Второй шанс в мире магии - Антон Хорошев

— Он вернётся, — сказал Кайл.

Никто не ответил.

Месяц. Два. Вести приходили — обрывками, слухами, страхами.

Застава в ущелье Кольва — пала. Стража отступила на вторую линию. Варвары — продвигаются. Беженцы — потекли на юг.

Первые появились в Тальме в начале лета.

Семьи. Десятки семей. С телегами, скотом, детьми. Грязные, голодные, с пустыми глазами. Они шли через деревню — на юг, к барону, к городу, к кому-нибудь, кто даст стены и защиту.

Некоторые — останавливались. На ночь, на две. Деревенские делились едой — неохотно, со сжатыми зубами, потому что у самих немного. Но делились. Потому что — люди. Потому что — завтра они могут оказаться на месте беженцев.

Эран слушал их истории.

Женщина из деревни Корт — три дня пути на север: «Они пришли ночью.

Подожгли частокол. Мы бежали в лес — кто успел. Муж не успел.»

Старик из-за перевала: «Их маг стоял на холме и смотрел, как горит деревня.

Молодой. Молодой парень. Улыбался. У него руки были в крови — порезаны. Он резал себя и кидал огонь. Чёрный огонь. Дома — в пепел. Людей — в угли.»

Мальчик — лет двенадцати, один, без семьи, — сидел у колодца и не говорил.

Смотрел в одну точку. На его руке — ожог. Свежий. Бурый. От запястья до локтя.

Эран присел рядом. Молча. Не спрашивал. Просто — сидел.

Через десять минут мальчик повернулся. Посмотрел.

— Они убили маму, — сказал он. Ровно. Без слёз. — Она не хотела отдавать зерно. Маг — ударил. Огнём. Она горела. Я видел.

Эран молчал. Что сказать? «Всё будет хорошо»? Ложь. «Мне жаль»? Пусто. «Я отомщу»? Глупость.

Он положил руку мальчику на плечо. Тот не отдёрнулся.

Ночью — Эран ушёл в лес. На поляну. Сел. Закрыл глаза. Развернул сенсорику — на максимум.

Сто метров. Двести. Пятьсот. Километр. Два. Три. Лес — зелёный, живой, полный мелких точек жизни. Деревня — тёплый кластер, сорок душ. Дальше — поля.

Холмы. Ещё лес.

Он тянулся. Дальше. Ещё дальше. Каналы гудели от напряжения. Четыре километра. Пять.

На границе восприятия — север — что-то.

Не «что-то». Множество. Десятки точек. Сотни? Движение. Поток. Живые существа — люди? — движущиеся в одном направлении. На юг.

И среди них — несколько точек, которые горели. Не как обычные люди — тусклые, ровные. Эти — яркие. Пульсирующие. Горячие.

Маги.

Далеко. Дни пути. Может — неделя. Но — ближе, чем месяц назад.

Они шли.

Эран открыл глаза. Темнота. Звёзды. Тишина.

Он встал. Отряхнул колени. Пошёл домой.

Следующий день — караван.

Не беженцы — торговцы. Настоящий караван: десять телег, двадцать мулов, вооружённая охрана. Они шли с востока — из Кэлдора, пограничного города, — и направлялись на юг, объезжая зону боёв.

Караван остановился в Тальме на полдня — водопой, отдых, мелкая торговля.

Деревенские высыпали к телегам — посмотреть, купить, обменять.

Эран пришёл с конкретной целью.

Книготорговец. В каждом приличном караване — книготорговец. Или, по крайней мере, человек, у которого есть книги. Здесь — был. Худой, сутулый мужик с крючковатым носом и хитрыми глазами. Его телега — последняя в ряду — была завалена тюками. Среди тюков — ящик. В ящике — книги.

Эран подошёл. Посмотрел. Книг было немного — полтора десятка. Большинство — религиозные тексты, сборники законов, один — любовный роман (судя по обложке с полуголой женщиной и мужчиной в плаще). Два — полезные.

«Травник и зелья северного края» — толстая, в зелёном переплёте.

Практическое пособие: описание трав, грибов, минералов с магическими свойствами. Рецепты зелий — от лечебных до ядовитых. Рисунки — грубые, но узнаваемые.

«Записки странника: земли за горами» — тонкая, в потёртой обложке. Путевой дневник какого-то путешественника. Описания городов, дорог, народов, опасностей. География.

Цена — серебряная монета за обе. Серебряная монета — месячный заработок крестьянина.

У Эрана было три медных — скопленные за год помощи Хэлле в храме. Мелкая монета, ничтожная.

Он торговался. Долго, упорно, с вежливостью, которая обезоруживала.

Книготорговец — опытный, циничный — сначала смеялся. Потом — перестал.

Мальчик торговался как взрослый. Как человек, который знает цену.

Итог: «Травник» — две медных. «Записки» — одна медная плюс корзина ягод, которые Эран пообещал собрать к вечеру.

Он собрал. За час. С помощью сенсорики — чувствовал ягодные кусты за полкилометра.

Книги — его. Первые собственные книги в этом мире.

Он спрятал их в дупле старого дуба на краю поляны. Рядом с тетрадями Грэма — мысленно. Грэм пока не дал ему свои записи. Но даст. Скоро. Эран чувствовал.

Вечер того же дня. Караван собирался уходить. Эран стоял у колодца, смотрел.

И — почувствовал.

Не сенсорикой. Чем-то другим — тем самым, что сработало в три года, когда Искатель взял его за руку. Ощущение чужого Эфира. Близко. Очень близко.

Он повернул голову.

Охранник каравана. Мужчина лет тридцати пяти. Среднего роста, жилистый, с коротко стриженными волосами и шрамом на левой щеке. Одет — в кожаный доспех, потёртый, но добротный. На поясе — меч. На руке — браслет. Простой, медный. Но Эран чувствовал: от браслета — фон. Эфирный фон. Слабый, но ощутимый.

Артефакт. Мелкий, слабый, но — артефакт.

Охранник — маг.

Их взгляды встретились.

Охранник — Вейд, Эран услышал, как его окликнул старший каравана — смотрел на него. Не на ребёнка. Сквозь ребёнка. Его глаза — серые, холодные, профессиональные — сузились.

Секунда.

Эран активировал маскировку. Мгновенно, рефлекторно — как задерживают дыхание при нырке. Эфирный фон — сжался, спрятался, исчез.

Вейд моргнул. Нахмурился. Посмотрел ещё раз — внимательнее. Потом — отвернулся. Пошёл к лошади. Не оглядываясь.

Но Эран видел: его плечи — напряжены. И рука — правая, та, что с браслетом — сжалась и разжалась. Один раз.

Он что-то почувствовал.

Караван ушёл. Телеги скрипели. Мулы брели. Охрана — верхом, по бокам. Вейд — последний. Он ехал медленно, спиной к деревне.

Не обернулся.

Ночь. Хижина Грэма. Тесная, тёмная, пахнущая травами и старостью.

— Наёмник, — сказал Грэм, выслушав. — Бывший Ученик Ордена. Может — отчисленный. Может — ушёл сам. Браслет — стандартный Эфирный аккумулятор.

В Ордене их дают Ученикам для тренировок. Он забрал его с собой. Значит — ушёл не по-хорошему.

— Он что-то почувствовал.

— Возможно. Если у него сенсорика хоть на уровне слабого Ученика — мог уловить отголосок. На секунду. Как эхо. Но — не больше. Ты среагировал быстро.

— Он может сообщить в Орден?