Три планетёра - Эдмонд Мур Гамильтон
Торн пожал плечами.
– Я не обвиняю их. Преступник должен жить одним днем и радоваться ему, ведь он не знает, увидит ли он следующий день или нет.
Синие глаза Ланы казались темными в свете костра, она внимательно смотрела на Торна.
– Но вы, планетёры, не такие, как большинство преступников, – сказала она. – В вас есть нечто, что отличает вас от остальных, какая-то целеустремленность, не знаю, как еще сказать.
Торн почувствовал легкую опасность, однако непринужденно улыбнулся и взял бокал из великолепного розового марсианского стекла.
– Единственная наша цель – это погоня за острыми ощущениями, – ответил он ей. – Мы делали много глупых вещей, без особых на то причин.
– Торн, почему бы вам не остаться здесь со мной, с Компаньонами? – вдруг спросила Лана, импульсивно схватив его за руку. Ей синие глаза смотрели на него с нетерпением, и она добавила искренне: – У меня есть великие планы, и вы, планетёры, можете мне помочь...
Её прервал громкий шум, вдруг раздавшийся с другого конца стола. Старый Стилико Кин стоял, его глаза пылали гневом, а тонкие руки дрожали от ярости, когда он обратился к толстому уранцу Дженку Чирлею.
– А ну-ка повтори это снова! – пронзительно кричал старый пират уранцу. – И я оторву тебе твою свиную башку!
Маленькие глаза Дженка Чирлея сверкнули ответной ненавистью, когда он встал со своего места.
– И повторю, – пропищал уранец. – Я сказал, что это твоя вина, что мы попали в ловушку крейсеров Лиги. Ты сказал, что наблюдал за грузовиками и танкерами, прежде чем они стартовали с Юпитера. Но если бы ты правда наблюдал за ними, то заметил бы, что танкеры на самом деле замаскированные крейсеры. А это значит, что ты не наблюдал за ними. Или ты знал о ловушке и привел нас прямо в неё!
Стилико Кин задохнулся от гнева. Его костлявая фигура тряслась, морщинистое лицо стало багровым.
– Ты обвиняешь меня в предательстве! – пронзительно воскликнул он. – Меня, Стилико Кина, летающего с Компаньонами пятьдесят лет!
Худая рука старого пирата схватилась за атомный пистолет на поясе. Жирная рука Дженка Чирлея дернулась к его оружию. Но Лана Кейн успела вскочить между ними.
– Если вы начнете стрелять, то я пристрелю вас обоих! – вспыхнула она. – Вы забыли наш закон: никаких конфликтов между нами!
– Но ты сама слышала, как он обвинил меня в предательстве! – возмущенно скрипел старый пират. – А я говорю вам, когда я видел те танкеры на старте, то они были именно танкерами и ничем иным!
– А разве не может быть, что с грузовиками стартовали настоящие танкеры? – спокойно сказал Джон Торн, подойдя к ним. – Как раз для того, чтобы обмануть возможных шпионов, наблюдающих за стартом, а затем, уже где-то в космосе, танкеры были заменены замаскированными крейсерами?
Один из пиратских капитанов, землянин Киннел Кинг, быстро кивнул:
– Да, это бы всё объяснило.
– Может и так, – проворчал Дженк Чирлей своим писклявым голосом. – Но все равно всё это странно. Мы должны были захватить весь груз, а не часть.
Стилико Кин снова напрягся, но Лана вмешалась, чтобы отвлечь его:
– Ты забыл посвятить планетёров в Компаньоны, Стилико, – напомнила она. – Восемь кубков!
Лицо старика начало медленно проясняться, и он повернулся к Торну, Солу Аву и Ганнеру Уэлку.
– Правильно! – прокряхтел он. – Вы, ребята, еще не настоящие пираты, пока не выпили Восемь кубков! Так, Компаньоны?
Сидевшие за столами пираты и их женщины одобрительно засмеялись:
– Да, кубки! Восемь кубков для планетёров!
– Что, чёрт возьми, происходит? – подозрительно пробасил Ганнер Уэлк. – Если они хотят подшутить надо мной...
Воспользовавшись тем, что все вокруг шумят и смеются, отвлекшись на приготовления к церемонии, Торн сказал своим друзьям, быстро и вполголоса:
– Я собираюсь порыться в бумагах Ланы сегодня вечером. Если она когда-либо записала то, что отец ей рассказал об Эребусе, то эти записи должны у нее храниться до сих пор.
– Джон, это смертельно опасно, – тихо предупредил Ганнер Уэлк. – Кто-то тут знает, кто мы на самом деле.
– Вряд ли у меня будет шанс лучший, чем сегодня, когда все на празднике, – прошептал Торн. – Вы оба оставайтесь здесь. Если мы трое вдруг сразу пропадем, это может вызвать подозрения.
Рёв толпы начал стихать, и он замолчал. Старый Стилико поднял руку, призывая всех к тишине.
– Планетёры! – громко объявил он, обращаясь к троим друзьям. – Ваши имена прославлены по всей Системе, и сегодня вы доказали, что вы достойны своей славы, ибо вы спасли нашу Лану, вытащили её из ловушки. Мы горды и рады приветствовать вас среди нас. Так, Компаньоны?
– Да! – единым голосом взревела толпа. Лана улыбалась, глядя на Торна.
– Но прежде, чем вы действительно станете Компаньонами, – продолжил старый пират своим пронзительным, надтреснутым голосом, – вы должны выпить эти восемь кубков в надлежащем порядке, и показать этим, что вы, как истинные Компаньоны, бросаете вызов правительствам и военным флотам всех восьми населённых миров!
Три ухмыляющихся пирата приблизились к ним, каждый нес поднос с восемью небольшими стеклянными кубками, наполненными спиртными напитками разных цветов.
Сол Ав выглядел удивленным:
– То есть, мы должны всё это...
Стилико хихикнул в ответ:
– Да, ребята, вы должны все это выпить, за вызов восьми мирам, так мы это называем.
Торн и его друзья взяли кубки, которые были им предложены первыми. Они были наполнены бесцветным рок-ликёром, просто огненным напитком, который гнали на Меркурии.
Стилико, улыбаясь, поднял руку. Пирующие издали радостный крик:
– Меркурий!
Планетёры быстро выпили огненный ликёр. Он словно опалил горло Торна, но Ганнер Уэлк лишь с удовольствием причмокнул губами.
– Венера! – раздался громкий крик мгновение спустя.
Они уже пили кубки с черным, быстро пьянящим вином из болотного винограда Венеры. А пиратская орда, не давая планетёрам отдышаться, называла планету за планетой. Кубки с крепким земным виски, мягким вином из пустынных цветков Марса, мощным бренди из болотных яблок Юпитера следовали один за другим.
Торн чувствовал, что задыхается, но и он, и его товарищи продолжали пить, как ни в чем не бывало. Кубок вина из спор грибов
