Храм Великой Матери - Александр Шуравин
— Молодец, — похвалил Сергей и дал крысе кусочек хлеба.
Съев его, она вновь встала на задние лапки. То некоторое время смотрел на грызуна, думая, что делать дальше. Животное явно уловило связь между получение еды и легким трюкам. Теперь следовало научить его чему-то большему. Может, вставать на задние лапки по хлопку в ладоши?
Пока Звягинцев размышлял, краса, устав стоять и так и не поучив угощение, разочарованно фыркнула и побежала к стенке, где принялась скрести коготками, пытаясь что-то достать из тонкой трещины.
Вдруг Сергей громко хлопнул в ладоши и мягко внедрил в сознание крысы образ: «резкий звук от хлопка, она бежит на середину комнаты, встает на задние лапки и получает кусок хлеба». Крыса в точности выполнила ментальные инструкции, съела полученный хлеб и вернулась к трещине, продолжая что-то там ковырять.
Звягинцев хлопнул в ладоши. Грызун с готовностью побежал на середину и встал на задние лапки. «Получилось», — довольно подумал Сергей, бросая ему кусочек хлеба.
Звягинцев несколько раз повторил свой эксперимент, пока хлеб не кончился. Тогда он вернул крысу на место и стал размышлять над тем, каким еще трюкам можно научить этих грызунов. А самое главное, как их использовать. От «цирковых номеров» до полноценной войны с использованием животных очень и очень далеко. А время идет. Времени мало.
И тут дверь негромко скрипнула. Сергей поднял глаза. Это была сестра Камилла.
— Миранда ждет тебя, — сказала она.
Через лабиринты коридоров Камилла привела его на небольшой балкон в башне, откуда хорошо просматривались окрестности Храма. «Этот Храм больше на замок похож, чем на храм» — подумал Сергей.
Миранда, одетая в красный плащ, стояла облокотившись о перила.
— Ну как, — с некоторой иронией спросила она, — удалось договориться с крысами?
— Знаешь, а эти животные довольно неплохо поддаются дрессировке, — ответил тот, — думаю, скоро мы сможем их использовать. Я при помощи телепатии обучил их парочке трюков.
— Каких же?
— Например, по хлопку вставать на задние лапки.
Миранда фыркнула:
— И как это поможет нам победить клезонцев?
— Не все сразу. Это только начало. Скоро мы будем посылать животных на задание.
— Ладно. Тогда пошли на задание эту птицу.
Она простерла ладонь, на которую тут же спикировал голубь.
— Подожди. Надо ее сначала всему научить.
— Учи!
Она немного дернула рукой, и птица улетела.
— Но… — растерянно пробормотал Сергей.
— Ангарет же научила тебя звать. Позови голубя и работай с ним. Научись сначала удерживать над птицей длительный контроль. Действуй.
С этими словами она ушла, оставив Звягинцева одного на балконе.
Позвать голубя оказалось не так уж и сложно. Чисто интуитивно Сергей вспомнил, как звал ворона, когда сидел с Ангарет у костра, и проделал в своей голове похожий трюк. Птица прилетела довольно быстро и села в подставленную ладонь. «А ведь он ручной, — подумал Звягинцев, — значит, местные маги уже умеют дрессировать животных. Не изобретаю ли я велосипед?».
Птица вдруг издала какой-то неприятный звук, похожий на «о-ррр», взмахнула крыльями и улетела. Пришлось звать заново. Голубь послушно вернулся обратно, а Сергей попробовал проникнуть в его разум, как делал это с вороном. Это оказалось труднее, голубь не давался, и постоянно улетал.
Вернулась Миранда.
— Ну как успехи? — с некоторой долей ехидства спросила она.
Звягинцев только разве руками.
— А ты хотел… дрессировать. Управлять сначала научись.
— Но почему-то с вороном у меня лучше получалось.
— Не знаю, — девушка пожала плечами, — видимо, он тебя признал. А голубь — нет. Не каждому дано договариваться с птицами. Тут особый подход нужен.
— А у вас есть какая-то методика, как это делать?
— Методика? — Миранда рассмеялась, — это искусство. Это как картины рисовать. Если дано — то дано, если нет — то нет.
— Но на зов-то он реагирует! Значит, можно и чему-то большему научиться.
— Может быть и можно. Пробуй. Тренируйся.
Она снова ушла, а Сергей задумался. «Если у них нет конкретной технологии приручения животных, — решил он, — то я должен ее разработать».
Звягинцев спустился вниз и зашел в одно из подсобных помещения. Там работали две сестры, одетые в серые балахоны с черными фартуками: одна из них мыла посуду, другая месила какую-то пахучую жижу в большой кастрюле.
— Тебе кто разрешил тут шляться? — строго спросила та, что была занята посудой.
— Мне нужны… зерна. Крупа, семена. Что там голуби едят.
Сестра бросила свое занятие и гневно посмотрела на Сергея.
— Ты не можешь вот так вот ходить здесь без разрешения, — сказала она ледяным тоном, — живо возвращайся в свою келью!
— Но…
Девушка с размаху залепила Сергею пощечину.
— Быстро!
Звягинцев опешил, не ожидая такой реакции. В нем вскипела волна гнева, дернулась рука, чтобы ударить в ответ. Но Звягинцев сдержался, понимая, что последствия могут быть самыми плачевными. Он сделал шаг назад и покинул помещение. Но отправился не в келью, а на балкон.
Звягинцев снова позвал голубя. Тренировка продолжилась. Лишь к вечерупришла Миранда, чтобы сопроводить его обратно в келью.
— Имей в виду, — строго сказала она, — ты не можешь вот так вот разгуливать по Храму и заходить куда хочешь. Только в сопровождении кого-нибудь из сестер. Уяснил?
— Да. Но мне нужен был корм для птицы.
— Корм? — Миранда удивленно нахмурила брови.
— Я хотел приручить голубя. Ну и… применить метод дрессировки. Давать ему еду за каждое правильно выполненное задание.
— Нельзя кормить птиц. Они сами найдут себе еду, какую захотят. В магии всё работает по своим законам. Если ты начнёшь вмешиваться в естественный порядок, последствия могут быть непредсказуемыми.
Сергей нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное.
— Но если я не могу подкормить голубя, как тогда убедить его выполнять мои команды? — спросил он, не скрывая сомнения.
— Это и есть самое сложное, — ответила девушка. — Птицы здесь не просто животные, они часть чего-то большего. Они чувствуют атмосферу, энергию места, настроение человека. Чтобы добиться от них послушания, нужно стать для них не кормильцем, а другом, частью их мира. Авторитетом.
Она посмотрела на Сергея с легкой улыбкой, словно подталкивая его к внутреннему переосмыслению.
— Попробуй не требовать от голубя того, что хочешь ты, а понять, что он хочет от тебя. Тогда появится взаимопонимание. Ты воспринимаешь животных как некоторые механизмы с кнопками. Нажал на одну кнопку — получил одно действие, нажал на другую — другое. Для тебя они чем-то вроде твоего…. Компьютера. Но это так не работает. Каждое животное или птица — это самостоятельная личность. Со своими эмоциями, потребностями.
