Еретик. Том 1 - Валерий Валерьевич Васильев

— Я слушаю.

— Этот человек прожил… сложную жизнь, и благодаря мне он забыл о ней. Теперь он начал жить заново, но из темноты прошлого готовы явиться девять теней. Опасайся тени с изумрудными глазами, она — главная сердечная боль этого человека. И она может явиться сюда. Только знай, она — демон! И при первой же встрече она попытается отравить его, и выпить душу!

Эмели побелела. Это ужасно! Девочка и не знала всей подноготной, да и наивна, как котенок. Этим Аласа и воспользовалась.

— Я спасу его душу, и сопровожу в ваш чертог, Аласа.

— Это я и хотела услышать.

Богиня развернулась, и шагнула в стену, где и пропала, оставив светлый силуэт на стене. Жрица же впервые за долгое время покинула свой пост, направившись к верховному жрецу.

Верховный жрец Карп[3] восседал в своем кресле, лениво перебирая бумажки. Отчеты, приходы, расходы… все, чем живет храм, проходит через его руки. Вдруг дверь скрипнула. Обычно так неуверенно заходят слуги.

— Я просил не беспокоить. Но раз уж приш…

Карп замер на полуслове. Перед ним была главная достопримечательность их храма — Святая Дева. Но она же всегда молится на благо храма в самом его центре? Карп отложил бумажки и внимательно посмотрел на Эмели.

— Святая Дева, вам что-то нужно?

— Богиня поручила мне задание — спасти душу одного человека от загребущих когтей тьмы. Этот человек прибыл вместе с инквизитором Джейком.

Карп кивнул, и достал реестр инквизиторов. Он и не так уж велик, всего лишь пара тысяч имен. Джейка он нашел быстро, к счастью, он оказался всего один.

— Нашел. Однако про человека никаких записей…

— Я лично лечила ему руки и ноги.

— Это прошло мимо бухгалтерии. Позвольте, Святая Дева, я прежде проверю всю эту ситуацию. Через два месяца все будет точно ясно.

— Почему?

— Проверка счетов, бухгалтерии, отчетов и так далее — длительный процесс. Плюс, вполне мог затесаться и предатель в наши ряды. Вам пока рано прибывать туда лично.

— Вы правы. Тогда я полагаюсь на вас. Простите, что нагружаю своими просьбами.

— Ничего страшного. Давно была пора пройти по отделениям с инспекцией.

Эмели ушла, а Карп откинулся в кресле. Лечили неизвестного человека в обход бухгалтерии, используя природную доброту девочки. При этом назвался своим званием и именем. Несусветная глупость — девочка не умеет врать и скрыть информацию. Что ты затеял, Джейк, и как сильно это тянет на костер? Карп ухмыльнулся.

— Спасти душу? Хм, а ведь костер тоже спасает душу, и заставляет замолчать… навечно.

[1]/ Примечание: в нашем мире «спиртовой двигатель» называется «Дизельным двигателем». Однако, он так назван в честь изобретателя — Рудольфа Дизеля. В другом мире крайне мала вероятность, что найдется такой же Дизель, поэтому Система настроена переводить этот двигатель как «спиртовой». Ну и да, здесь его в основном заправляют чистым спиртом. /

*Ты мог просто сказать, что «спиртовой двигатель» = «дизельный двигатель»*

/Тогда появились бы вопросы. Тем более, что ты сама про дизельный двигатель знаешь только из нашей азбуки, не больше!/

*Зануда*

[2] *Согласно одному из словарей «Иной» в одном из языков так же звучит как «Чужой»*

/И зачем эта информация?/

*Слушай, этих языков в галактике — ты бы умер, пока я буду их перечислять! А я, благодаря одному привередливому Создателю, должна переводить все с максимальной точностью! *

/Ладно, работай./

[3] /Это…/

*Да. Этот же Карп во время Игр Богов занял место верховного священника, и участвовал в убийстве Каси.*

/Забавно, не знал, что он отсюда/

*А меня спросить?*

/…/

Глава 2. Никто не ждал, а мы пришли

/Фисали, ПЛ/

Мда, это, конечно, не частный дом. И не пентхаус. И даже не квартира. Тоже ничего, но все же, не квартира. Я скептически осматривал чуланчик, в котором предстояло жить. Площадью два на два метра, кровать, под ней небольшой шкафчик, видимо, для личных вещей. Столик с странным постаментом — большое золотое кольцо с небольшим шариком справа.

Учитывая, что я в инквиции, наверное, это священный символ? Может, мне тогда стоит помолиться? Думай, голова, думай! Шапку куплю! Хм. Вспомнил! Не помню, что значит, но вроде бы неплохо. Я прижал правую руку к сердцу, и начал тихо шептать.

— Ave spiritum Madness, chaotic potentium…[1]

Священный (уже 100 %) символ недовольно искранул, а молния от него чуть не угодила в меня. Понял, понял, не молюсь! Какая тут… скромная богиня, однако. Молитвы не любит.

/Где-то в небесах, маленькая феечка/

— Нет, не пи***ас, ты кто такой, чтобы это делать, сука?! Я тебе память стерла, мои слуги память стерли, а тебе посрать? Где молоток, я его сейчас уроню! Спокойно, Аласа, спокойно, этот долбоеб не стоит твоих нервов… И плевать, что добавил свою ложку дегтя в мою цистерну меда, меда ведь все равно больше, спокойно… Ну, Маднесс, я тебе это припомню!

/Фисали, ПЛ/

Забив на каюту… в смысле, на келью, я пошел искать эту самую лавку портных. Пару раз заблудившись (просто найти инквизицию было просто, а вот портных — нет), я наконец увидел вывеску с ниткой и иглой.

Звякнул колокольчик, висевший над дверью. Мда, бесшумно не зайдешь. Разве что подкопом. Откуда такие мысли — не знаю. За прилавком стояла полная женщина в очках, и что-то пересчитывала.

— М? Добрый день, молодой человек.

Её сварливый, несколько визгливый голос чем-то напрягал. Впрочем, она же просто портная, не иголкой же она меня бить будет? Хм, почему удар иголкой кажется мне весьма эффективным? Видимо, нам не только счет и письмо преподавали.

— Добрый день. Мне бы форму…

— А ты чьих будешь?

— Фисали, из инквизиции.

— Из инквизиции, какая важная птица… Ну и хто ты?

— Писарь.

— А, писарь, тоже мне. Размеры свои знаешь?

— Нет…

— Вот инквизиция пошла, про последнюю вошь все знают, а про себя даже размеры не знают… Иди сюда, померяем.

Она достала портняжный метр, и довольно сноровисто начала измерять меня, не забывая добавлять едкие комментарии.

— Талия… угу, отъелся на инквизиторских харчах… Плечи широкие, а руки веточки, поди ничего тяжелее стула и не поднимал… А руки-то в мозолях, видимо, нерадивый ученик, били часто…

Вот ведь стерва, а? Ну ладно, потерпим. В конце концов мерки кончились, и она ушла в соседнюю комнату. Вернулась с свертком белой одежды.

— Вот твоя форма. Джейку привет.

— Благодарю…

— Не «благодарю», а деньги давай.

Я протянул ей карточку, она вставила её в какой-то