Bloodborne: Песочный человек - Лемор
Джура чувствовал, что собственное тело потихоньку переставало ему принадлежать. Словно весь мир ополчился против него, требуя ответить.
Казалось, пространство, в которое его затянули, было живым.
— Я… Э-это люди…
— И я с тобой полностью согласен! — дружелюбно засмеялся хозяин.
— Ч-что…
Зрачки хозяина паба неожиданно сузились, тёплая усмешка погасла, сменившись холодным спокойствием, сильно контрастирующим с тёплыми, наполненными добром глазами.
— Кажется, разговор придётся прервать. Мы продолжим в другую ночь, Джура. Нам много о чём нужно будет поговорить и проверить.
— Я… я не давал согласия, П-песочный человек… — выдавил из себя охотник.
Артур хмыкнул.
— Чудовище — это человек. Я не могу помочь обратившемуся, но могу помочь тем, кто ещё не успел перейти грань. Вижу, тебе интересно. В таком случае, продолжим наш разговор в другую ночь. Только учти, что даже надежда может иметь свою цену. Не волнуйся, много я не потребую. Лишь маленькая услуга. Считай это побочным, хех, заданием. Смерти тебя ведь уже не пугают, а?
Хозяин паба выдержал недолгую паузу, над чем-то задумавшись.
— Кажется, пришло время дать одному старику маленькую, но такую желанную надежду. Если тебя это не затруднит, передай от меня кое-что…
Голова Джуры заболела. Мир перед глазами начал расплываться, рассыпаться песком, а вместе с ним и Хозяин странного паба.
Чья-то рука схватила его за плечо, на краю сознания Джуре показалось, что он услышал чей-то отдалённо знакомый голос. Хриплый, безумный, но такой счастливый и фанатичный.
«Мастер Миколаш?»
Старый охотник сам не понял, как и в какой момент оказался во Сне Охотника. Казалось, он из него никуда и не выходил, просто решив передохнуть после очередной вылазкой и всё, что с ним произошло, было обычным сном.
Но реальность оказалась страшнее.
— Эль кровавая… Мария б-будет ждать меня в пабе? Я… О Боги, я… я понимаю…
Джура удивлённо застыл, увидев, как затрясся сидящий в инвалидной коляске Герман. Первый охотник едва сдерживал слёзы, что-то беспорядочно начав шептать под нос.
Кажется, он понял явно больше самого Джуры.
Сидящая же тем временем в саду Кукла, столь сильно похожая на Марию, удивлённо наклонила голову, уставившись на едва различимую золотистую ворону, сидящую на кроне одного из деревьев, с любопытством смотрящую на неё.
Кукла уже думала было открыть рот, но ворона исчезла быстрее, чем она успела издать какой-либо звук.
Возможно, просто показалось.
* * *
Непродолжительная встреча с Джурой оказалась крайне продуктивной. Настроение, не считая того, что я чуть глупо не попался, было замечательным. Перехватить спокойно блуждающего между кошмаром и реальностью охотника было не так легко, но, имея его образ, зная, на какие возмущения обращать внимание в Царстве Снов, найти его было более чем возможно.
Умей он размывать свой след, и у меня не было бы и шанса, но, по правда сказать, и так очевидно, что одним из моих главных преимуществ был, как бы это ни звучало, длительный опыт работы духом снов.
Естественно, Мария не могла не заметить моего хорошего настроения.
— Я нечасто вижу тебя столь довольным, добрый Песочный человек.
Я на это лишь довольно сощурился, потрепав сидевшую на коленях малышку Лили по иллюзорной шляпке.
Та на это что-то пробулькала.
— Сон Охотника и впрямь принадлежит охотнику…
Сперва я даже не поверил тому, что увидел. Думал, что это обман. Но реальность (во сне!) оказалась другой.
Какой-то ощутимой части Присутствия Луны не было во Сне Охотника. Изначально владея пространством кошмара, оно честно передало его Джуре, пусть и могло отобрать в любой момент. Способ… работы с людьми у Великого в чём-то был похож на мой: я в том числе вернул Миколашу контроль над кошмаром.
Я не могу и не хочу всё время в нём находиться и оставлять значительную часть себя. Речь идёт не про мельчайшие частички, а про хороший такой кусок песочной сущности, иначе нормально под контролем кошмар держать просто не выйдет.
Владыки Снов, я готов был поклясться, что Присутствие Луны выбрало если не такую же стратегию, то, как минимум, похожую. Оно спокойно передало влияние над кошмаром, оставило мельчайшую частицу себя, чтобы почуять, если произойдёт что-то совсем ненормальное, и отправилось заниматься своими делами.
Пожалуй, это очень неплохо пересекалось с тем, что я видел в игре.
Открывшееся знание немного развязывало мне руки и, пусть у меня не будет возможности в любой момент проникнуть в Сон Охотника и похозяйничать в нём, кое-какие перспективы у меня всё равно появлялись.
Правда, самих избранных Присутствием Луны охотников особо быстро изучить не получится, и это было печальной новостью. Не менее интересной показалась Кукла, на бездуховное существо на первый взгляд она похожа не была, но даже попытка заговорить с ней пока была слишком опасной.
Улыбка пропала с моего лица, я задумчиво облокотился на локоть, разглядывая удивлённо наклонившую голову Марию. Лили игралась с собственноручно воплощённой куклой в руках, не обращая внимание на мои размышления.
Я мог легко сделать так, чтобы охотник не мог лишний раз говорить о том, что с ним происходит.
Я мог предположить, как Присутствие Луны заставляет не обращать внимание на смерть охотника.
Я мог представить, как он раз за разом, плюя на ограничения в виде грани, путешествует сквозь сон и обратно. В принципе, если охотник был связан с пространством, создать подходящие «прыжкам» условия было реально. По крайней мере, я мог прикинуть, как это сделать.
Но я понятия не имел, во что Джуру превратил Великий.
Я словно видел перед собой не самого охотника, а некую его проекцию. Словно отражение, что пусть и было материальным…
На самом деле представляло из себя фантома. Живого фантома. Или фантомом это нельзя назвать?.. Владыки Снов, в моей голове просто не было подходящих ассоциаций, за всю свою духовную жизнь блуждания по снам я никогда не видел ничего подобного.
Это ли не разница между полноценным Великим и слишком много возомнившим о себе духом, м?..
Мне нужно было серьёзно изучить нынешнего и будущих охотников Присутствия Луны, чтобы полноценно разобраться, что оно сделало. Если пойму, что, то опытным путём смогу выяснить, как.
Другой вопрос, что, в отличие от Сна Охотников, прямое вмешательство в чужой труд Великий мог ощутить и ощутил.
Я цыкнул.
Внимание. Разговаривая с Джурой, на миг я ощутил его. Оно исходило откуда-то далеко, из глубин. Я словно слегка подтолкнул спящего и, пусть не разбудил его, на миг заставил ворохнуться, что в контексте игр с такой тварью было очень опасно.
Как показывала практика, с
