В Китеже. Возвращение Кузара. Часть 2 - Марта Зиланова
– Стойте здесь, – кинул ребятам отец и куда-то ушел вместе с Маргаритой Вампиловой и офицерами.
Жорик оставался поначалу рядом с Данилом, но его оттеснила приехавшая скорая помощь: бригада знахарей перекинула Данила на носилки и унесла в машину. С горящими мигалками та сорвалась с места и скрылась под землей. Вторая скорая занялась Кузаром, отправила его в машину, предварительно приковав наручниками к сопровождавшему полицейскому надзирателю.
Жорик огляделся, ища своих. Серега на обломках фонтана чесал Барса. А подальше, в тени сгоревшего дома, стояла Марина. Обнимала себя за плечи и тоскливо смотрела в окно умершего дворца. Алекс стоял рядом, глядя под ноги, засунув руки в карманы. Жорик подошел к ним.
Марина неотрывно смотрела на черный дотлевающий проем кабинета Кузара, где осталась лежать ее верная собака. Жорик со вздохом активировал ксифос и попытался нащупать – возможно еще спасти? Или хотя бы достать, чтобы проститься? Но даже магический щуп отпрянул. Он сглотнул ком в горле, уставился под ноги. Шмыгнул носом.
– Как погребальный костер, – между тем тихо говорил Алекс. – В Китеже иначе все равно нельзя. Тут не хоронят, как в большом мире. Только сжигают.
Марина вздрогнула.
– Чтобы их личи не подняли, – потупился Алекс. – Ты же бы не хотела…
– Я тебе так сочувствую, – оборвал Алекса Жорик. – Я даже представить себе не могу, как тебе сейчас больно.
Марина кивнула. Всхлипнула и задрожала, точно как Алиска, прежде чем разрыдаться. Сестренка, в отличие от Марины, была той еще ревой. Ее не нужно было успокаивать, отвлекать. Всегда одно: только дать выплакаться. Поэтому Жорик приобнял подругу – это естественно и правильно, когда больно. Марина уткнулась в плечо, задрожала и все-таки расплакалась. Значит, полегче станет. Девчонкам со слезами удобнее.
– Это очень-очень больно, – прошептал Жорик.
***
Тепло. Марина теперь не одна. Даже без Азочки не одна. Тепло и слезы пролились на выжженную пустыню. Миг облегчения.
Она еще раз хлюпнула носом и вытерла тыльной стороной грязнющей ладони припухшие веки. Отстранилась от Жорика:
– Извини, – буркнула она, посмотрела в сторону, где еще совсем недавно стоял Алекс. – А где он? Куда делся Алекс?
Жорик растерянно тоже посмотрел по сторонам.
– Может, его уже жандармы позвали? – почесав макушку, неуверенно спросил он.
Что-то было не то. Что-то неправильно. Вот же жандармы больше не пытаются ее схватить. Как будто из-за присутствия матери Алекса они не трогали ни Марину, ни ее друзей. Почему же так тревожно? Марина заозиралась по сторонам.
Она нахмурилась. Вспомнила, как Алекс испугался, когда на поле битвы появились его родители. А выражение лица – там, в бункере? «Я им теперь не нужен». «Все зря».
Алекс что-то пытался ей сказать? А она? Она думала только о собственном горе. Что могло его так встревожить? Куда он делся? Марина еще раз осмотрелась: Алекса нигде не было видно. Вон его жуткая мать, Маргарита… Станислав так и не вернулся.
– Спросишь отца? – ответила наконец Марина. – А я там посмотрю, – она махнула рукой в сторону парка.
Что-то подсказывало ей – нужно спешить. Она пробежала по парку вдоль дорожек, к запорошенной снегом нерастаявшей площадке. Какому-то пруду?
Утренние сумерки пронизывали ветви елок насквозь. Там впереди кто-то был, Марина ускорилась.
– Мне не нужен такой наследник, – раздался тихий, пронизывающий до мурашек голос Станислава Вампилова.
Марина прибавила скорость. Услышала глухой стук, будто что-то с высоты уронили на лед. Или кого-то. И хруст разламывающихся глыб. Еще быстрее!
Выскочила из-за елок, сердце чуть не вырвалось из груди. Надо льдом завис в воздухе скелет в белом. Его седые волосы развевались на ветру. У его ног, скорчившись в неестественной позе, лежал Алекс.
Станислав Вампилов поднял руку, Алекса подбросило в воздух метров на пять. Он завис в воздухе, как перед замахом. Вот-вот сорвется.
– Нет! – закричала Марина. – Прекратите!
Станислав опустил руку, и Алекс снова упал на лед. Новый треск. Из-под разломов потекла вода.
– Беги! – еле слышно произнес Алекс, глядя прямо на нее.
Станислав обернулся. Черные без белков глаза пригвоздили ее к месту. Он раскрыл рот и издал нечеловеческий звук, больше похожий на предсмертное сипение. Подлетел к ней навстречу.
– Он же ваш сын! – прошептала Марина и сделала шаг вперед. – Немедленно прекратите!
Станислав Вампилов завис в метре от нее и продолжал смотреть в упор. Повернул голову набок и снова зашипел. Ничего человеческого в нем не осталось. Чем-то он походил на Кузара. Не менее опасный. Не менее пугающий. Мечтающий о власти. Что там говорила его жена? Без благословения Кузар не получил бы силы? Так это что, весь Кузар – это их, личей, план?
Станислав Вампилов продолжал смотреть на нее черными нечеловеческими глазами. Открыл широко рот, как тогда, когда превратил охранника в упыря. И потянул в себя воздух.
Призвать бы сейчас тот ксифос – пронеслось в голове у Марины, прежде чем в глазах потемнело.
– Станислав! – из-за спины Марины раздался запыхавшийся голос отца Жорика, Бенедикта Глефова. И чернота перед глазами тут же отступила. Марина увидела, как лич чуть отлетел. А Глефов-старший вышел вперед, активировал ксифос.
– Вы что-то перепутали, Ваше Сиятельство. Я видел, что мальчик пережил встречу с Кузаром – вы не спишете на него еще одно убийство.
Станислав опустил взгляд на ксифос старшего Глефова:
– Мы всегда топили никудышных щенков в пруду. И тебя, если нужно… – сказал лич, но отлетел еще немного назад. – Решил, что одолел бесноватого и можешь мной помыкать?
– Средневековье давно закончилось, Ваше Сиятельство, – твердо сказал Глефов-старший с усмешкой на губах. – Да и без вашей помощи я бы не справился, – и жестко прибавил. – Детей здесь никто не тронет.
– Какой защитник, – прошипел Станислав Вампилов. И как-то очень по-живому, обиженно ткнул костлявым пальцем в пытавшегося встать на ноги Алекса. – Он меня опозорил! Он ни на что не годен!
– А не нужно за меня решать, – буркнул Алекс, тяжело поднявшись. – Придумаешь еще, как возродить величие и покорить Китеж. Без меня. Хочешь убить? Убей! Я не буду жить по твоему плану!
– Щенок! – зашипел Станислав Вампилов и снова занес ввысь крючковатый палец. Алекс не отвел взгляда. В его руке возник ксифос.
– Ваше Сиятельство! – гаркнул
