Метка Дальнего: Чужие Долги - Александр Кронос

Схватиться за лежащий около его ног топор он успел. Даже выпрямился. А потом я всё-таки метнул копьё. И попал!

Не слишком точно — хотел в грудь, а оно вонзилось в брюхо. Но противнику этого с лихвой хватило. А я уже выскочил из темноты, сжимая в руках трофейный ржавый топор.

— Харги-тап? — взвизгнул один из оставшихся на ногах врагов. — Ты ж у раборговцев! Как выбрался?

Прищурить глаза. Прыгнуть так, чтобы стоять спиной к огню. Удар. Сталь рассекает руку чуть выше локтя.

Кричит, коверкающий слова, гоблин. Звенит упавший на бетон поварской тесак. Теперь вперёд. Поднять топор. Обрушить вниз. Да ладно! Застрял в черепе?

Ну хорошо. Упереться ногой. Рвануть на себя. Вот и всё — оружие снова у меня.

— Пощади, — о как, лидер группы подземных отщепенцев был ещё жив. — Ты ж понимаешь, мне надо было вернуть долг. А ты всё равно башкой жахнулся.

Слабовато в него копьё воткнулось. Гляди, какие длинные фразы выдаёт. Но ничего — мы это сейчас поправим. Я, топор и звериные инстинкты в моей новой голове.

Удар. Хруст. Ударивший в нос запах. Ну вот и всё. Минус компания гоблинов. Секундочку — а где шестой?

Запах приводит к одному из двух выходов, ведущих в коридоры. Сбежал. Но сил преследовать его, у меня нет. Для начала надо восстановиться.

Оглядываюсь. От жареной рыбы остались только кости около костра. Но должна же тут ещё быть еда?

Шаг. Второй. Кружится голова. Ноги подкашиваются. Новый прилив сил, который дал шанс выиграть бой, окончательно исчерпан. Едва не падаю — приходится опереться на топор. Такая себе, трость, если начистоту.

Коктейль ароматов бьёт в нос, заставляя морщиться. Потом к нему добавляется ещё один запах. И я слышу тихий писк из угла комнаты

Глава IV

Не зря тот гоблин опасался крыс. Я бы на его месте, тоже не хотел бы вступать с ними в схватку. Особенно в таком состоянии, как сейчас. Сразу два десятка крупных грызунов, несколько из которых были в высоту мне по щиколотку — не самый лёгкий противник.

Но и сами крысы бросаться в атаку не спешили. Зачем, если рядом есть сразу пять трупов, которые уже точно не дадут сдачи.

В итоге, ситуация разрешилась полюбовно. Я не спеша обошёл комнату, собирая то, что казалось необходимым, а они перебегали от одного тела к другому. Каждый раз начиная грызть то, что было максимально далеко от меня.

Раз десять я думал, что прямо сейчас свалюсь. Дважды и правда почти навернулся. Выручала только опора на топор и чёткое понимание, что при таком раскладе, меня точно сожрут.

Сам не знаю, как у меня хватило выносливости. Мало того, что не упал, так ещё и выбрался в коридор, таща за собой вонючее и завязанное на одном конце одеяло. Со всеми найденными «ценностями» внутри.

Идти и волочь его за собой было тяжело. Но я упорно шагал вперёд. Стискивая зубы, напрягая мышцы и отчаянно давя инстинкты, которые кричали, что надо немедленно пожрать, а потом спать.

Остановился только после того, как увидел в стене глубокую выемку. Когда-то давно её наверное использовали для доступа к вон тому вентилю. А сейчас она оказалась отличным местом, чтобы там укрыться.

Самым сложным оказалось по очереди закинуть всё наверх. Но с этим я в конце концов разобрался. Потом вскарабкался сам. И вооружившись ножом с обломанным лезвием, схватил одну из консервных банок.

Их там нашлось сразу двенадцать. Вероятно, неприкосновенный запас этой шайки. С которым я сейчас лихо расправлялся.

Мелкая рыба в томатном соусе, которую пришлось есть голыми пальцами. Скажи мне кто вчера, что я стану такое делать — назвал бы психопатом. Ну а сейчас — самая вкусная еда на свете. После горячих беляшей, конечно же.

Отрубился я прямо там. Сразу после седьмой банки. Сожрал бы восьмую, но живот и так здорово раздуло. А мозг отключался, проваливаясь в микросны прямо во время еды.

Одеяло воняло, как ноги туриста после пятидневного броска по лесу и сна в одежде. Но в этом подземном лабиринте было холодно, а других вариантов утеплиться у меня не было.

Поэтому я плотно в него закутался. Подтянул поближе топор с тесаком. И положив под голову руку, отключился.

* * *

Просыпаться от шороха в темноте — не самое приятное пробуждение. Хвататься при этом за молоток, испытывая бешеную жажду убивать — вовсе кажется немного нездоровым.

Дожили. Квалифицированный антикризисный специалист готов биться с крысами за еду. Вот это я понимаю — рухнуть на социальное дно. От души. И в буквальном смысле. Не знаю, сколько я в том странном месте между мирами времени провёл, но разум спутника успел расщепиться. Так что наверное немало. Сюда, я действительно рухнул. На полной скорости.

Бросок мелкого осколка бетона, болезненный писк цели и шуршащие звуки — крысы предпочли ретироваться. Ну а я огляделся и подтянув вонючее одеяло, занялся базовым этапом любой антикризисной стратегии — анализом данных.

Что мы имеем? Одного меня, похоже бесславно погибшего в своём мире и попавшего в тело гоблина. Или кого-то, очень на него похожего. Прямо сейчас я вовсе не был уверен, что они и правда так называются. Язык тут вроде русский в ходу. Но вот город выглядел чудно. Да и беляшей с рыбой я как-то не припомню. Может и «гоблины» тут зовутся как-то совсем иначе.

Плюс, есть неизвестный зверь. Вроде разумный. Подцепившийся ко мне по дороге и по-моему попытавшийся сожрать. То ли ещё до того, как его сознание стесало и распылило, то ли после.

Не так важно, на самом деле. Что имеет значение — по итогу, какая-то его часть влетела в эту же зелёную тушку. Дав мне возможность трансформации, острого обоняния и ночного зрения. Из минусов — днём я на улицу выйти скорее всего не смогу. А любые мощные источники света станут источником проблем.

Ещё у меня похоже немного прокачалась память. Сюда я бежал практически без остановок и ориентируясь по запаху. Но окажись сейчас снова на улице — легко найду дорогу назад. Даже могу в мыслях выстроить весь путь, начиная с текущей позиции. Вот попытка оживить в голове маршрут, начиная с середины сразу терпит провал.

Помимо этого имелся гоблин. Тот, чей разум окончательно сдох, после того как мы протаранили его оболочку и