Разрушители пророчеств 1 - Сергей Юрьевич Михайлов

– Леонойль, иди сюда, надо поговорить с орком.

С видимой неохотой эльф подошел к ней. Орк вопросительно уставился на них.

– Спроси сначала как его зовут.

Выслушав вопрос, орченок повернулся к девочке:

– Горзах.

Эльфенок засмеялся.

– Что смешного? – Марианна строго посмотрела на него.

– По-ихнему, это дикий кабан.

Она постаралась скрыть улыбку. Худой мальчишка никак не походил на кабана. Скорей бурундук.

– Скажи, что ему надо помыться. Вода уже подогрелась.

Когда орк ответил, Лео опять засмеялся. На вопросительный взгляд Марианны, он перевел.

– Он говорит, что воин не должен мыться до конца похода. Иначе он смоет свою удачу. Но если этого хочет Великая Каххум, то он исполнит её волю.

– Кто это – Каххум?

– Да это выходит ты, – глаза мальчика блестели весельем. – Он тебя считает великой.

«Ладно, потом разберемся, за кого он меня принимает, – решила девочка. – А сейчас надо воспользоваться этим».

– Скажи ему, что Каххум хочет, чтобы он помылся.

Раненный заметно погрустнел, но согласно кивнул. Однако, когда увидел, что Марианна взяла с костра котелок с подогретой водой, отрицательно замотал головой и показал на ручей.

– В ручье будет? – она повернулась к эльфенку.

– В ручье, – перевел тот. – Ты не ходи, не хочет, чтобы видела.

– Ладно, только дойти помогу, ты за ним там присмотри. Я ужином займусь.

«Эх, – вздохнула она, вдохнув подымающийся над котелком пар. – Овощей бы сюда. Был бы не суп, а объедение. И хлеба». Мысли о хлебе, постоянно мучили её. Она попыталась не думать об этом. «Что мечтать о несбыточном?»

Снизу от ручья, её окликнул Лео:

– Марианна, иди помоги.

Она прошла через кусты, и едва сдержала смех. Мужская рубаха балахоном висела до колен орка. Из широкого ворота торчала худая смуглая шея. Светлая рубаха еще подчеркивала это. Он помыл даже волосы. Черная жесткая шевелюра стала от этого еще больше. Из-под спадающих на лоб, криво остриженных густых волос, выглядывали черные быстрые глаза. Широкий приплюснутый нос, широкие скулы и торчащие из-под верхней губы клыки, заходящие на нижнюю.

Почему-то лицо это уже не вызывало не отвращения, ни страха. Наоборот, оно было где-то даже симпатичным. «Наверное, это потому, что я давно не видела людей». Сравнивая орка и эльфенка, девочка поразилась их сходству. Конечно, не чертами – нельзя сравнивать ангельское беленькое личико Лео и смуглое, почти черное лицо Горзаха, но у обоих было одно выражение – смесь мальчишеской наивности и бравады. «Передо мной хорохорятся» – женским чутьем поняла она.

– А ну-ка, спроси, сколько ему лет?

Орченок ответил и на пальцах показал – десять. «Ты, смотри, даже считать умеет, – удивилась она. – А по возрасту, я примерно так и думала».

– Идите сюда, надо его перевязать.

Орченок что-то быстро зашептал эльфу.

– Он сам перевяжет. Рана почти зажила.

У Марианны тоже появилось подозрение, что орченок понимает её.

– Все равно, мне надо посмотреть.

Она поднялась, и хотела спуститься к ним.

– Не ходи. Он все равно не покажет.

И тут до неё дошло, что мальчишка просто стесняется. «Вот дурачок».

– Идите тогда есть. Мясо сварилось.

Второй раз приглашать их не пришлось. Она решила, что сегодня стоит поесть побольше, мясо может испортиться. Поэтому в котелке варилась уже вторая порция. На развернутом куске бересты, заранее снятом Лео с красивой ровной березы, дымилась, остывая, разделанная птица. Мясо глухаря, к удивлению девочки, оказалось темным. Совсем не курица, подумала она.

Галенейрия действительно творила чудеса. Хромая и держась за кусты, к костру раненный подошел сам. Он через день сможет идти с нами, обрадовалась девочка.

Ужин получился на славу. Свежесваренное мясо исчезало с удивительной быстротой. Орченок, как и эльф, отказался от соли. Они с трудом, но осилили оба котелка. Особенно постарался Горзах, возле него было совсем мало костей. Он легко перемалывал своими мощными зубами птичьи косточки. Запив все оставшимся бульоном, мальчишки дружно отказались от морса.

– Тогда, я не буду его варить. Утром сварим.

Укладываясь спать, она опять подумала: «Все было вкусно, но я бы съела еще кусочек хлеба».

Среди ночи её разбудил эльфенок. Толкнул в бок и тут же закрыл ей рот.

– Смотри, – чуть слышно прошептал он. В свете луны она заметила идущего к ручью орка.

– Ну и что? – так же тихо спросила она.

– Вещи с собой взял. Наверное, сбегает. Лежи, не шевелись, я прослежу.

Эльф неслышно скользнул в сумрак. Марианне стало до слез обидно. «Почему?» Она поплотней укуталась плащом. Спать расхотелось. «Куда же он пойдет, дурак? Рана еще не зажила. Домой, наверное, сильно хочет». Мысленно она уже начала придумывать оправдания ушедшему. Она не услышала, как появился Лео. Наклонился к ней и зашептал:

– Ой, не могу! Штаны стирает…

Видно было, что эльфенка душит смех. Но он сдержался и уполз на свое место. Немного погодя, появился Горзах. Стараясь не шуметь, он развесил на куст свои кожаные штаны, и улегся. «Дура я. Напридумывала». Она улыбнулась, успокаиваясь, и заснула.

Когда она проснулась, завернувшиеся в плащи мальчишки сидели у костра. Солнце, поднявшееся над лесом, уже подсушило утреннюю росу. Над костром побулькивал котелок. Девочка почувствовала запах похлебки. Ребята опять варили мясо. Она вскочила:

– Почему не разбудили?

– Тебе поспать надо, – серьезно ответил Лео. – Мы то все-такимужчины.

«Мужики, – Марианна благодарно осмотрела худых мальчишек. Хотела подшутить, но в горле предательски запершило. – Заботятся. О самих то, кто позаботится?» Она, все чаще ловила себя на мысли, что они перестали быть для неё просто случайными эльфом и орком. В мыслях она называла их мальчишками. Как будто они с соседней улицы.

Ничего не сказав, девочка убежала к ручью. Когда вернулась, ребята хозяйничали возле берестяного стола. Горзах переоделся. Штаны были полусырыми, и когда он останавливался у костра, от них начинало парить. Сапоги орченок пока не одевал и ходил босиком. Прихрамывал совсем немного.

– Ну-ка, покажи рану! – приказала Марианна, показав пальцем на ногу. Тот раздвинул прорезанную дыру. Так и есть, на месте вчерашней гнилой ямы, краснел свежий рубец.

– Ты зачем повязку снял?

Орк вопросительно смотрел на неё. Все-таки не понимает, отметила она. Эльфенок спросил сам и перевел:

– Больше не надо. Он сам подлечит дальше.

– Ну сам, так сам. Идти сегодня он сможет?

– Да.

– Тогда поедим и в путь.

Против еды никто возражать не стал. Все уселись у костра и потянулись к мясу. Глотая куски мяса, Горзах умудрился о чем-то говорить эльфу.

– Слушай, он спрашивает – куда мы идем?

– Как куда? К реке, к людям.

– А ты