Блуждающий дух. По следам Золотого Змея - Татьяна Кагорлицкая
– Я не собираюсь рисковать вашей жизнью! – она взглянула на Куану в поисках поддержки, потом обернулась к Ральфу. – Если так получилось из-за просьбы оставить мистера Ривза здесь за главного, значит, вот и знак, что этого делать не стоит.
Однако маршал по-прежнему сохранял безразличие:
– Каждому из нас суждено умереть. Бежать со смертью наперегонки – самое бесполезное занятие, какое только можно выдумать.
– Пожалуйста, не говорите так! Что бы вы ни решили… Пообещайте, что позволите Куане провести нужный обряд. – Через секундную паузу Джейн едва слышно добавила: – Ради меня, если вы сами не дорожите жизнью.
Ривз тихо усмехнулся.
– Если вам так будет спокойнее, мисс Хантер, то что угодно.
Она благодарно кивнула, только тревога не покинула сердце, напротив, разгоралась сильнее и сильнее. Все страхи, которые Джейн гнала от себя, закружились в мыслях мрачным вихрем: «Ведь я так и не предупредила маршала о том, что Уолтер здесь… Когда мы выйдем в океан, последует ли Норрингтон за нами или, как заверял меня, останется в колонии?» Угроза Уолтера помнилась слишком отчётливо. Джейн боялась даже представить себе, что он устроит, если она поступит вопреки его воле. Ледяной немигающий взгляд бледно-голубых глаз неотступно преследовал её. «Он только и ждёт, что я ослушаюсь… Но если скрою правду от мистера Ривза и это будет стоить ему жизни, никогда себе не прощу».
Терзаясь, Джейн вновь посмотрела на Куану, словно он мог без слов понять, что её страшит, и на Ральфа, который, хоть и не доверял индейцу, всё равно заметно посмурнел после его предостережения. Голова раскалывалась от противоречий. Джейн почти решилась сообщить о Норрингтоне, когда откуда ни возьмись к ним подлетела Маргарет и сразу затараторила, излучая неуёмное воодушевление:
– Эй, господа, только взгляните, кого я вам привела!
Глава 2. Шторм
«Море не знает милосердия. Не знает иной власти, кроме своей собственной»[2]
Ральф недоумённо смотрел на неожиданную гостью.
– Мисс Локли?..
– Именно! – ответила за неё Маргарет, которая, в отличие от самой Мэри, выглядела крайне довольной. – Я пригласила мисс Локли, чтобы положить конец домыслам и пересудам. По моему мнению, её историю каждый должен услышать из первых уст.
Ривз, знавший о судьбе Мэри со слов Джейн, удивлённо приподнял брови.
– Мисс Эймс, как вам вообще удалось привести мисс Локли, если теперь она живёт среди секотан?
– Только не говорите, что опять сунулись в их логово! – рассердился Ральф.
– Не скажу, раз вас так это злит, – остудив его гнев лукавой улыбкой, Марагарет тут же посерьёзнела. – Зато попрошу созвать всех, чтобы жители послушали историю мисс Локли.
Ральф исподлобья взглянул на Мэри. Он чувствовал вину за то, что бездействовал, не пытался выяснить, жива ли она. В своё время колонисты отбили у индейцев Дорис и некоторых других пленных, но такие вылазки обходились слишком большой ценой, и их пришлось прекратить. Теперь Мэри смотрела в ответ холодно, чуть насмешливо, хоть и без осуждения, словно давно уже смирилась с тем, что каждый из переселенцев вынужден спасать себя сам.
– Я решила, что больше не приду сюда, – начала она. – Да только мисс Эймс поразительно настойчива. Она уверяла, что меня захотят слушать. Уж не знаю, сдались ли кому-то мои рассказы…
– Разумеется! У вас уникальная история, а известно о ней только со слов недостойного, бессовестного человека, – с горячностью заявила журналистка.
Мэри помрачнела, затем, собравшись с духом, кивнула. К ним постепенно стекались люди, привлечённые её появлением. Мало кто ожидал встретить мисс Локли живой, и теперь колонисты перешёптывались, бросая на неё любопытные взгляды. Больше всего внимания привлёк индейский узор на её подбородке.
– Это вам так от дикарей… досталось? – с некоторой неловкостью спросил подошедший Эдвин.
– Досталось мне вовсе не от секотан, – воинственно сжав челюсть, Мэри обвела взглядом всех собравшихся. Она глубоко вдохнула, стараясь справиться с переживаниями, чтобы рассказывать кратко, без эмоций. Люди перестали переговариваться и затихли. – Сайлас Фарлоу не просто взял меня себе против моей воли – он меня обесчестил. Я попыталась сбежать. Мне было всё равно, погибну я в чаще или от рук индейцев, лишь бы прочь от Сайласа.
Слушая её, Джейн всё больше удивлялась тому, что Мэри согласилась прийти в колонию снова. «Оказывается, дела обстояли ещё хуже, чем мы себе представляли! На месте мисс Локли я бы тоже едва ли смогла оставаться там, где со мной обошлись таким образом». – Она инстинктивно сжалась, и Куана бережно обхватил её за запястье, успокаивая. А Мэри продолжала рассказ, хотя временами это давалось ей с очевидным трудом.
– Фарлоу догнал меня в тот же момент, когда на мой след вышли разведчики секотан. Я кинулась к ним. Наверное, это показалось индейцам очень странным: чужачка, которая ищет защиты. Но они не позволили тронуть меня. Тогда Сайлас пригрозил мушкетом. Их было больше, и они не расступились, видя, в каком я отчаянии… – Обняв себя руками, Мэри горько усмехнулась. Несмотря на тяжёлые воспоминания, она держалась достойно. – Болтал Фарлоу всегда много и, даже не зная языка индейцев, ухитрился завязать разговор, пока не добился условий, которые его устроили.
Чем дольше Джейн внимала этой истории, тем сильнее болело сердце. Она знала, что Сайласа уже нет, знала, что он ответил за содеянное сполна, и всё равно душа наполнилась мерзким липким чувством. «Как он мог поступить так бесчеловечно? Воспользоваться беззащитной девушкой, которая прибыла сюда, чтобы стать женой другого человека…» – даже в мыслях ей было трудно представить всё то, о чём поведала Мэри. В горле образовался плотный ком. Джейн сделала пару шагов назад, глотая воздух. Заметив это, Маргарет горестно зашептала:
– Ужасно, правда?
– Чудовищно!
– Именно! Когда я разузнала, что мисс Локли приходила сюда, чтобы выяснить, правда ли Фарлоу сбежал, то поняла: за этим что-то кроется. Не станет человек, который нашёл себе новую жизнь, без лишней нужды возвращаться в старое место. И когда вы обмолвились, что мисс Локли истово ненавидит Сайласа, я решила рискнуть и разыскать её.
Журналистка вдруг улыбнулась.
– Она и правда живёт у секотан, представьте себе! Судя по всему, они её привечают, помогают освоить их быт… Она уже выучила многие слова на их языке.
– Удивительно, что они её отпустили с вами, – заметила Джейн.
– Во-первых, индейцы прекрасно осознают, что мисс Локли именно у них чувствует себя дома или, по крайней мере, в большей степени дома, нежели здесь, – значит, непременно вернётся. Во-вторых… Помните, что я вам говорила? Добиваться невозможного – моё призвание.
«В-третьих, – вертелось у неё на языке, – я готова куда угодно
