Судьба наёмника - Сергей Воронов

— Тира… — Прошептал Хазард, он и представить не мог, что она пережила такой кошмар в столь юном возрасте.

— Артира — Строго поправил его Фейрлинг.

— После этого случая она и перестала говорить? «Откуда ж ему знать. Они ведь до этого не общались» — ответил сам себе Хазард, ожидая примерно таких же слов и от рыцаря.

— Она говорит — ответ был неожиданным. Впрочем, с интонацией Хазард угадал. Фейрлинг посмотрел на него так, словно наёмник сказал крайне очевидную глупость, но вскоре на изуродованном лице промелькнуло что-то напоминающее смущение.

— Просто… Не часто.

Воцарилось молчание. И обоим мужчинам было неловко в нём находиться.

— Что было с ней потом? — Наконец прервал тишину Хазард.

— Какое-то время я лично тренировал её, хотя было ощущение, что она и сама все умеет лучше меня. Артира будто родилась с луком в руках. Я чувствовал, что здесь, в Кирвене, ей тяжело от воспоминаний, и решил отправить её в Эниур. Гвардейский лучный корпус принял Артиру с радостью. Подобных самородков у них ещё не было. Но каждый раз, когда в Кирвене становилось трудно дышать от преступного смрада, Артира первой просила возможности отправиться ко мне на выручку.

В этот момент из-за деревьев вышла лучница. Две широкие полоски тёмно-голубой ткани прикрывали её грудь и бедра, оставляя открытыми стройный живот и длинные прямые ноги, по которым ещё стекали капли воды. Рыжие, слегка волнистые волосы были распущены и доходили до лопаток. Девушка уверено и спокойно прошла мимо мужчин, даже не взглянув на них. А вот Хазард невольно проводил Артиру глазами. Рычание Фейрлинга в этот момент отдавало сталью, и наёмник быстро вернул к нему взгляд. Не успел он ещё хоть что-то сказать, раздался голос Милеса.

— Леди Фэритика, Эйлин, думаю, теперь ваш черёд освежиться, — Южанин подошёл к Хазарду и Фейрлингу, — А вы пока идите к костру и проследите за огнём и пищей.

Помогая по лагерю, Хазард то и дело кидал взгляд на Артиру. Лучница была спокойна и холодна, словно ничего и не было. Этот щит, который она создала, чтобы отгородиться от воспоминаний и других людей, снова был с ней. Вот только теперь наёмник понимал, что за молчанием и взглядом насквозь скрывается хрупкая, израненная душа.

Когда с озера вернулись посвежевшие Фэритика и Эйлин, на поляне умиротворяюще потрескивал костёр, а Энрик перемешивал в котле кипящую похлебку.

— Получилось, конечно, жидковато, да и навряд ли также вкусно, как у вас, леди Эйлин, но я добавил особых пряностей из своего личного запаса, так что совсем пресной эта похлебка не будет. — Голос Энрика звучал ниже и тише, чем обычно, словно ему было очень неловко за собственную стряпню.

Целительница присела напротив Энрика и, приняв от него ложку, зачерпнула немного из котелка. Слегка подув, она прикоснулась губами к самому краю ложки, втянув немного бульона. Подержав во рту и распробовав пищу, Эйлин проглотила её и улыбнулась.

— У вас прекрасно получилось. Интересное вкусовое сочетание. Впрочем, я думаю, что знаю, как сделать его немного ярче.

Было заметно, как воин, услышав вердикт девушки, облегчённо выдохнул.

— Я бы рассказал одну историю про то, как Энрик готовит, но боюсь, она надолго испортит всем аппетит. — Вклинился подошедший Кирен.

— Эй! Я тогда не был виноват. Все местные беспрестанно твердили о питательности этих грибов. Ничего катастрофичного не случилось.

— А «Дристательным войском Энрика», нас, думаешь, просто так назвали?!

— Ты сам это название придумал!

Слушая это, Фэритика чуть не поперхнулась первой ложкой похлебки.

— Кир, иди освежись, а мы пока поедим в спокойствии и без твоих увлекательных историй, — Мягко, но настойчиво приказал Милес, — Хазард, ты с ним.

— Мне отвернуться или тебе нечего стесняться? — Спросил Кирен наёмника, оставляя одежду и оружие на берегу озера.

Хазард ничего не ответил воину и вскоре тоже окунулся в озеро. Ледяная вода, в один момент, покрывая тело миллионами игл, прекрасно освежала. Тело изнутри разжигалось жарким огнём, не позволяя холоду полностью сковать наёмника. А на поверхности воды уже достаточно разгорячённое солнце не позволяло Хазарду продрогнуть.

Смыв с себя грязь, пот и усталость после сражения, воины решили ещё на какое-то время остаться в воде. Хазард бросил взгляд на оружие и одежду Кирена.

— Ты владеешь навыками сражений двумя мечами одновременно? — Спросил Хазард. Его учитель прекрасно умел биться с мечом в каждой руке. Врываясь в гущу сражения, он был менее защищён. Но если твои удары неуловимо быстры и часты, словно капли дождя во время ливня, защищаться очень скоро будет не от кого. Однако Хазарда он подобным умениям не обучил, решив, что это не тот стиль боя, который ему подходит.

— А? Да не, не особо. — Кирен махнул рукой в сторону своего оружия и брони, — Я предпочитаю меч и щит. — Пожав плечами, добавил он.

— А, просто два меча…

— Это больше для Энрика — ответил воин на не заданный вопрос и, увидев недоумённый взгляд Хазарда, усмехнулся. — В разгаре боя он частенько может швырнуть свою дубину в кого-нибудь. И чтобы эту дубину без его дубины никто своей дубиной не огрел, приходиться его выручать.

— А если он и меч швырнёт? — С улыбкой спросил Хазард.

— Я ему швырну. Не, свой бы он мог, а вот чужой, тем более мой, не посмеет. — Немного помолчал, Кирен добавил то, что явно было непросто сказать, — …К слову, спасибо, что спас этого толстяка.

— А я думал, что каждый из вас мечтает, чтобы другого побыстрее прикончили. — Улыбка на лице наёмника стала шире и хитрее.

— Ну… — Кирен сделал вид, что задумался. — Знаешь, пока рано. Он ещё может быть полезен. — Воин улыбнулся, — Ладно, хватит прохлаждаться. Пошли, а то всю его стряпню без нас сожрут. Чем нам потом под кустом зайцев пугать?

— Мне отвернуться или тебе нечего стесняться? — Решил вернуть фразу Хазард.

— Знаешь, а вот над шутками тебе надо бы поработать. — Тон Кирена был необычайно серьёзен.

Вернувшись к костру и быстро покончив с миской похлебки, Хазард первым встал в дозор, позволяя остальным отдохнуть. Вымотанные тяжёлым боем и долгой дорогой, все, кто был в отряде, мгновенно заснули. Наёмник же не чувствовал и капли усталости.

Его голову заполонили мысли о том, что было и что их ждёт дальше. Сколько ещё препятствий встанет