Власть Мотылька - Артемис Мантикор

Ваня с четвёртого курса как-то спалил арт, довёл девушку до слёз. Ты его не знаешь, он уже выпустился. На следующий день по всей их группе ходили десятки фоток, где он валяется пьяным в женском белье и без. Его потом до самого выпуска троллили. Скатился с приличных людей в лузеры, которым руку не подадут. Ну и Аня, понятное дело, больше с ним не работала.

— Но он же не на самом деле?

— Конечно. Фотошоп.

Я усмехнулся. Ну да, как же. Хотя история действительно показательная. Как минимум пониманием того, что она может легко создавать и ложные фото.

Получается, это какая-то способность, связанная с материализацией фантазий? Или больше — мыслей. Своих и чужих. Тогда она вполне могла проявить на снимках такой способностью девушку, которая существовала только в моей фантазии.

— Готов завтра к встрече тайного общества? — спросил я у друга после паузы.

— Само собой. Жду-не-дождусь!

* * *

Дом. Едва я вошёл, как нос поймал запах варёной картошки. Сегодня на ужин была картошка в мундирах, с маслом и солью. Под неё — стандартный салат из огурцов и помидоров с луком.

За трапезой я на миг выпустил из головы все лишние мысли, чтобы насладиться пищей. Кусочки картошки, натуральное подсолнечное масло с рынка с сильным ароматом, и кусочек сливочного. Я с наслаждением съел полную тарелку и попросил добавки.

— В последние дни у тебя такой хороший аппетит, — умилилась бабушка, подкладывая мне на тарелку ещё пару картофелин.

Поблагодарив за еду, я отправился к себе в комнату. Впереди меня ждал новый сон, в этом я не сомневался. И пусть это будет апокалипсис, но красивый и реалистичный. И возможно даже с какими-то ответами, хотя вряд-ли. Обычно поутру было только больше вопросов.

Уснул быстро, несмотря на раннее время. Но бесплатное кино похоже закончилось, по крайней мере в жанре экшен. Утром я проснулся под звон будильника, проспав в общей сумме одиннадцать часов.

Но снилась мне, увы, какая-то полная ересь про антиутопию. Будто бы люди запирались в домах, по улицам ходили вооружённые бандиты, ходила чума и над городами поднимались пылевые бури.

Поутру на душе было гнетущее чувство сопричастности с чем-то неприятным. Чувствовалась липкая тревога и ощущение непоправимой ошибки. А ещё тоска, какая-то совершенно запредельная.

Но реальный мир быстро её развеевал. Манная каша с большим куском масла и чашкой молока, а затем предвкушение от скорой встречи с «клубом пятого сентября».

Я одел длинный джинсовый плащ и стиллы. Тяжёлая обувь с металлическим носом — идеальный выбор для героя. На всякий случай хотелось ещё что-то иметь с собой. Такое, что бы не привлекало много внимания и могло помочь.

Пришлось обшарить комнату и найти старую самодельную тонфу — фактически две приваренные друг к другу металлические трубки толщиной в указательный палец… Идеальный выбор оружия для моих способностей. В замедлении ею можно подсекать противника и бить по уязвимым местам. Плюс она помещалась в моей сумке и не сильно выделялась среди конспектов.

В трамвае моему вниманию предстало то же прекрасное зрелище, что и вчера. Взгляд ненадолго завис на эмочках, так что я чуть свою остановку не пропустил.

На входе меня сегодня никто не встречал, и вообще всё казалось мирно и спокойно. Здесь же меня поймал Полоскун, который сразу же начал рассказывать о своём будущем участии в тайном клубе. А я снова вспомнил его образ во сне. Он точно был там. Или часть этих снов — просто сны, как сегодняшний треш?

Первой была физкультура, и, так как лужи на стадионе вроде бы чуть пересохли, а погода стояла ещё тёплая, нас повели туда. Я был даже не против немного размяться на свежем воздухе. Вторая пара — экономическая история. Третья…

— Полярский, — послышался голос Марты.

Мне вспомнилось фото, сделанное, видимо, навыком.

Она догнала меня на выходе из аудитории.

— Ты же помнишь про сегодня? — строго спросила она.

— Конечно, мы помним! — ответил за меня друг.

— А он…

— Тоже один из нас, — перебил я её и сразу же перевёл внимание. — И ещё один мой друг, о котором я говорил.

Макс ждал нас у входа. В отличии от меня и Марты, выглядящих как рокер и готесса, он был одет скромно, в штаны от костюма и рубашку с галстуком. Форма в академии была желательной, но не обязательной. На бумаге она у нас была, но на деле всем было плевать, в чём ты ходишь, хоть в косплее, лишь бы не переходить грани разумного. Форму же обычно все надевали на официальные мероприятия, праздники, на экзамены… ну и во время проверок.

— Йо, — приветствовал я его.

Мы пожали руки, затем он представился моим спутникам. Марта назвалась в ответ и сразу перешла к делу — повела нас в одной ей известную комнату, где собирался наш странный клуб.

Помещение было небольшой лекционной аудиторией человек на двадцать от силы. Большая его часть была отведена под склад театрального реквизита — с комнаткой соседствовал актовый зал.

Пахло пылью и клеем. Ага, что-то для ремонта тоже здесь оставили. Большая пластиковая ёмкость с непонятно чем. Сейчас здесь царил полумрак — снаружи солнце заволокли тучи, свет не горел, а шторы были плотно закрыты. Потому сидевших за столом было видно плохо — только благодаря свечкам-таблеткам, горевшим на столах.

Мебель была составлена хаотично, в некое подобие круглого стола, но получившаяся фигура скорее была неровным многоугольником. Впечатление усиливали шкафы, поставленные наискось — так, чтобы закрывать углы.

— Располагайтесь и представляйтесь, — произнесла Марта нам, а затем добавила остальным собравшимся. — Сегодня у нас в клубе пополнение. Сейчас они представятся и расскажут о том, что вспомнили.

— Мы бы тоже хотели узнать о вас побольше, — улыбнулся я и изучающе посмотрел на лица собравшихся.

Во главе стола сидела рыжая красавица в бежевой кожаной куртке и футболке со смайлом. Её я не знал, вроде бы кто-то из первогодок? Ещё одна — на курс старше меня, каштановые волосы и очки. Мы пересекались как-то. Вроде бы в прошлом году она читала свой доклад по экологии на каком-то мероприятии.

А дальше…

Сердце забилось чаще при виде двух уже знакомых мне лиц. За столом в тени сидела та самая Таня рядом с седым доходягой, которого я недавно вытащил из неприятностей.

Вот теперь мне прям намного интереснее здесь находиться. Я прямо