Отморозок 7 (СИ) - Поповский Андрей Владимирович

— Хорошо. — Принял решение Уотсон — Готовьте пациента к переправке через океан. Пора его доставить Национальный военно-морской медицинский центр в городе Бетесда, штат Мерилэнд. Я думаю, что там его быстро смогут поставить на ноги.

В ожидании новых глав седьмой части, вы можете почитать мой полностью законченный цикл «Каратила»: https://author.today/work/232258

Глава 2

Открываю глаза и вижу ослепительно белый потолок. Смотрю по сторонам. Небольшая, но вполне уютная комната. Широкое чистое окно с открытыми вертикальными жалюзи. На стене висит пейзаж каких то заснеженных гор. Рядом тихо гудят и пикают многочисленные, явно медицинские приборы. Нет, это точно не просто комната, а скорее больничная палата. Ничего, вполне миленько так, но несколько старомодно и архаично. Если приглядеться, то лет на двадцать, никак не меньше, а то и побольше. Крепко меня взрывом приложило, однако. Судя по ощущениям, ноги и руки целы, пальцы и там, и там вроде шевелятся, но как-то вяло и словно нехотя, словно не мои. В голове, туман и постукивают маленькие звонкие молоточки. Свою морду лица не вижу, но могло и опалить, все-таки вспышка была очень сильной. Хорошо глаза в порядке, вижу все четко. Интересно, а смогу ли я сейчас встать?

Тут же пытаюсь осуществить задуманное, и, опираясь на руки, поднимаю свое непослушное и как будто чужое тело на койке. Ой, как плохо-то. Голова закружилась и меня сразу даже замутило. От медицинских приборов к моему телу тянутся какие-то непонятные провода. Сейчас они мне только мешают. На хрен! С трудом спускаю ноги на пол и отдираю провода от себя. Прибор на стойке рядом начинает тревожно мигать и пищать. Блин, как раздражает! Треснуть бы по нему кулаком, но я же не вандал какой-то. Да и не смогу я сейчас треснуть кулаком нормально, как будто мне не пятьдесят четыре, а, по меньшей мере, девяносто четыре года.

Обращаю внимание на то, что от моего члена тянется прозрачная трубочка к прикрепленному к койке пакету, наполненному наполовину мочой. Охренеть! Что это? У меня что то с почками? Вроде бы так делают, когда больной не может подняться с койки и долго находится без сознания. Тогда медперсонал ставит пациенту специальный катетер и мочеприемник. Тогда получается, что я пробыл без сознания очень долго.

Куда же меня все таки определили? В Склиф, наверное. Хотя, вряд ли. Склиф при Собянине полностью отремонтировали и напичкали новым оборудованием. Значит куда-то в другое место. Помню только взрыв и больше ничего. Но главное, я жив, а с остальным разберемся Что твари, думали разнести меня на атомы? А вот и хрен вам на воротник! Я вам всем еще покажу, дайте мне только немного оклематься, и вам, гнидам, небо с овчинку покажется.

Тут ко мне в палату влетает какое-то юное очаровательное создание и почему-то на чистом английском начинает верещать.

— Пациент, вам нельзя вставать! Немедленно лягте в койку. Зачем вы сорвали с себя датчики? Не трогайте катеттор, вы можете причинить себе вред!

Хренасе! Меня что, вывезли заграницу? Мучительно пытаюсь собрать свои мысли в кучку. У меня и так в голове играет целый оркестр, а тут еще эта пигалица в белом халате так громко разоряется. Нет, ну могли, конечно, и вывезти. Если пацаны вовремя суетнулись, то мою бренную тушку могли быстро погрузить на частный самолет и ломануться в Европу, или в Израиль, чтобы те, кто взорвал меня в машине, потом в больнице не добили. Умно! Хотя, какая еще заграница? Сейчас, после начала СВО, для нас Европа закрыта. Но могли вывезти и через Турцию.

Слабо улыбаюсь причитающей медсестре и, с трудом подняв руку, успокаивающе машу ей, отвечая тоже по английски.

— Ну, все, все, ложусь. Я же не знал, что вы меня как в матрице проводами и шлангами опутаете, еще немного и почувствую себя как Нео. — Не удерживаюсь от ехидства, но потом подмигиваю и делаю комплимент девушке — Очнувшись в этой палате, я уж думал, что оказался в чистилище, но увидев вас, сразу понял, что точно попал в рай.

— Ложитесь пациент. Вам категорически нельзя вставать. — Не обращая внимания на мои попытки хохмить, медсестра ловко укладывает меня назад, и присоединяет обратно провода, которые я буквально вот только что с себя сорвал. — Я сейчас позову доктора.

— Да, позовите, пожалуйста. — Послушно киваю и, оказавшись в лежачем положении, начинаю проваливаться обратно в липкую сонную одурь. Но, кое-что вспомнив, уже засыпая прошу. — И принесите, пожалуйста, мой мобильник, мне потом нужно будет сделать пару звонков в Россию.

Снова открываю глаза. Та же палата, все так же раздражающе пикает медицинское оборудование. Около окна стоит женщина и тщательно протирает пыль с подоконника. Это совсем не та давешняя красотка. Эта значительно старше и ее уже не назвать юным прекрасным созданием. Смуглая, полная, с толстыми ногами и широким тазом. Похожа на мексиканку. Я их, в свое время, достаточно насмотрелся. Приветствую женщину на весьма приличном испанском.

— Здравствуйте сеньора! Хороший сегодня денек, не правда ли?

Женщина оглядывается и, улыбнувшись, отвечает на том же языке.

— Да, денек выдался на славу, но солнце печет немилосердно. Я сейчас позову доктора. Она просила сказать, когда вы проснетесь.

— Да, пора бы наконец познакомиться с врачом. — Говорю ей, и вспомнив, еще раз прошу. — Мне срочно нужен мой телефон, чтобы позвонить в домой друзьям и сказать, что у меня все в порядке.

— Да, да. Сейчас я позову Линду.

Кивает мексиканка, проигнорировав мою просьбу о мобильнике и, семеня короткими толстыми ножками, выходит из палаты. Ну да ладно, попрошу свой телефон у доктора. Судя по всему — это женщина. Ничего страшного, я не мужской шовинист вроде Позднякова, и верю, что женщина может быть вполне приличным врачом.

— Здравствуйте! Как вы себя чувствуете?

В палату с улыбкой входит эффектная блондинка слегка за тридцать одетая в обычный больничный синий костюм медперсонала (scrubs), удачно облегающий ее ладную фигуру. Мои глаза сразу автоматически цепляются за длинные стройные ноги. Поднимаюсь взглядом выше. Высокая грудь-двоечка под тонкой тканью, распущенные по плечам длинные платиновые волосы, внимательные голубые глаза и несколько высокие скулы. На груди пристегнут бэджик, но что там написано не разберу, в глазах немного двоится. В целом женщина, что надо, но есть в ней что-то хищное. Такая, откусит голову и не поморщится. С ней надо быть поаккуратней. Хотя, а чего мне опасаться? Я же здесь как пациент, а не в ином статусе. Интересно, все же, куда это я попал? Судя по некоторым косвенным признакам, это Штаты. Или, все-таки, Израиль? Мексиканка из обслуживающего персонала в Израиле? Маловероятно. Все таки Штаты? За окном явно не зима и растительность вся в зелени. Прекрасно помню снег и лед под ногами, когда шел к своей машине. Надо бы прояснить вопрос местонахождения, да и другие неплохо бы. Где я и как здесь, черт возьми, оказался?

— Здравствуйте. — Вежливо отвечаю ей. — Чувствую, как будто в меня грузовик врезался, и в голове целый оркестр играет, а так вроде нормально, учитывая, что со мной произошло.

— Меня зовут Линда Браун и я ваш лечащий врач, — женщина с широкой улыбкой подходит к моей койке. — Не переживайте, мы вас скоро поставим на ноги.

— Очень приятно Линда! А я Сергей, — киваю ей и добавляю, — Ну вы, наверное, это уже знаете из истории моей болезни.

— Взаимно, Сергей. — После небольшой заминки кивает Линда и присаживается рядом на стул, вытягивая свои прелестные ножки обутые в удобные мягкие пушистые тапочки. — Давайте проведем с вами маленькое интервью. Ранее мы не могли пообщаться, так как вы были без сознания, и теперь нужно восполнить этот пробел.

— А как долго я был без сознания? — Уточняю я.

— Достаточно долго. — Женщина задумалась, наморщив лоб. — Насколько я помню, чуть более трех месяцев.