Великий поход - Жорж Бор
— Сама вернётся, — не отрываясь от удаляющейся фигурки, отозвался я, — Оклемается и вернётся.
— Ну не надо, так не надо, — пожал плечами десятник, — Дело хозяйское…
В этот момент крохотная точка, в которую за это время превратилась удаляющаяся лошадь, начала замедляться. А потом и вовсе остановилась. Я изо всех сил пытался рассмотреть происходящее, но расстояние смазывало картинку в сплошное пятно.
— Получилось! — радостно воскликнул я, когда понял, что всадница едет в обратном направлении, — Получилось!
— Что… — начал было Прохор, но тут же осекся. Воевода молчал всего мгновение, прежде чем оглушить меня своим ревом, — Щиты к бою!
— Какие щиты, Прохор! Ты чего? — шагая навстречу возвращающейся Марье, воскликнул я, — Она же…
Надо было разжиться где-нибудь биноклем или сделать подзорную трубу. У всех местных зрение было лучше моего, а может они просто слишком хорошо знали повадки поляниц. Марья действительно возвращалась. И возвращалась очень быстро. Вот только готовое к бою копье в её руке мне совсем не понравилось.
Я сбился с шага, а рука, уже поднятая для приветствия, безвольно упала. Ну что за бред? Неужели всё по третьему кругу?!
Несколько дружинников, включая офицеров, быстро выстроились передо мной. Кому-то из этих парней предстояло умереть. Таранный удар всадника не мог выдержать ни один щит. Это было все равно что пытаться остановить падающий башенный кран зонтиком.
В этот раз Никита не стал дожидаться и сразу активировал свой навык. По телам жидкого строя моих защитников пробежались красноватые магические искры.
— Товьсь! — рыкнул Прохор и шагнул на несколько шагов вперёд, готовясь первым принять удар. У него шансов выжить было гораздо больше, чем у других.
В двадцати метрах от нас, предводительница поляниц резко дернула повод и подняла коня на дыбы. А мгновением позже я услышал тот самый яростный клич, который недавно остановил конную лаву.
Словно в ответ на эти жуткие звуки, за нашими спинами послышались глубокие вздохи и вялые проклятия. Многоэтажные обороты в исполнении приятных девичьих голосов выглядели весьма…необычно. Но я узнал для себя много нового.
— Боя не будет! — выкрикнул я, но так до конца и не определился с интонацией. Получилось что-то среднее между вопросом и категоричным утверждением.
— Уже был, — спрыгивая на землю, хмуро ответила Марья, — Мало тебе, Алексей?
Я облегчённо выдохнул и слегка обмяк. Со всех сторон слышались маты амазонок и неуверенное ворчание моих дружинников. Парни, повинуясь приказу Никиты, быстро резали верёвки на руках и ногах пленниц. При этом гридни старались двигаться в одном направлении, чтобы у них за спиной оставались только связанные девы.
И не зря. Одного из парней всё же свалили на землю сразу три воительницы и начали душевно месить кулаками. Без злобы, а просто выплескивая свои эмоции. Иначе бы уже убили.
Марья уверенно подошла ближе и остановилась перед покрытым магической чешуей воеводой. Богатырь не торопился отключать свой навык, бдительно отслеживая каждое движение девушки. А та только злобно смотрела в ответ.
Воительница была втрое меньше моего подчинённого, но мысль о том, что она ему не противник, почему-то, не возникала. Скорее наоборот. И чувствовал это не только я.
— Дать бы тебе булавой по буйной литой головушке, Прохор, — наконец произнесла Марья, — Вот что стоило обсказать все по людски? Так, мол, и так! По делу едем. Проваливайте по добру, по здорову.
— И ты бы послушалась? — убирая защитное поле, с сарказмом спросил богатырь, — Коней развернула и ускакала тихохонько?
— Нет, — весело ответила девушка, — Но попытка не пытка.
Девы битвы, полностью оправдывая своё прозвище, спешно собирали с земли оружие. Думаю, что будь они полностью голыми, то всё равно сначала вооружились бы. А потом уже искали одежду. Или нет. Могли и психическую атаку устроить на врагов.
Марья прошла мимо гридней и остановилась напротив меня. Теперь вопросов насчёт моего права с ней разговаривать уже не возникало, но первой девушка начинать разговор не спешила.
— Мне жаль, что у нас вышло такое недоразумение, — устав играть в гляделки, произнёс я, — Я пытался вам объяснить…
— Чем ты нас огрел? — с интересом спросила поляница, которой мои извинения оказались до одного места.
— У меня особенный дар богов, — не вдаваясь в детали, ответил я, — Делает плохо всем врагам и хорошо всем друзьям.
— Среди моих сестёр лучшие владеющие этой земли, — удивительно спокойно произнесла Марья, — Наше оружие и доспехи защищают нас от всех известных сил. Ежели мы находим что-то новое, то обязаны рассказать об этом совету сестёр битвы. Чтобы создать защиту от новой напасти. Расскажи мне о своём даре.
— Нет, — коротко ответил я и моя собеседница удивлённо выгнула бровь. Устраивать новый виток конфликта, когда поляницы будут опять пытаться меня зарезать, но теперь уже как новое воплощение древнего зла, я не собирался, — Я не думаю, что вы встретите где-то человека с таким же даром, а у меня нет вражды с вами. Надеюсь, у вас нет притензий по поводу этого…происшествия.
— Что ты в одиночку одолел целую длань поляниц? — уточнила девушка и покачала головой, — Нет, за это можешь не тревожиться, Алексей. О том не узнает никто и никогда, слово своё даю.
Вверху зрения появилась небольшая иконка нового контракта. Она не спешила исчезать, а воительница выжидательно смотрела на меня. Видимо, требовалось моё подтверждение.
— Даю слово, что о моей единоличной победе над дланью поляниц, под предводительством Марьи, никто и никогда не узнает, — амазонка удовлетворенно кивнула, а я неожиданно продолжил, — От меня. За то требую одну службу от поляниц на своё усмотрение.
Мысль пришла внезапно и изучать её со всех сторон не было времени. По большому счету, я оказался жертвой нападения. Поляницы могли понести очень серьёзные потери. Причём не столько в живой силе, сколько в репутации. И ещё мне не понравилась подача контракта со стороны Марьи. Если присмотреться, то в нем просвечивала очень серьёзная выгода. Не для меня, разумеется.
— А ты за словом в карман не лезешь, богатырь, — мило улыбнулась девушка. Перемена была настолько разительной, что я слегка растерялся. За внешностью суровой и беспощадной девы битвы, вдруг проглянула совсем другая личность, — Насчёт желания твоего согласна я. Его мы потом обсудим. А с остальным торопиться не стоит. Тут обдумать всё надобно.
Обдумать.
