На откуп дракону - Анастасия Максименко
― А если, теоретически, всё-таки выйти за пределы дворца?
У служанки заалели зрачки.
― Тогда тебе никто не позавидует. Сгинешь на древо-одре в огненном шквале, ― нежить простодушно пожала плечами, миленько улыбнулась. ― Собственно, как и должна. Никто не расстроится.
Ха… Весело, что. Хотя, честно говоря, что-то я смутно могу представить Драко, реально пытающегося меня умертвить.
Искоса глянула на Сану. Ну, их же он умертвил. И вновь меня побрало до костей. Ладушки, на ус намотала. Лишний раз не влипать во всякое-разное и на улицу ни ногой.
― Постой. А ты знаешь, как именно гибнут на том одре? Больше всего меня интересуют причины.
― Ты точно с неба свалилась, Арина. Дракон сжигает жертву на древе...
― Извини, а что вообще собой представляет это одр-древо?
― Нечто вроде гигантских размеров ровно-срубленного дерева.
― Круглый пень?
― Идеально круглый пень. С красивыми рунными рисунками.
― Так. Понятно...
― Да. Так вот, если дракон сжигает-таки свою жертву, то он какое-то время может оборачиваться.
― Оу!
― Ведь именно люди лишили драконов полной трансформации, по этой причине те, кто не пользуется жертвой – не могут ни в небо нормально взлететь, ни получить дитя. Продолжение. Ребенка.
Потрясенно ахнула. Чего…
Глава 21
Под покровом ночи со свечой в руке крадусь тихонько на кухню.
Есть хочется — жуть, на обеде толком не покушала, да и на ужине тоже, как-то после услышанного от некро-служанки не особенно и хотелось, теперь вот ползу.
Короче, прям всё Сана и сама не знала, почти никто из людей не знал, но почерпнув подробности с наводящими вопросами у нежити, просмотрев книги, я вычленила кое-что. И дело, в общем, такое…
Когда-то давно, очень давно, люди жили довольно спокойно среди драконов, а драконы среди людей, но в одночасье люди открыли на драконов охоту.
Никто из ныне живущих не знает доподлинно, зачем и почему. Вот просто открыли охоту, довольно некрасивую, жестокую и кровавую.
Начали, как водится, с самых слабых — с драконят и дракониц. Именно их постепенно на протяжении многих лет похищали, уничтожали и так далее по жестокости, да.
Пока драконы опомнились, злодеи добрались до верхушки, уничтожив драконьего принца на глазах его матери, а затем и её саму.
Умирая, чешуйчатая женщина проклята всех людей этого мира на постепенную мучительную гибель, а именно буквально за пару лет среди людей прошел непонятный мор, выкосив прилично народу на всех слоях общества, животину, посевы. Да, в принципе, почти всё!
И ладно только у людей, у драконов после смерти проклятийницы королевы тоже не всё было сладко.
Они, как только королева испустила дух, в одну секунду потеряли умение полноценно оборачиваться, как и рожать детей. Это дело стало настолько редким, что каждый ребенок драконов был на счету.
Право, за столько столетий родилось по статистике всего пять детей, то есть, по одному на сто лет. Жестко.
Насколько поняла, вот это своего рода откат из-за черного проклятия королевы драконов.
Вернемся к истокам.
Кто-то из верхушки людей допер, что дело-то в охоте на драконов, до которых с момента мора людям и дела особо не было, у них возникли другие проблемы, и эта верхушка поперла договариваться с драконами. Молить о прощении и всё такое.
А поперли идиоты как раз к драконьему королю. Тот хотел сначала сволоту прибыть, но… почему-то решил дать им шанс, и вот тогда был заключен «демонический» условно договор.
Невинная жертва в обмен на блага, но дети — табу.
Чешуйчатый король оказался, видимо, куда более человечней людей, пусть и относительно.
Вот с того времени каждые пять лет во всех концах света, в каждой деревне люди отдавали на откуп человеческую невинную жертву.
Именно жертва должна была стабилизировать положение самих драконов, ведь сжигая дань на том самом одре, дракон обретал полноценную форму и мог зачать ребенка. Этакие Голодные игры, только без состязаний. Наверное.
Пока это всё, что я узнала. Дико извиняюсь за сумбурность и косноязычие, последним дико страдаю, но как есть. Фух, рассуждая обо всём этом, устала.
И вот надо было кому-то сделать гадость, а, как обычно, за гадость расплачиваются совершенно другие. Всегда это бесило.
Прошмыгнув на кухню, хлопнула в ладоши, врубая свет.
Внимательно оглянулась, оценивая почти стерильную чистоту, а некро-девчонки, как минимум, здесь хорошо убирались. Ну, или здесь где-то работают те самые дрючки-артефакты.
Так – холодильник, берем курс на его поиски.
Осмотрела все шкафчики, даже навесные, а их было немало, зато откопала пахучие специи. Удивилась, почему нежить все эти приправки не добавляла в еду, раз они имеются в наличии.
Хотя, возможно, тоже аллергия, как у меня на пыль.
Ну, а что, у вампиров реакция на чеснок, может, у умертвий — на перец, допустим, ха. Хлеб тоже нашла в одной из навесных полок под полотенчиком.
Так, где холодильник-то? Помыкалась, потыркалась, холодильника никакого не нашла, зато обнаружила дверную панель, ага, до отчаянья опустилась, что начала стены простукивать, кроме шуток!
И вот на стене, что была подозрительно пустая, не заставленная, и откопала спрятанное полотно, даже скорее провалилась в него, а ведь всего кулаком немного нажала.
Как оказалась в прилично холодном помещении, чуть меньше, чем сама кухня. В сумраке тонули плотно утыканные друг к дружке металлические стеллажи.
Ага. Видимо, этот не-погреб и есть нечто вроде холодильника. И да, я оказалась права. А уж когда начала ревизию, чуть глаза не разбежались.
Чего здесь только не было. И сырое мясо, и всякие разные крупы, и нечто вроде макарон, только сделанные вручную, этакие заготовки. Холодные заготовки булочек и другой сдобы.
Овощи в ящиках и фрукты, вроде как несколько мини-паллетов с колбасами, отдельный огромный паллет с молочными банками, ну, это я надеюсь, что там молоко. Жертв не нашла, если только животных. И слава богу.
Сглотнув голодную слюну, потерла ладони. Живем!
Только через четверть часа, к своему прискорбию, поняла: кроме как сэндвичи, ничего иного приготовить не смогу, поскольку понятия не имела, как зажигать печи.
Ладно, сэндвичи с мясом и салат — тоже нормально, а то от нежити так и не попробовала, сами-то они сырое мясо ели. Фе.
Набрав всего, поджимая сверху кусочек сыра подбородком, выпорхнула в теплоту,
