Добавь Яркости - Вова Бо
Но если эйб содержит код, приводящий к мутациям, то кто-то должен его писать. Кто? Пока что я видел лишь какое-то наивно-интуитивное использование эйба, без понимания сути. Люди здесь будто молятся выключателю и лампочкам, дарующим свет, но считают, что в розетках живут духи грома и молний.
На третий вечер в модуль действительно вошли смотрители во главе с тем самым блондином-телекинетиком.
Я спокойно вышел в центр и первым протянул браслет для сканирования. Долг в шесть тысяч в этом месте что-то вроде антирекорда и гарантированного похода в глубину, так что меня моментально определили в следующий раунд.
Следом прошлись по остальным, но тут возникла загвоздка. Сразу у пяти человек оказался примерно равный долг, но и набирали в этот раз больше народу, с каждого модуля по четыре человека. Это был первый звоночек для меня, что со следующим погружением что-то не так. Слишком много мяса.
Вдобавок вперед вылезла Нила.
— Я пойду добровольцем, — уверенно произнесла девушка.
— Добровольцем пойдешь пахать в цех, отрабатывать долг перед городом. Не суйся, пока не получила.
Но девушка оказалась не робкого десятка. Она просто плюнула в лицо говорившему с ней смотрителю, за что тут же получила удар прикладом в живот и согнулась на полу, хрипя от боли. Да, винтовки хоть и кустарные, но от этого более массивные и тяжелые.
— Нападение на смотрителя карается смертной казнью, сука, — произнес охранник, вытирая лицо. — Жить надоело? Я тебе устрою…
— Бери ее, — произнес блондин спокойным голосом. — Завтра такой ран, что от смертной казни не сильно отличается. Хочет подохнуть в глубине — ее дело.
Слово было сказано. Нас с ней взяли под конвой, после чего офицер пошел отбирать еще двоих.
Пока ждали, я встретился взглядом с Лихим, что провожал меня со злорадной улыбкой на лице. Я вспомнил опасения Соломона по поводу того, что этот говнюк может устроить в модуле, пока меня нет. Так что решил заранее обезопасить старика.
— Слушай, Лихой. У нас с тобой знакомство не задалось, а я не хочу уходить на такой паршивой ноте.
Лихой удивленно изогнул бровь.
— Чего вылупился? — сменил я тон. — Извиняйся, говорю.
— Хрена ты борзый, — произнес Лихой, но тут же заткнулся.
Мимо прошел офицер, а за ним и остальные смотрящие с еще двумя выбранными рабами. Один скулил, другой проклинал. Не, с такой слабой менталкой они в глубине долго не протянут.
— Я вернусь, — уверенно произнес я, когда меня поставили в общую колонну и повели на выход. — И когда это случится, не давай мне повода расстраиваться. Понятно объяснил?
— Чтоб ты сдох там, — сплюнул Лихой мне под ноги.
Когда мы поравнялись, я резким движением выбросил локоть, и тот влетел аккурат в его едва заживший нос. Лихой пошатнулся, вскрикнул и прижал ладони к лицу. Сквозь пальцы брызнуло алым.
— И приберись за собой, — бросил я напоследок.
Нас отвели все в ту же гостиницу, где позволили помыться, поесть нормальной еды и выспаться в нормальной постели. Сначала я считал, что таким образом они отдают дань традиции, вроде тюремного последнего ужина перед тем, как человека садят на электрический стул.
Но сейчас начал сомневаться. Слишком большая щедрость. Четверг, как большой знаток тонкой человеческой души предположил, что таким образом рабы ведут себя более смирно перед тем, как их запихнут в бассейн с черной жижей. Интересная версия.
Но я все же считаю, что должна быть более практичная причина. Скорее всего сытый и отдохнувший человек лучше притягивает эйб в момент перехода, а значит лучше заряжает то, что ему дали в руки. Те же артефакты и оружие. Просто теория, ничем не подкрепленная, но выглядит более убедительно, чем сказка о добрых смотрителях, обладающих чувством сострадания.
Еще так мясо сможет хоть немного восстановить силы и быть полезным. Ну а моют нас, понятное дело, для чего. От мяса воняет за два квартала, так что твари моментально почувствуют. Хотя почему тогда одежду не стирают?
Была у меня и еще одна версия, но Четверг ее опроверг. Ни в еде, ни в воде не было никакой химии, вирусов, грязного кода или какой другой отравы. По крайней мере организм никак не среагировал. Обычный кусок мяса, обычная кашица, немного кислая и мутная вода.
А вот первые странности начались на следующий день. Сначала нас отправили на центральную площадь не с утра, а в обед. Значит момент открытия перехода не стандартный. Скорее всего люди вообще его не контролируют, а лишь научились предсказывать время, когда можно отправиться в глубину.
И ладно бы только это. Напрягло меня другое. Я не увидел ни одного отряда на площади, только разношерстных наемников. Тут даже дело не в качестве экипировки. Люди Горация были одеты в доспехи, созданные по одним лекалам, да и в целом их снаряжение выглядело довольно внушительно.
Наемники же будто в чем по городу ходят, в том и пришли. Я вспомнил, сколько мы передвигались по пересеченной местности, сколько пришлось перелезать куч мусора, сколько взбираться по разбросанной технике. А тут даже обувь не у всех была нормальной. Про себя я вообще молчу, за тот поход все ноги стер.
И вооружение у ребят было соответствующее. Короткие мечи, ножи, луки, щиты. Все явно варили в ближайшей мастерской из металлолома, найденного на свалке. Броня такая же. Листы жести, дай бог, скрепленные тонкими ремнями. Чаще всего просто перевязанные веревками или проводами.
И при этом вся толпа оживленно гудела, пытаясь собраться в команды для погружения. Глядя на ауры, я совсем скис. В среднем бойцы были насыщены эйбом чуть больше рабов после погружения. До уровня ребят Горация практически никто не дотягивал.
А учитывая тот факт, что предыдущий отряд, отобравший себе самых перспективных наемников, полег практически в полном составе, сегодня потери будут куда значительней.
— Нам хана, — произнес я.
— Что? Почему? — напряглась идущая рядом Нила.
— Нет боевого отряда от города. Тут одни наемники и вдвое больше рабов.
— И что?
— Рабов используют в качестве приманок. Эй, служивый, а что сегодня происходит? Где отряд дайверов?
— Пасть захлопни, выродок. Тебя вообще волновать не должно, твое дело прыгнуть в глубину, когда прикажут.
— Понятно, — ничуть не обиделся я, ожидавший примерно такой реакции. — Смотри, что у меня есть.
Я достал из кармана сверток и показал половинку
