцовым, магом точно не являлась…
Глава 22
Приступаю к работе
Комната, которую мне выделяют для ночевки, находится этажом выше. Наверх меня провожает привратник. Толкаю тяжелую дверь, и мы заходим в огромное пространство с высокими потолками. Такого точно не ожидал — будто оказываюсь совсем в другом времени. Прямо посреди комнаты старинная, скорее даже антикварная кровать с балдахином из плотной тёмной ткани. Рядом, практически в паре метров, массивный шкаф с резными створками. Потемневшее дерево, кованные петли — раньше что-то подобное видел только в музеях.
Перед кроватью стоит стол, за которым, если поставить его отдельно, можно спокойно проводить совещания — за ним с лёгкостью поместится человек десять, не меньше. Под стол задвинуты монструозные стулья. Хотя стульями эти широкие троны назвать сложно, выполнены искусно и тоже щедро украшены резьбой. Всё массивное, резное, потемневшее.
Даже паркет на полу далеко не простой: он набран из разных пород дерева, за счет чего, под ногами образуется красивый, вполне себе художественный рисунок — какой-то неизвестный мне символ.
В дверной замок вставлен огромный старый ключ. Сначала мне кажется, что он тут только для интерьера.
— Комната замыкается изнутри, — поясняет пожилой мужчина.
Пробую повернуть ключ — получается. Делаю пару оборотов сначала в одну сторону, потом в другую. Конечно, приходится приложить силу, но замкнуться на ночь и правда смогу. Не уверен, что мне это актуально — все же в новом месте у меня снова пробуждается подсознание, но, пусть.
Стены внутри обиты серой тканью, возможно, это гобелены — в неровном свете пары ламп сложно сказать.
Единственное, чего не хватает в этом месте для полной гармонии — камина и пары кресел.
В комнате каждая вещь дышит историей, так же как и весь замок. Подхожу к узкому окну с толстыми стёклами. За окном поздняя ночь — подсветку здания уже выключили.
Привратник делает приглашающий жест, и я не сразу понимаю, что он хочет показать мне еще одну комнату. Чего-чего, а подобного никак не ожидал. Прохожу в распахнутую передо мной дверь и попадаю в кабинет. Мысленно усмехаюсь: а вот и камин с креслами. У стены небольшой рабочий стол с конторкой. Сейчас он мне, конечно, без надобности, но сам факт. Вообще, подозреваю, что это место — не совсем гостевая комната, как было заявлено ранее. Скорее, комплекс комнат предназначен для кого-то из друзей или родственников Марии Львовны. Слишком уж сложные подходы к этому месту и надежная защита. Навряд ли так переживают за обычных гостей.
Мужчина терпеливо ждет, пока я осмотрюсь и загляну чуть ли не в каждый угол. После этого без слов провожает меня обратно в главную комнату. Возле огромного шкафа обнаруживается небольшая дверца. Так сразу её не заметишь — она практически в цвет стены. Старикан распахивает дверь и приглашает меня войти.
Как и думал — тут у нас туалетная комната с таким же антикварным наполнением. Старинное толстое зеркало, вычищенная до блеска бронзовая ванна с металлическими кранами и ручками. Полы каменные, окно такое же узкое и вытянутое, как и в других комнатах.
Мужчина поворачивает краны — оттуда льётся вода. Всё прекрасно работает.
— Спасибо, — благодарю привратника. Тот просто наклоняет голову. Буквально считываю в его позе немой вопрос: «Ещё что-нибудь нужно?» — Вы можете идти, — добавляю.
Мужчина с достоинством кивает и уходит. Не смотря на поздний час, он никак не показывает своего раздражения или усталости. Видимо, и правда работает тут очень много лет.
Привожу себя в порядок. Туалетная комната хоть и старинная, но неожиданно удобная. Одежду складываю вместе с револьвером и всеми ножами в сбруе-невидимке, кладу под руку. Как бы то ни было, но с этими доброжелательными людьми мы знакомы всего один день — расслабляться не стоит. Понятно, что я нужен им живым и здоровым, только с револьвером под боком как-то спокойнее.
Возвращаюсь в теплую спальню. В воздухе стоит лёгкий приятный запах сгоревшего дерева. Поднимаю тонкую невесомую ткань первого полога, касаюсь кровати. Постель заправлена, а перина такая, что рука уходит в неё по запястье.
Придраться здесь особо не к чему — ночую в самом настоящем доме-музее. Теперь ухмылка Прокофьева вместе со словами «раз уж тебе без разницы, где ночевать» приобретает совсем другой смысл. Ожидания и реальность крайне разнятся. Думал, приведут меня в захудалую комнатку «без окон и дверей», а тут целая часть культуры. Убранство помещения восхищает. Если сравнивать помещение с моими попытками проявить ванную комнату и кабинет в моей каморке… нет, лучше не сравнивать. Обаяние антиквариата неожиданно бьёт моё представление об удобстве с разгромным счётом. Всё-таки те, кто строил замок, неплохо понимали в комфорте. А
