Раб с Земли - Андрей
— Предполагать будешь, когда эль пить сядем, а сейчас ноги переставляй да помалкивай.
Лекс усмехнулся, несмотря на всю серьёзность момента. Даже в такой ситуации эти двое умудрялись переругиваться как старые знакомые, а не как отец с сыном, которые, по сути, только недавно начали нормально общаться.
Они прошли метров двадцать, и вдруг стены вокруг них исчезли.
Вернее, они перестали быть стенами. Пространство раздвинулось, и Лекс понял, что они стоят на краю огромного зала, уходящего в бесконечность во все стороны. Пол, потолок, стены — всё было покрыто призрачными, полупрозрачными изображениями, которые двигались, перетекали друг в друга, создавая иллюзию гигантского лабиринта.
— Что за чертовщина? — выдохнул Кор-Дум, оглядываясь. — Я такое только в бреду после перепоя видел, когда эль с грибами перепутал.
— Голограммы, — машинально ответил Лекс, хотя слово пришло из тех обрывков знаний, что Архитектор загрузил ему в прошлый раз. — Древние любили… украшения.
— Украшения?! — возмутился Грым. — Да тут ноги переломать можно! Где пол настоящий, а где — яма? И почему у меня такое чувство, что эта стена сейчас на меня упадёт?
— Не упадёт, — успокоил его Лекс. — Это иллюзия.
— Ага, а я поверил. Ты сначала сам попробуй.
Лекс закрыл глаза, пытаясь включить эфирное зрение. Это всегда было больно, но сейчас боль пришла мгновенно — острая, режущая, словно кто‑то воткнул раскалённый прут прямо в затылок. Перед внутренним взором вспыхнули линии, токи, соединения. Он видел, как работают проекторы, как эфир течёт по невидимым каналам, создавая иллюзии. Но отличить реальную плиту от голограммы по этим линиям было невозможно — они были везде.
— Не вижу, — признался он, открывая глаза и вытирая выступившую из носа кровь. — Придётся на ощупь.
— На ощупь? — голос Грыма сорвался на фальцет. — А если там пропасть? Я, между прочим, единственный сын у отца, и если я сейчас в пропасть упаду, то род Стального Молота прервётся, а всё из‑за того, что мы пошли на ощупь!
— Не прервётся, — буркнул Кор-Дум. — Я ещё молодой, могу и второго сделать. Если, конечно, найду женщину, которая согласится терпеть мою бороду в постели.
— Папа!
— Что «папа»? Правду говорю. А ну давай, помалкивай и слушай Лекса.
Лекс, достав из рюкзака длинный металлический прут, найденный ещё в шахтах, начал методично тыкать им перед собой.
Первый шаг — прут упёрся в твёрдое. Лекс ступил, и пол под ногой оказался настоящим. Второй шаг — прут провалился в пустоту, и Лекс отдёрнул ногу, едва не потеряв равновесие.
— Здесь яма. Обходим слева.
Они двигались медленно, каждый шаг давался с трудом. Кор-Дум и Грым тащили Зураба, Айрин страховала их, а Лекс прокладывал путь, то и дело проваливаясь в видения, от которых голова раскалывалась ещё сильнее.
Внезапно в центре зала, метрах в двадцати от них, материализовалась фигура. Высокая, стройная, сотканная из мерцающего света, она напоминала человека, но с лицом, лишённым черт, и длинными руками, которые заканчивались острыми лезвиями. Фигура двинулась к ним, и с каждым её шагом воздух вокруг начинал вибрировать.
— Матерь божья… — прошептал Грым.
— Не двигаться, — скомандовал Лекс, хотя сердце колотилось где‑то в горле. — Это голограмма. Она не настоящая.
— А если она станет настоящей? — спросил Кор-Дум, сжимая молот.
— Тогда я лично ей бороду вырву, — пообещал дворф, хотя голос его дрожал.
Фигура приблизилась, остановилась в двух метрах, и вдруг… растаяла. А через секунду возникла прямо за спиной у Грыма. Парень взвизгнул и отскочил, едва не выронив Зураба.
— Спокойно! — рявкнул Лекс, хотя сам едва сдерживал дрожь. — Это… это проверка. Она не атакует, просто пугает.
— Откуда ты знаешь? — выдохнула Айрин.
— Не знаю, — честно ответил Лекс. — Но если бы хотела убить, уже убила бы. Древние любили поиздеваться, похоже.
— Ну и шуточки у них, — проворчал Кор-Дум, косясь на фигуру, которая теперь изображала танец с мечами прямо перед ними. — Я бы с таким юмористом за одним столом не сел.
Фигура появлялась и исчезала, металась по залу, но ни разу не коснулась их. Это было похоже на старую запись, зацикленный кошмар, который когда‑то служил развлечением или тренировкой для обитателей города. А может, просто сбой в системе.
Грым, несмотря на страх, не удержался и ткнул пальцем в проплывающую мимо голограмму. Палец прошёл сквозь неё, и фигура на мгновение рассыпалась на тысячи искр, а потом собралась снова, но уже с лицом, подозрительно похожим на физиономию самого Грыма.
— Ой! — отшатнулся тот. — Она меня передразнивает!
— Не обращай внимания, — посоветовал Лекс. — Просто иди за мной и не дёргайся.
Они пересекли зал за полчаса, хотя в нормальных условиях на это ушло бы минут пять. К концу перехода Лекс чувствовал себя выжатым лимоном: голова гудела, перед глазами плыли тени, а каждый шаг отдавался пульсацией в висках. Но Зураб был ещё жив, и это давало силы.
Коридор за залом привёл их к широкой лестнице, уходящей вниз. Ступени светились тем же голубоватым светом, что и стены, и Лекс с удивлением заметил, что они идеально чистые — ни пыли, ни грязи за тысячи лет.
— Везде уборка, что ли? — проворчал Кор-Дум, спускаясь. — Автоматическая?
— Похоже на то, — ответил Лекс. — Дроиды-уборщики. Древние любили чистоту.
— Любили, — эхом отозвалась Айрин. — Интересно, они вообще были счастливы?
— Судя по тому, что они сбежали, не очень, — буркнул Грым. — А может, им просто надоело всё это драить.
Лестница вывела их в ещё один коридор, и тут Лекс увидел ЕГО. Маленький летающий шар, размером с футбольный мяч, с множеством тонких манипуляторов, торчащих во все стороны, парил в воздухе и что‑то сосредоточенно делал с панелью на стене. От его «рук» исходило слабое свечение, и панель тихо гудела, поддаваясь воздействию.
— Дроид, — выдохнул Лекс. — Настоящий.
Шар заметил их, замер на мгновение, а потом… подлетел ближе. Его манипуляторы задвигались, словно он ощупывал воздух вокруг незваных гостей.
— Обнаружены биологические объекты, — произнёс он механическим, но не лишённым приятности голосом. — Провожу идентификацию… Ошибка. Биологические объекты не соответствуют ни одному из известных видов. Вы… люди?
— Люди, — подтвердил Лекс, стараясь говорить спокойно. — Нам нужна помощь. Наш друг ранен, ему нужна медицинская капсула.
Дроид помолчал, переваривая информацию. Его манипуляторы дёргались, словно он пытался сопоставить новые данные с искажёнными программами.
— Медицинская помощь… доступна в секторе 4-Г. Координаты загружены в память. Следуйте за мной. Но предупреждаю: мои навигационные протоколы повреждены. Я могу ошибаться. Один раз я привёл группу техников в реакторный отсек, и их потом долго искали. Правда, они были уже… э‑э‑э… не совсем техниками.
— В каком смысле? — насторожился Грым.
— В прямом. От них
