Последняя из древнего рода 2. Тень забытых клятв - Ирина Властная

– Лорд Эйшар, выпейте, – поднесла я к его губам чашку с болеутоляющим зельем, точнее, с зельем, которое всё болезненные симптомы устраняло. С одной стороны, неимоверно полезный состав, например, в таких вот случаях… а с другой – вот так хлебнёшь его перед схваткой и запросто не заметишь смертельной раны, а когда заметишь – уже поздно будет.

Проскочила мысль, что сейчас благородный представитель рода Эйшар не менее благородно откажется от зелья, заявив, что и так в состоянии перенести все тяготы и невзгоды, но, покосившись на Дарта, чьё выражение лица не предвещало ему ничего хорошего, даже спорить не стал. Со стороны Дарта раздался разочарованный вздох, а на лице лорда Эйшар расцвела победная улыбка… по-моему, эти двое находят исключительное удовольствие в своём противостоянии.

Прежде чем использовать зелье «Жизненная сила», необходимо было сделать что-то с ногой лорда Эйшар – на это издевательство, пусть и с благими целями, смотреть я категорически отказывалась и потому вышла за дверь. Лорд Рэдвел, заявив, что и без него справятся, вышел вместе со мной.

– Тебе надо отдохнуть, Лия, – и не думал скрывать тревогу ни в голосе, ни во взгляде Виртэн, бережно поправляя мои волосы. – День был неимоверно тяжёлым.

– Лорд Дарвурд рассказал вам в лаборатории, что произошло и почему дархин оказался на свободе? – я не стала отказывать себе в удовольствие и, обхватив Виртэна за талию, со всем возможным удобством прижалась щекой к его груди. – Не злись на меня… без родовой силы Гэррош дархина победить было невозможно. Если бы я послушалась тебя и осталась в Зеленоскале, то вряд ли бы я сейчас слушала биение твоего сердца…

Да, я решила действовать на опережение! Виртэн был зол, но сдерживался, пока необходимо были оказать помощь всем раненым, но эта передышка подходила к концу и глава рода Рэдвел, имея статус моего избранника и жениха, с полным на то право, готовился мне высказать всё своё негодование относительно моей самостоятельности.

Невообразимо тяжёлый вздох вырвался из его груди.

– Я готов погибнуть сам, но не готов жить без тебя, Лия. Ты сама говорила, что у нас одна судьба на двоих, следовательно, я уйду за тобой за грань в ту же минуту, – Виртэн не стал мне ничего выговаривать… он сделал куда хуже – он чётко дал понять, что если со мной что-то случиться и непобедимый глава рода лучших телохранителей позволит себя победить в ту же минуты… кому угодно позволит.

– Я поняла, – вынуждена была признать вес его аргументов, с не менее тяжёлым вздохом, чем у него.

– Ну, и чего вы здесь застыли? – выглянул из-за двери Дарт. – Нужно напитать зелье силой, дать его этому, цепляющемуся за жизнь, и приступить к его же допросу! В смысле, исключительно вежливо попросить поведать нам, что произошло в недрах Хрустальных.

Пришлось вернуться обратно. Как бы мне ни хотелось вот так вот просто стоять и обнимать Виртэна, но сперва требовалось решить насущные проблемы в лице дархинов.

Нога лорда Эйшар была зафиксирована между двумя дощечками, которые ещё раньше я приказала принести в комнату, и туго замотана полосками ткани.

– По-моему, мне дархин меньше вреда нанёс, чем вы, уважаемый лорд Дартин, – сердито шипел Эйшар.

– А как так вышло, что мы имели несчастье видеть это создание Дархэйлера во плоти, так сказать? – я и зелье силой напитала, и в чашку его перелила, и к губам лорда Эйшар её со всей любезностью поднесла.

– Так получилось, – после его малосодержательного ответа, мы дружно на лорда Дарвурда посмотрели, который, несмотря на то, что не только исключительной любовью к опасным приключениям, но ещё и регенерацией отличался, дрогнул под нашими взглядами.

– До пещеры мы добрались без особых проблем, – с лёгкой запинкой начал откровенничать Дарвурд, – вошли в пещеру, лорд Эйшар проследил путь к темнице дархинов по нитям запирающего, собственно, этих чудовищ, контуру, и мы вышли к месту не только центрального плетения схемы, но и к месту пленения дархинов. Честно признаться, атмосфера там та ещё… до костей пробирает, – передёрнул плечами янтарноглазый дракон, – а схема плетений настолько древняя и сложная, что я совершенно в ней ничего не понял, а вот лорд Эйшар разобрался…

– Я ошибся, – глухо произнёс Эйшар, – я разобрался и в плетение, и в центральных узлах, которые следовало подпитать силой… силы, кстати, эта прелесть жрёт немерено. Первый узел я напитал силой, но на втором, у меня дрогнула рука и потому силы ушли не по тому вектору… это моя…

– Ну, ничего, ничего… – с сочувствием похлопал по неповреждённой части спины Дарт лорда Родерика, – не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Элька столько сил на твоё излечение вбухала, что через пару дней от твоих ран и следа не останется, и поскачешь ты резвым парнокопытным обратно в Хрустальные, чтобы исправить свою оплошность.

Даже сочувствие у Дарта весьма… своеобразное было.

– Сомнительные перспективы, – поморщился Эйшар, – тем более лазейку, возникшую по моей вине, я намертво запечатал, потому и сил столько потратил…

– Насколько надёжен магический контур сейчас? – Виртэн, как всегда, не только смотрел в суть проблемы, но уже, судя по выражению его лица, просчитывал возможные варианты событий и что мы сможем сделать в том или ином случае.

– Довольно надёжен… скажем так, моё вмешательство не изменило его состояние до моего вмешательства, – ненадолго задумался лорд Эйшар, – единственный результат – это явление этого упыря…

– Что тоже является огромным плюсом, – ровно произнёс Виртэн, несмотря на нахмуренный вид. – Теперь мы не только знаем,, на что способен наш враг, но и знаем, как с ним бороться и как его можно убить.

– Ну, если с этой стороны посмотреть на ситуацию, то я даже молодец, – не удержался лорд Эйшар, но под нашими взглядами осёкся.

– Сколько у нас времени? – продолжал расспросы Виртэн. – Лорд Дартин, вы нашли необходимый рецепт зелья?

– Да бездна его знает. Может, неделя, может год, может, несколько дней, – отозвался лорд Эйшар. Он хотел ещё и плечами небрежно передёрнуть, но при первом же движении поморщился, шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы и затих.

Виртэн перевёл требовательный взгляд на Дарта.

– Не нашёл, – развёл руками тот, а потом возмутился: – Когда бы?!