Люди и драконы - Елена Владимировна Крыжановская
Дракон не упал, а рассыпался клубом дыма. Дик вопросительно обернулся к мастеру.
— Не одобряю потоки зеленой крови на полу и на стенах, — Глерхэн мановением руки вернул дракона к жизни. — А теперь сделай так, как тебе хочется.
Дик усмешкой подтвердил, что очень хочется поступить не по правилам.
Склонив голову набок и перехватив меч двумя руками, он выжидательно смотрел на дракона. Потом взмахнул клинком перед всеми тремя мордами туда-сюда. Драконьи головы и глаза синхронно дернулись. Дик повел мечом более плавно и широко, описывая восьмерку. Дракон проследил этот маневр, как кошка, перед носом у которой мечется бант. Дик провел мечом немного ниже и ближе к себе. Дракон вытянул все три шеи, чтобы видеть получше. Он уже забыл, что у клинка есть хозяин, видел только блестящую ленту.
Дик сделал частый зигзаг вверх-вниз и молниеносно начертил мечом невероятный узел. Лезвие будто разделилось на несколько змеиных языков, а дракон запутался и столкнулся головами. В эту секунду Дик вонзил меч почти по рукоять ему в грудь, чтобы поразить сердце. И отскочил. Дракон взревел, захлебнулся огнем и рассыпался. На бой ушло меньше трех минут.
Дик подошел к наставнику и виновато опустил голову. Мастер второй раз за утро дотронулся до плеча ученика.
— Курс окончен. Буду гордиться, что мне так ничему и не удалось научить вас, рыцарь, — сказал Глерхэн, сжимая пальцы и заставляя Дика поднять голову. — Пожалуй, это главная моя заслуга как вашего наставника.
— Я многому научился у вас и узнал, что хотел. Пожелайте мне что-нибудь, мастер.
Глерхэн презрительно искривил губы:
— Я не играю в ваши дорожные игры.
— Но вы посвящаете в странствующие рыцари. И у вас в роду феи…
Мастер взглянул на Дика серьезно и с печалью.
— Меня не так легко втянуть в битвы во имя идеи, поэтому я не боюсь, что мы можем столкнуться на поле брани. Но я желаю моим ученикам поменьше серьезных битв с тобой. Предвижу от этого огромные сложности для вас обоих[1].
— Благодарю вас, мастер. Прощайте.
— Ты даже не останешься на завтрак? — иронично нахмурился Глерхэн.
— С какой стати вам меня кормить?
— Да так, как рыцарь рыцаря… Есть что отметить рюмочкой славной змеиной настойки на болотных травах…
— Предпочитаю тыквенно-морковный сок!
— Не угадал. Морковно-ананасовый, — с кислым смешком уточнил Глерхэн.
— Как вам угодно, мастер…
(Конец истории)
* * *
[1] (прим. Лины) Предсказание сбылось. Дик иногда встречал крестников Глерхэна и всегда это оборачивалось чем-то таким, чего нельзя предугадать. История с Волком и с тремя братьями яркое тому подтверждение. Противостояние с Реджином Клыком, который недавно чуть не убил Гошку, длилось зигзагами почти сто лет. С магистром Полночь у них история знакомства ещё дольше, но их нельзя назвать, ни друзьями, ни врагами, у них взаимный договор о ненападении.
(от составителя) для читателей «Панголина»: Лина делала заметки в книжке вплоть до отъезда в степь (книга шестая). И не могла написать о запутанной истории с Мэгги, тоже крестницей Глерхэна.
Глава 35
Дело в Семигоре
.
История двадцать девятая, о том, какое значение имеют иногда полминуты
— Для тебя эстафета, — догнал Дика младший сын трактирщика. — Только что передали, сразу, как ты ушел…— Запыхавшись, вестник некоторое время стоял, ловя ртом воздух, потом выпалил: — Какой-то мальчишка из Семигора просит помощи для своего брата, которого зовутИ́нар Вильт. Срочно! У них осталось всего два дня.
Дик молча смотрел на разгоряченного от быстрого бега вестника, ожидая подробностей. Но тот помотал головой:
— Больше ничего не знаю.
— Это Запад?
— Северо-Запад. В тех краях отличное сено и очень вкусные яблоки. Ещё там, кажется, разводят лошадей.
— Вольный город?
— Нет. Королевство. Понадобится помощь, зови.
— Спасибо, — Дик скептически скривился в усмешке. Маленький наследник трактира, разгадав его сомнения, возразил, что если до крайнего срока ещё несколько дней, вполне можно успеть послать эстафету.
— Удачи, Дик!
— Дальше.
— Я несовершеннолетний, — разочарованно вздохнул сын трактирщика, — и пока не вижу твоей дороги. Будь осторожен. Тебе грозит опасность повсюду!
— Даже у вас в трактире? — Дик не хуже «предсказателя» знал, сколько опасностей подстерегает странствующего рыцаря на каждом шагу.
— Даже в трактире, — задумчиво повторил малыш, прислушиваясь к чему-то внутри себя.
Они простились, мальчик медленно побрел домой, а Дику пришлось искать переход, который мог привести его в Семигор.
* * *
Оказавшись в подворотне на глухой окраине, Дик философски сказал себе, что проникать в город с черного хода удобнее по многим причинам. Не надо, например, платить сбор на заставе. Вот если бы ещё можно сразу встретить нужного человека, а не расспрашивать о нем горожан, или, если бы тот, кто просит о помощи, догадался сообщить Дику точное место…
— Прошу прощения, госпожа, — обратился рыцарь к первой встреченной им тетушке, шедшей за покупками, по виду сплетнице. — Вам известенИ́нар Вильт?
Тетушка шарахнулась в сторону, словно он спросил, по меньшей мере про государственного преступника, за одно только имя которого полагается каторга. Горожанка оглянулась по сторонам, но бежать из переулка некуда. Тогда она попыталась величественно отодвинуть Дика с пути корзинкой.
— Позвольте пройти, молодой человек. Ваше любопытство совершенно неуместно. Я ничего не знаю.
— А мне сказали спросить у вас, — мгновенно разыграл разочарование ее неосведомленностью Дик. — Вероятно, тот господин ошибся…
— Вы были в лавке этого старого болтуна Йофуса? Разве ему можно верить? — Почтенная горожанка снова стрельнула настороженным взглядом по сторонам. — Конечно, я знаю Инара. Бедный мальчик! Кто же в нашем квартале не знал его и его матушку, светлая ей память! А теперь ее имя треплет весь город. Чудовищная история! Я-то ведь, как все, верила, что Карилла — почтенная
