Демонолог. Том 2 - Михаил Владимирович Баковец
Третью тварь я нашёл уже совсем рядом с локомотивом. Она пировала на теле мужчины. Для этого ей пришлось изогнуться подковой головой вниз и распрямить хвост. По ней я также отстрелялся Поцелуями. Одно заклинание проделало дыру в боку, второе почти на треть испарило шипастую голову. Пришелец сдох так быстро, что не успел ударить в ответ. А я в свою очередь замер на несколько секунд, впитывая разлившуюся в воздухе силу.
Из столбняка меня вырвали громкие крики страха и боли, раздавшиеся в вагоне. встряхнувшись, я бросился к нему. Заклинанием уничтожил замок на двери, толкнул её вперед и одним движением влетел внутрь. Слева сквозь остекление двери, отделявшей вагон от тамбура, увидел ещё одного пришельца. Между ним и мной на полу растянулось тело в форменной одежде. И ещё кто-то кричал впереди, но его от моего взгляда загораживала туша врага.
Резко дёрнув дверь, я ворвался в коридор. Опасаясь зацепить боевыми чарами пассажиров, использовал на монстре Оковы. Как только под ним появилась чёрная плита, его всего свернуло в узел и прижало к ней. В таком состоянии у твари уже не было сил выпускать иглы и её добил всё тем же Поцелуем, отправив чары точно в голову. Смерть наступила мгновенно, обдав меня очередным мощным потоком бодрящей силы.
«Хоть какая-то польза от остановки и потери времени», — промелькнула мысль в моей голове.
В другом конце вагонного коридора я увидел лежащего на полу молодого мужчину спортивного вида. В одних трусах. Лежал он на спине. Задняя часть бедер, зад и нижняя часть спины оказались утыканы тонкими иглами. Мужчина едва шевелил руками. Кажется, у него уже началась агония. Никто не способен пережить такое количество яда, занесённое в кровь иглами.
Сбоку от дохлой тушки пришельца дверь в купе оказалась чуть-чуть приоткрыта. И сквозь эту щель раздавались стоны боли и ещё какие-то невнятные звуки.
— Опасности нет, я убил тварь! — громко сказал я, предупреждая о себе на тот случай, если проход держится под прицелом и медленно отвёл дверное полотно в сторону. Моим глазам предстала тяжёлая картина. На полу между кроватей сидела взрослая женщина в бежевой атласной пижаме. На её коленях лежала голова молодой девушки, практически девочки в похожем одеянии. Судя по схожести черт лица это была мать и дождь. В животе у девочки, а также в правой ноге торчали несколько игл, которыми был утыкан парень в коридоре. Скорее всего, они влетели в щель между дверью и косяком.
— Мамочка, мамочка, ой, больно, мамочка, очень больно, — стонала раненая, судорожно вцепившись обеими ладонями в руку своей матери. — Мамочка…
На теле старшей женщины я не увидел никаких ран. Но она даже не стонала, а полухрипела-полусипела, издавая такие звуки, которые сложно было извлечь из человеческого горла. Увидев меня, она посмотрела с такой тоской, что по моей коже морозом продрало.
И что-то меня подтолкнуло сделать шаг вперёд:
— Я помогу.
— Не поможете. Это шаршагры, их яд смертелен в таких дозах, — прошептала она обречённым голосом, прервав свой обречённый вой.
— Я помогу, — упрямо повторил я и опустился на одно колено. Левую ладонь опустил на влажный от пота лоб умирающей и активировал одно из исцелений, купленных у архидемона.
На наших глазах иглы выпали из тела девочки.
— Мамочка… мамочка, — простонала она и вдруг резко смолкла.
— Аня⁈ — закричала женщина и неожиданно отбросила мою руку в сторону и закричала. — Не трогайте её! Оставьте нас!
— Да я уже, — ответил ей и встал на ноги. — Закройте дверь в купе и дождитесь спасателей. Помощь будет минут через пять.
Когда я вышел в коридор, то стало ясно, что парень в моей помощи уже не нуждается. Он получил в несколько раз большую дозу яда, чем девочка. не смог спасти я и вагоновожатую. Несколько игл угодили ей в шею и лицо, доставив яд очень близко к мозгу. Думаю, умерла она в течение полминуты.
Больше тварей в поезде и рядом с ним я не нашёл. За минуту до появления отряда зачистки ко мне присоединилась взъерошенная Фиона. Выглядела она и вела себя крайне смущённо, молчаливо признавая собственную оплошность. Всего я насчитал пятерых погибших от пришельцев. Двое из них оказались, полагаю, бойцами группы охраны. Пули из пистолетов были для тварей, что слону дробины, а спецпатронов у парней отчего-то не оказалось. Ещё хочу отметить, что из всех пассажиров только я вышел из своего вагона. Все остальные закрылись внутри и тряслись от страха в ожидании прибытия помощи. А ведь не рискни я выйти наружу, и жертв оказалось бы значительно больше.
Звук вертолётных двигателей я услышал в тот миг, когда покинул вагон с погибшими людьми, а спустя несколько минут на простор рядом с железнодорожной насыпью, где все деревья и кустарники были вырублены под корень, посыпались бойцы, используя специальные тросы.
Вернувшись в купе, я рассчитывал максимум на беседу со страшим группы зачистки, но никто из вояк ко мне не пришёл. То ли им было плевать на то, что некто перебил монстров, то ли решили не беспокоить сильного эспера, раз он сам не горит желанием общаться.
Проводница сообщила, что придётся подождать несколько часов, пока будут ликвидированы повреждения на путях. Сами работы, по её словам, не так продолжительны. Но чтобы рабочие взялись устранять ущерб, нанесённый пришельцами, сперва требовалась проверка близлежащей местности на отсутствие тварей.
А вот с кем у меня случился разговор, так это с тем, про кого особо и не думал.
Когда раздался стук в дверь, то первой мыслью было предположение о вояках, решивших поблагодарить за помощь.
— Кто?
— Господин Софронов, — раздался голос проводницы, — тут с вами хотят поговорить. Одна женщина из пассажиров.
«Та дамочка с раненой дочкой?» — пришла новая догадка. — Сейчас открою.
Я не ошибся. В коридоре в двух шагах от проводницы стояла знакомая мне женщина, которую я видел пару часов назад. Сейчас она сменила пижаму на светлые юбку и блузку, нанесла лёгкий макияж, скрывший опухшее от слез лицо. И знаете, стала выглядеть максимум на тридцать лет. Да ещё тех, которые превращают представительницу прекрасного пола в настоящую красавицу, возводят
