Моя Академия 7 - Евгений Син

— Какая проблема? — сдержанно спрашивает директор. — Академия имеет статус экстерриториальности.

— Академия? — спрашивает Юрий Олегович. — Академия имеет, да. Но применённые у вас тут интереснейшие вещи с порталами — вряд ли. К тому же, нашествие в город, припоминаешь? И вишенка на торте — потери батальона зачистки. В общем, вы своими действиями заставили сторонних людей обратиться к нам. Тут уж наш секретариат подсуетился по моей просьбе. Соответственно, меня назначили на ваше направление. Рассказывайте, что у вас тут происходит?

— Знаешь что, у нас тут ещё двадцать пострадавших, — заявляет директор. — Давай мы сначала займемся их здоровьем, вылечим бойцов. А после этого спокойно поговорим, — предлагает он.

— Ой, — машет рукой старший брат. — Работайте себе спокойно, будто меня здесь нет.

— Ничего, что про этих бойцов узнает кто-то ещё? — удивляюсь.

— Ему без разницы, — машет рукой директор. — У него другой уровень решения вопросов, — вздыхает. — В общем, познакомься. Это Юрий Олегович, — директор ещё раз представляет своего брата. — Имперский маг. — Тот кивает. — Когда происходит всё то, что мы с тобой видели, — напоминает про поле с монстрами. — Чаще всего зовут таких, как он. И они выжигают с корнем всё это безобразие.

— Да, слышал, что после вашей работы даже пепла не остаётся, — говорю Юрию Олеговичу.

— Так и есть, смешной мальчик, — брат директора переводит на меня взгляд и с интересом разглядывает. — Но вы не отвлекайтесь, не отвлекайтесь. Я очень рад, что приехал в такое время. А то, что вы, очевидно, собираетесь заняться чем-то… — улыбается Юрий. — Не очень законным, то не переживайте. Меня это абсолютно не смущает. Продолжайте. Пока ваши занятия идут на пользу Империи, меня вообще мало, что смущает.

Пилюлькин выжидающе смотрит на директора.

— Генрих Олегович, может, всё-таки действительно начнём? — предлагает целитель. — Экипаж не сможет сидеть здесь сутками. Да и мне студента надо отпустить. Мы и так сняли его с занятий. Там физрук возмущался. Сами понимаете, не дело…

— Да, конечно, — отвечает директор и собирается с мыслями.

Замечаю, что присутствие Юрия Олеговича мне абсолютно по боку — будто маг отгородился от меня ширмой или специальной техникой. Заставляю себя посмотреть в его сторону и найти глазами кресло. Получается сразу же. При этом чувствую определённый дискомфорт и безусловное сопротивление. Ловлю на себе удивленный взгляд Юрия. Похоже, мужик умеет скрываться. И то, что я не поддался на его магию, дядьку явно заинтересовывает.

Говорить при этом он не торопится, только продолжает наблюдать.

— Студент Орлов, — обращается ко мне Пилюлькин. — У нас двадцать человек. Как будем работать? Медленно? Или как в первый раз?

— Тут вам решать, Константин Иванович, — отвечаю. — Не уверен, что могу адекватно оценить вред ускорений на организм. Вам виднее.

— Можешь, можешь, — подбадривает меня Пилюлькин. — Всё, что я сказал, для тебя релевантно. Все проверено. К тому же, тесты проводил. В общем, можно попробовать как в первый раз. Но, как ты помнишь, через несколько часов тебя срубит спать.

— Да, и не только, — грустно усмехаюсь. — Там еще несколько неприятных последствий, я помню.

— Да. Бойцов мы вытащим, — уверенно заявляет целитель. — Только эликсир проработает с запасом. Нам, по-идее, столько времени не нужно. Не думаю, что каждый первый — сложный. Бойцов всего-то двадцать человек, не восемьдесят. Но не забывай, есть и второй вариант — меньшее ускорение, но работать придется дольше.

— И после работы у меня останутся силы, — раздумываю над предложением. К тому же, Пилюлькин сам дает мне выбор. Будет какое-то время нормальной жизни. — Тогда давайте, все же, второй вариант, раз работа не срочная.

— Не срочно, — подтверждает Пилюлькин. — Они же все со стазисом. Мы ограничены только сменой бойцов в вездеходе. А пострадавшим какая разница? Для них всё равно — придут они в себя часом позже, часом раньше, — пожимает плечами целитель. — Народу немного, так что, смотри, как тебе удобнее.

— Если честно, хотелось бы нормально пообедать, — высказываю пожелание. — Наша работа с усилителями слишком похожа на конвейер. Когда мы работаем быстро, я почти не успеваю ничему научиться.

— Успеваешь. Просто незаметно. Но вообще, да. Во втором варианте торопиться не нужно, получается лучше, — соглашается целитель. — Значит, будем работать так.

Пилюлькин оборачивается к столу и берёт один из приготовленных наборов.

— Держи, порядок помнишь? — спрашивает. — Выпиваешь, и сразу начинаем работать. Здесь всего половина ускорения, — поясняет. — Спокойно делаем то, что нужно, без переживаний. У тебя всё получится.

В этом я как раз не сомневаюсь. Двух раз хватает, чтобы почувствовать уверенность в работе. Единственное переживание остается насчет сложных случаев. Не факт, конечно, что в этот раз такие будут, но вдруг? Если так подумать, мы уже перестраховались и снизили скорость отработки — это тоже может помочь.

— Мы готовы, — объявляет Пилюлькин.

Директор кивает, а к нам выплывает первый кокон с бойцом.

Секунда. Целитель делает несколько движений, и стазис пропадает. Мгновением позже на пол падает броня. Директор жестом отодвигает её в сторону — чтобы не мешала.

Боец делает вдох. Нитевые твари прекращали шевелиться после наложения стазиса, а сейчас снова оживают.

Росчерк. Огонь расходится по всему телу парня. Уже выверенными движениями выжигаю вирус внутри тела. Боец замирает. Пилюлькин накладывает диагностические лечебные модули. Всё точно так же, как и в прошлые разы.

Директор с интересом наблюдает за нами.

— Не против, если я вам немного помогу? — предлагает Генрих Олегович, как только мы заканчиваем отработку первого бойца. На него уходит чуть больше времени, чем я планировал.

— Давай, Олегович, подключайся, — спокойно соглашается Пилюлькин.

Новый кокон. Новый боец.

Целитель снимает стазис. Броня падает на пол, и тут включается директор. Пилюлькин, к слову, нисколько не удивлен желанию Генриха Олеговича, словно ожидал чего-то подобного.

Жду, пока оживут нити. Обычно, чтобы прийти в себя, им требуется две-три секунды после снятия стазиса. Вместо этого, нитевые твари застывают в воздухе.

— Ну вот, так-то лучше, — говорит директор. — Можете работать спокойнее, без потери времени. Тело полностью доступно к вмешательству снаружи.

И