Ленка в Сумраково. Зов крови - Анна Александровна Пронина
— Ключ! — напомнило Оно тут же навязчивым жужжанием прямо в мозгу.
Андрей хмыкнул. Идти сейчас обыскивать по сотому разу брошенные хаты не хотелось. И почему сейчас? Может, менты уже уехали из деревни?
— Ключ! — снова прошипело Оно, и по всему телу, как напоминание, разлилась волна жгучей боли. — Ключ! Андрей выбросил окурок и сплюнул на землю.
— Ладно, ладно! Ключ так ключ… Где его искать, этот твой ключ? Все уже обыскал по сто раз!
Он медленно двинулся вдоль ручья, ворча и разминая на ходу ноги.
— Там! — раздалось в голове.
Небольшой рой мух вырвался у него из носа и ушей и завис перед лицом чуть правее и выше. За мухами вдалеке Андрей увидел крышу Ленкиного дома.
— Там? — занервничал он. Почему там? Откуда там? Дом пустой стоял, откуда там взяться ключу?
Андрей поднялся до середины склона, напролом пробираясь через брошенные участки. Многие деревянные заборы давно прогнили и волнами стелились по земле, слегка прикрытые снегом, а кое-где их вовсе уже разобрали на дрова. Холод, снег, забившийся в ботинки, — все было неважно. Надо было послушать, что там, в доме наверху. Что там происходит?
* * *
Ленка, конечно, была удивлена, что бывшая ведьма Настя согласилась приехать к ней Сумраково одна, и довольно скоро.
— Ну привет-привет, подружка, и зачем же я тебе понадобилась?
Ленка была поражена, как снова сменился тон их общения. Уезжала Настя совсем другой… Видно, ведьмовскую душу каким огнем ни очищай, добела не отмоешь.
Настя неспешно прохаживалась по дому, осматривая его, словно была здесь впервые.
— Я тут нашла кое-что. — Ленка положила перед Настей тетрадку. Ту самую, которую забрала из дома Костика. Настя взяла ее в руки и усмехнулась.
— Интересно. И как же она к тебе попала?
— Неисповедимы пути…
— И что теперь? — Настя смотрела на Ленку без тени смущения, даже с вызовом.
— Мне нужно найти ее хозяйку. Ту, что оставила все эти записи, — сказала Ленка.
— Серьезно? — Настя улыбнулась. — Ты никак крестовые походы решила на ведьм организовать? Сперва я, теперь тебе другая вот понадобилась…
— Что? Нет! — Ленка и не подумала, что Настя может понять ее совсем иначе. — Мне помощь нужна. Отец, пока жив был, писал маме, что в Сумраково есть ведьма, которая может снять наше семейное проклятие. И я искала ее, искала, но… В общем, помнишь, Ирина нам рассказывала, что тетрадку эту в заброшенном лесном доме нашла? Я подумала: может, она там жила? И потом, мама вспомнила, что в молодости встретила здесь какую-то странную даму, и довольно молодую… Ну, вот я сопоставила и подумала, что она где-то здесь все еще… Ну, прячется от людей, тоже понимаю. Но ты ведь по тетради наверняка ее найти сможешь?
— Я же тебе уже говорила, что хозяйка тетрадки, раз бросила ее и дом, значит, люди ей больше не интересны. И потом, как искать, как собака, что ли?
Настя устало присела за стол, положила перед собой тетрадь, погладила ее по кожаной обложке, словно живую, потом подняла глаза на обескураженную Ленку.
— Странная ты, подруга. Сама меня колдовской силы лишила, а теперь за колдовской помощью приходишь.
— Ну ты же помогла Косте, научила его с перстнем ворожить. Я подумала, что ты и меня научить можешь.— «Я не ведьма, я не колдую», — процитировала Настя Ленкину фразу. — Разве не так?
Ленка не ответила. Да и что тут скажешь? Что ради жизни любимого мужчины пойдешь на что угодно? Как будто Настя этого не знает...
— Ладно, объясню. — Настя встала, перекинула русую косу за спину и сложила руки на груди, как школьный учитель. — Ты сожгла мой дом, чтобы лишить меня связи с потусторонним миром. Лишила, окей, колдовать я больше не могу, душа моя свободна, но ничего, что дом — это вообще-то было мое родовое гнездо? Ничего, что мы там всей семьей жили? Да, переехали сейчас к Федьке, мужу моему, но там и хата поменьше, и родители его живут, и младшие братья! А у нас свои дети… В общем, строиться надо! А на какие шиши? С тебя-то взятки гладки благодаря твоему Кадушкину! Костя этот нас сам нашел. Предложил серьезные деньги, если помогу ему информацию из покойничка выудить. А как я помогу, если я из-за тебя… Вот и пришлось учить! Его душа черная, в злобе и алчности погрязшая, ее черти и взяли в уплату за помощь. Потому и сила у него была, чтобы ворожить. А я что? Я теперь не лучше этой тетрадки: все знаю, а сделать не могу! Хочешь колдовать — научу. Но душой заплатишь. А иначе откуда силу-то взять?
Ленка не знала, что ответить.
— Ну решай, — снова улыбнулась ей Настя. — Дело твое.
— Погоди!
И тут Ленка вскочила с места и кинулась искать свой мобильник. Забыла, где оставила, да и ладно. Выбежала на открытую веранду, построенную дедом Славой, перегнулась через перила и крикнула:
— Володь! Вов! Дома? Слышишь меня?
Володька откликнулся откуда-то из-за ели:
— Тут! Да! Чем могу служить?
— Приходи, дело есть! Володь, и бабу Зою с собой возьми!
* * *
— Зоя! — Шепот мух впился в сознание Андрея.
Зоя? Парализованная инсультница? Она ключ? Но она была здесь всегда, почему только теперь Оно решило, что Зоя — ключ?
— Зоя! — повторило Оно и снова для верности обожгло его тело волной боли. — Она забыла, кто она, мы не видели ее. Но она проснулась, она вспомнила, кто она, когда коснулась крови мужа. И теперь эти людишки тоже знают, что она ключ!
Андрей с трудом понимал, что Оно говорило. Перед глазами встал дед Слава, которого Андрей подстрелил, и его сгорбленная, сжавшаяся в комок фигура на снегу, за порогом Ленкиного дома.
Собственное тело слушалось Андрея с трудом, ему хотелось вот так же прилечь на снег и еще немного поспать.
Но Оно снова ошпарило его изнутри, заставляя подскочить на месте, напоминая, что Андрей ему должен…— Да на черта он тебе сдался?! Ключ этот! Зоя эта! Сумраково это мертвое! — закричал Андрей. И вдруг вместо жужжания увидел перед глазами картину. Странную картину, которая
