Метка Дальнего: Точильных Дел Мастер - Александр Кронос

Странно, но как только он отводит взгляд, двигаться становится куда проще. Пальцы тут же вцепляются в рукоять револьвера. Вытаскивают его. Взводят курок.

Выродок снова смотрит мне в глаза. Разница в дуле оружия, которое под углом упёрто в его левую часть лба. И том крохотном усилии, которое мне осталось сделать для выстрела.

Совсем маленькое движение. Потребовавшее полной отдачи.

Оглушающе бахает револьвер. Брызжет в лицо кровь. Что-то кричит Акира. Получилось.

Глава 3

Лежать, уткнувшись лицом в старческую грудь — противно. Если речь о мёртвом старике — ещё и дико странно. А в данном конкретном случае — вовсе омерзительно.

Запах белой дряни шибает в нос. Тело убитого выродка им как будто пропитано. Сам же я, пусть и жив, но всё равно содрогаюсь в конвульсиях. Хорошо, что хотя бы пальцы, которыми этот старый ублюдок пробил моё тело, вышли из грудной клетки.

Ну и где эта Акира? Какого лешего она так долго, вертолётный винт ей в зад! Меня надо хотя бы в сторону чуть оттащить. Подальше от этого тела, пропитанного самым настоящим ядом. Мне кажется, я из-за этого и не могу даже пальцами пошевелить.

— Такуми! — голос азиатки буквально звенел. — Что эти твари с тобой сделали?

Не ожидал, что она действительно отыщет тут своего брата. Хорошая новость. Только пора бы и мне немного помочь.

Звук глухого удара. Что-то падает. Вроде бы. Из нынешней позиции я не могу ничего рассмотреть.

Моя звериная часть рычит. А рациональная пытается прикинуть, как привлечь внимание Акиры.

Любопытно. Это ведь створка дверей снова заскрипела? И звук характерный такой — очень похож на чьи-то ноги, что волочатся по земле.

Верить в происходящее не хотелось. Настолько, что услышав приближающиеся шаги я даже смог представить спешащую на помощь Акиру. Которая пришла в себя после шока от контакта с братом и наконец вспомнила, что тут валяюсь раненый я.

Вот её руки вцепляется в мои плечи и переворачивают на спину, отодвигая от трупа старика. Моргаю. Пытаюсь рассмотреть её лицо. Как же много долбанных испарений! Как этим вообще можно дышать?

— Ого, — слышу удивлённый голос азиатки. — Ещё жив… Думала, вы тут друг друга прихлопнули. Как в кино…

Пытаюсь ответить, но выходит лишь чуть пошевелить губами.

— Ты это, гобл, — её пальцы ловко обшаривают мои карманы, быстро отыскав ключи от студии. — Извини. Сам понимаешь. Брат. Нам валить надо. И деньги пригодятся.

Договорив, секунду сидит на корточках, смотря на меня. Потом встаёт. Уходит.

Ярость. Ледяная. Не та, что вынуждает бездумно кидаться в бой, а другая. Побуждающая мыслить.

Впрочем, к действиям она тоже мотивирует — у меня выходит оттолкнуться рукой и сдвинуться в сторону. Ещё дальше от трупа старика.

Что ж. Хорошая новость — я вернул себе способность двигаться. Громко сказано, конечно. Но небольшая подвижность появилась.

Плохая новость — тот батончик, который я сунул в карман, когда спускался за лапшой, выпал.

Совсем паршивое известие — раны от пальцев старика категорически отказывались заживать. Как будто этого мало — от них расходились волны боли и слабости. Которые заставляли яростно рычать внутреннего зверя. Правда, каждый следующий рык становился всё тише. А сил у меня — всё меньше.

Но помимо гнева моей звериной части была другая злость. Человеческая. Колющая и обжигающая льдом. Та, что прямо сейчас заставляла двигаться.

Какой-то конкретной цели у меня не было. Только холодная ярость. И дикое нежелание вот так глупо умирать.

Снаружи загудел двигатель. Ну вот и всё. Валит отсюда Акира. Вместе со своим полудохлым братом. Сука.

Оттолкнуться ногой от тела старика. Сдвинуться в сторону. Ещё. Снова.

Секундочку. Во что я сейчас плечом въехал?

Скашиваю глаза. И вижу тело второго из насильников. Любителя оральных ласк. В луже собственной крови.

Ещё замечаю блеск фольги, которая торчит из его кармана.

Новый рывок. Продвигаюсь на пару сантиметров, а по ощущения — как будто только что километр промчал. В спринтерском темпе.

Шоколад. Половина плитки или около того. Почти выпавшая из его кармана. До неё рукой подать. Буквально. Сантиметров тридцать, не больше. Но в моём нынешнем состоянии — неимоверно много.

Отталкиваюсь. Цепляюсь ногтями за пол. Тяну себя вперёд. И наконец добираюсь до цели. Теперь самое сложное — поднять её и поднести ко рту.

Есть! Никогда не думал, что буду так отчаянно рад вкусу молочного шоколада.

По мере того, как еда проваливается в желудок, жевать становится всё проще. К моменту, когда приканчиваю весь шоколад, к телу возвращается подвижность. Даже раны от пальцев старого убюдка ноют не так сильно.

Вместе с возможностью двигаться, приходит и голод. Безумный. Выкручивающий внутренности. Мешающий думать.

Несколько небольших круглых лепёшек. Вяленая рыба. Большая пластиковая бутыль с холодным чаем. Всё это я нахожу в углу здания. И тут же сжираю.

Всё. Больше здесь точно ничего нет. А мне пора убираться. Подальше от грёбанных испарений и жуткой вони.

Уже сделав несколько шагов к выходу, останавливаюсь. Веду вокруг взглядом. Акира на машине — она всё равно меня обгонит и выгребет все деньги. Так, какой смысл спешить? Тем более, когда я в логове врага.

Глава 4

Искать резервуар из которого вытекала та самая белесая жидкость, не пришлось. Было сложно не заметить объёмный металлический бак, висящий на внутренней стене здания.

Под ним была выстроена сложная схема. С металлической трубой, в которую была воткнута пластиковая, а дальше всё ветвилось десятками гибких трубочек, которые использовались в медицине.

Крутнув вентиль, вырвал пластиковую трубу, отбросив её. Сам тут же шагнул в обратную сторону. Запах всё ещё казался нестерпимым.

Жаль, никого из организаторов этого действа не осталось. Отчаянно рвущихся наружу вопросов, у меня появлялось всё больше. Крайне хотелось их кому-то задать. Сразу после того, как выдавлю один глаз и покрошу молотком зубы.

С другой стороны — повезло, что я смог прикончить этого деда. Запросто мог бы и сдохнуть сам. Особенно, окажись у него огнестрел.

Жидкость в «биогенераторы» поступать перестала. Но сами они всё ещё оставались на месте. Восстановить подачу — нечего делать.

Сжечь тут всё? Вместе с людьми? Я посмотрел на ближайшую ко мне женщину. В тело уходит сразу три трубки. Где-то под затылком — небольшой контейнер, куда капает белая слизь. Веки трепыхаются, но уже не поднимаются. Тело обмякшее. Одна грудь вообще, как будто отслаиваться начала.

Могу я тут кого-то спасти? Сомневаюсь.