Дважды одаренный. Том VIII - Элиан Тарс
Да, Фитиль всецело доверял Близнецу.
Но в то же время он видел и то, на что способна троица неизвестных союзников. Бывший боец ОКЖ сразу распознал у этой троицы Родовой Дар типа «ментальное воздействие». Мужчины заставляли врагов стрелять по своим, а женщина… Её Дар был явно сильнее, чем у других. Она использовала его для того, чтобы заставлять раненых всецело поверить в свои силы и выживаемость. Заставить использовать все внутренние ресурсы организма. В кадетском корпусе ОКЖ учили, что сильный менталист может убедить человека пойти босиком по лаве и не чувствовать боли. В итоге человек, конечно, умрёт… но не от болевого шока, а от ожогов.
Однако же Родовой Дар типа «ментальное воздействие» очень редок. Вживую Фитиль раньше встречался лишь с тремя обладателями похожего Дара. Одного группа Кабана ликвидировала, а двое других работают дознавателями в самом ОКЖ.
И хоть Фитиль полностью доверял своему высшему командиру…
— Отвечай, кто ты⁈ — внезапно выпалила менталистка, когда Близнец направлялся к ней.
Женщина нахмурилась и вскинула руку, на её лбу выступил пот. Точно так же сейчас выглядели и два её родственника. Все трое, напрягаясь изо всех сил, использовали Дар!
Близнец, который ещё пару секунд назад уверенно шёл в сторону менталистов, замер как вкопанный.
«Чёрт подери! — вспыхнуло в голове Фитиля. — Даже он не всесильный! Конечно, как ему одному тягаться с тремя менталистами!»
— Отряд, огонь по моей команде, — прошептал в рацию Фитиль, наводя дуло штурмовой винтовки на голову женщине. — Готовьте защитные барье…
Внезапно застывший на одном месте Близнец вскинул голову и уставился на троицу неизвестных. И пусть лица командира сейчас Фитиль не видел, по резким движениям было понятно, что Близнец в ярости.
— Ты охренела, что ли, швабра кучерявая⁈ — во всю глотку зарычал Близнец и решительно попёр на менталистов.
А вот их лица Фитиль видел прекрасно — шок, ужас, недоумение…
— Стой! Стой! — закричала женина, размахивая руками. Делая подобные пассы, всегда легче использовать любую магию.
Однако же Близнецу было плевать на её потуги.
— Я тебе чё сказал, курица неумытая, а⁈ — рычал он. — Невежливо в голову собеседнику лезть! Поговорить сначала надо по-человечески. Решить — враги мы или друзья! Или ты везде такая поспешная, а⁈ С мужиками тоже сперва трахаешься, а потом знакомишься, если всё подходит, а⁈
Он подошёл уже вплотную к изумлённой женщине.
— Эй, ты говоришь с нашей сестрой! — возмутился было один из её родственников, но…
— Молчать! — рыкнул Близнец, вскинув обе руки.
Металлические цепи, вырвавшиеся из-под земли, сковали обоих мужчин и потянули их вниз. Оба одарённых, никак не успевших защитится, рухнули на примятую траву, а цепи, точно змеи, продолжили опутывать их тела.
— Будете рыпаться и попытаетесь использовать Дар — сломаю все кости, — даже не взглянув на них, прорычал Близнец.
Женщина встрепенулась и, испуганно посмотрев на братьев, быстро выпалила:
— Гриша, Миша, хватит! Успокойтесь!
Мужчины ещё пару секунд пытались вырваться, но потом утихли. Женщина снова подняла глаза на Близнеца. На её лице ужас смешался с восторгом.
— Прошу прощения за эту дерзость… — пробормотала она и покорно склонила голову. — Такого больше не повторится.
Фитиль и остальные бойцы изумлённо наблюдали за происходящим. За несколько секунд деактивировать трёх менталистов?
Это дорогого стоит. Каждый из них в очередной раз осознал всю силу своего высшего командира.
А ещё каждый из них сделал себе зарубку на будущее…
Ни в коем случае нельзя злить командира.
* * *
Некоторое время спустя. Бывший охотничий домик бояр Пожарских (ныне родовая усадьба дворян Инейских).
— То есть, как это не выходят на связь? — ошарашенно пробормотал высокий, крепкий мужчина с прямоугольными скулами и безвольно рухнул в своё рабочее кресло. — Совсем?
Он недоумевающе уставился на главу СБ своего рода — дважды одарённого Иерарха, который за свои смешные усы ещё в юности получил позывной Пшеница.
— Совсем, Савелий Дмитриевич, — спокойно ответил главе рода Инейских Пшеница. — Есть все основания полагать, что отряд полностью уничтожен.
— Погоди… — помотал головой Савелий Дмитриевич, не желая верить услышанному. — Это какой-то бред… Недалеко от входа в Проклятые Земли они перехитрили нас, так? Людей, посланных для того, чтобы уничтожить сопровождающих, забрать их машины и вернуть наши трофеи, не хватило. Так?
— Так, — ровным тоном ответил Пшеница. — Предположительно, Егоров и дважды одарённые вышли с другой…
— Это я знаю! — резко перебил его Инейский. — Как и то, что с позиций имперцев бой не был виден…
— Что тоже доказывает, что мы попали в ловушку врага, — кивнул глава СБ. — Егоров велел десятке сопровождающих ждать вдали от блокпоста. Между прочим, я говорил, что это…
— Да-да! — вновь перебил его глава рода и вскочил на ноги. — Говорил… Да, мы потеряли людей тогда… Но сейчас-то как это могло случиться⁈ Даже если отряд Егорова сражался полным составом, после первого боя у них должны быть раненые! Его бойцы должны быть уставшие…
— Вероятно, мы недооценили их.
— Или им кто-то помог! — хлопнул по столешнице Савелий Дмитриевич и глубоко задумался.
Воспользовавшись этим, Пшеница положил на стол распечатки, которые всё это время держал в руках.
— На почту пришло анонимное сообщение, — сдержанно произнёс он. — Учитывая, что быстро вычислить личность анонима не удалось, как и вообще найти какие-либо зацепки, письмо может быть от СБ высших аристократов или от ОКЖ.
— Что? — мотнул головой Инейский. — Какое письмо? Высшие аристократы? Что им нужно⁈
— В письме — досье на Александра Егорова. — Пшеница многозначительно хмыкнул.
На секунду Савелий Дмитриевич остолбенел, а затем резко выпалил:
— Так чего ты молчал! С этого и нужно было начинать, идиот!
Он схватил бумаги и принялся быстро вчитываться в строчки. С каждой секундой его лицо вытягивалось всё сильнее и сильнее.
— … непризнанный наследник графского рода Резановых… — бормотал он себе под нос. — Потенциальный жених графини Распутиной…
Он оторвался от бумаг и удивлённо уставился на главу СБ.
— Разве он не просто простолюдин-самородок, которому посчастливилось засветиться перед высшей аристократией?
— Вы читайте дальше. Читайте, пожалуйста.
Инейский кивнул и снова уставился на бумагу.
А через несколько секунд он выругался так, как не пристало ругаться дворянину. Если, конечно, этот дворянин не на войне.
— Носитель крови Пожарских… —
