Все еще десятник - Алекс Бредвик

Но не успел я прикончить и треть от всей этой сотни, как снова прозвучал горн. Противника, не наш. Но его тональность, частоту его применения я уже слышал пару раз. Всех звали на стены. Но почему? Интересно. Пришлось отступать, причём стремительно, пока для меня полностью не закрылся выход.

Развернулся и побежал. По пути было несколько человек, они почти перебороли эффект способности. Всех убить не получилось: одного пронзил, из-за чего погибло ещё несколько рядом, второму просто снёс голову. Увы, пришлось оставлять за спиной их, как и многих других из числа той сотни. Главное — вперёд!

Дорога была почти прямая, так что видно всё было великолепно. Враг действительно стремился в сторону стен, некоторые даже снаряжались на ходу. Тревога. Нападение. Если кто-то ранее из-за «диверсанта» решил просто отсидеться, то сейчас не выйдет.

Наши начали наступать. И ведь это… правильно!

Мой взор упал на стены… а на лице появилась ещё более безумная улыбка. Кажется, сегодня мы возьмём этот город!

Глава 19

— Нет, если мне припишут захват города «ради шутки», я точно переплюну Геракла с его подвигами, — бежал я по улице и смеялся, откровенно говоря.

Нет, кто бы мог подумать, что Мелл решит мой маневр расценивать как начало захвата города? Ну вот действительно, кто мог такое подумать? Да никто! А факт есть. Я оказался внутри, отвлёк часть сил, в этот момент началось наступление… и прошло-то всего минут тридцать, не больше.

Добежав до стен, увидел стрелков, которые готовились отражать нападение, формирующуюся коробку воинов перед «воротами», готовых сдерживать натиск наших сил. Кто-то меня заметил, прокричал: «Это опять он!» — началась паника. Ну а я что? Я просто ускорился, рубанул несколько бойцов ближнего боя внизу, заскочил на стены и начал «танцевать» уже там.

Союзники увидели меня, снова донёсся радостный и триумфальный крик. И это ещё больше подавляло противников. Я просто бежал по настилу, или как там это называется, вырезая одного воина за другим. Они пытались мне противостоять, пытались убивать, но что-то у них ничего не получалось. Один на один мне уже ни один воин никогда не будет равен. Да даже двое против одного, с учётом моего оружия, даже если нападают с двух разных сторон — сложно.

Поэтому я сначала просто шёл, вырезая стрелков одного за другим. Кому-то просто отсекал руки, кому-то выбивал оружие и лёгким уколом пробивал животы-груди, кому-то вообще с ходу пронзал голову или её просто-напросто отрубал. Я пытался всё делать технически правильно, думал над каждым ударом. Особой опасности не было, можно было продолжать думать во время боя. Хорошо, что скорость этого самого «думать» у меня быстрая. Как и реакция в случае необходимости.

В определённый момент я просто встал. Противник с обеих сторон пёр на меня с одинаковой скоростью, старались действовать осторожно. Я пытался ударить спереди — тут же атаковали сзади. Я пытался атаковать противника за спиной — нападали спереди. Действовали грамотно, но, увы, у меня была возможность совершить ошибку благодаря кличу, а у противника — нет. И я этим систематически пользовался.

Тем временем наши воины выстроились и начали совершать рывок. С моей стороны лучников было меньше всего, поэтому они устремились именно сюда. Враг тоже не дурак, начал стягивать силы… и мне с этим надо было что-то делать. Поэтому я спрыгнул с навеса.

— Привет, — с улыбкой проговорил я. — Я тут, чтобы вас убить.

Если кто-то выживет, я точно буду сниться им в кошмарах. Такая доброжелательная улыбка, как у меня, точно ничего хорошего не предвещает. Вот и сейчас я оказался на пути строя лучников, у которых не у всех даже мечи-то были, чтобы сражаться со мной.

Я тут же кинулся, начал противника буквально шинковать, рубить, кромсать, колоть… в общем, делать всё так же, как и раньше. А почему бы и да? Пока тут никто особо не понимал, что происходит, пока нужно было отвлекаться на две стороны, я мог практически безнаказанно изничтожать силы противника.

Кто-то в панике побежал, кто-то упал на колени и взмолился богам… и не нашим. Имена, которые звучали, отзывались болью в душе в прямом смысле слова. Таких я убивал в первую очередь. Но всё же большинство проговаривало уже слышанные мною раньше имена богов: Зевс, Арес, Аид, Артемида, Аполлон.

— Кстати про Аполлона! — улыбнулся я, активировав ауру. — Бог солнца просил передать, что вас надо покарать!

И всё это давило на противника ещё сильнее. И плевать, что бог такого не говорил, плевать, что я всё это придумал… у меня есть возможность прикрываться их именами — я буду прикрываться их именами. У меня есть законное на то право.

Через несколько минут на меня начали нападать со спины просто потому, что подошли подкрепления. Но долго они себе «бесчинствовать» позволить не могли, мои союзники приблизились к стенам и уже начали подниматься и пробиваться. Про лестницы они не забыли, так что, если хоть где-то мы пролезем, то оборона начнёт рушиться.

Но я всё равно обливался потом, держал врагов на расстоянии, постоянно применял способности, но держал некоторый запас магической энергии, старался уворачиваться от ударов, чтобы экономить магию на кличах. Враг меня боялся, но ещё больше он хотел моей смерти. Поэтому сейчас вопрос стоял уже не шутки ради, а ради выживания. Я не мог позволить себя убить, иначе всё — инициатор умер, да здравствует инициатор, если новый вообще появится.

Внезапно позади меня послышались сначала непонятные крики, а потом буквально весь строй смыло, который прикрывал противника. Мне пришлось даже вонзить глефу в землю, чтобы остаться на ногах. Палиас вдарил, накопив достаточно энергии. Эх, не доложат мне они о достигнутых успехах, жаль. Но в любом случае сейчас Пал сделал то, что и требовалось. Мне стало мгновенно легче, я рванул в сторону «ворот», по пути убивая тех, кто пытался встать на ноги. Противник, даже раненый и уставший, всё равно противник. Пока не упал на колени. А они сдаваться не хотели явно.

— Ты бы знал, какой переполох создал! — подбежал ко мне мой союзник. — Враг большую часть часовых снял, отправив за тобой в погоню. А мы в этот момент попёрли.

— Я вижу! — с улыбкой ответил я ему. — Но разговоры потом. Вон враг, его нужно убить.

— Вижу цель, — поднял он своё копьё, приготовив к броску, — не вижу