Семестр нераскрытых преступлений - Виктория Голубева

* * *

Невысокий деревянный забор отделял сад от остальных территорий поместья, простирающихся вниз по долине. Здесь мне удалось найти убежище.

Я сидела на скамейке у зарослей вереска, позади меня раскинул ветви огромный цветущий рододендрон. Он, как и все остальные деревья и кустарники, был украшен фейскими огоньками.

Для гостей на скамейках заботливо разложили пледы, и я закуталась в тот, что лежал рядом. Прошло уже минут десять, а я все еще не могла успокоиться и уговорить себя вернуться на прием.

Где был мой мозг, когда я устраивала то маленькое представление в кофейне? Почему я не подумала, что Мой Незнакомец преподает в Академии, куда я собиралась пойти слушательницей?

Хватит. Никто не посмеет испортить этот вечер! На мне новое платье, волосы красиво уложены, и я нравлюсь самой себе. Почему вместо того, чтобы пойти танцевать, я сижу одна в самом дальнем углу сада?

Так дело не пойдет. Отложу страдания на сентябрь, когда начнутся занятия.

Я уже встала со скамейки, сбросила плед и собралась уходить, когда внезапно услышала:

– Мне жаль.

От неожиданности я даже подскочила. В паре шагов от скамейки стоял господин Дознаватель.

– Прошу простить меня за неподобающее поведение, – виновато произнес он.

– Джо заставила вас прийти сюда? – не скрывая издевки, спросила я и села обратно.

– Она пригрозила отлучить меня от дома, если я не извинюсь. Дэниэл тоже привел пару аргументов, которые я не смог проигнорировать. И вот я здесь. – Он обошел скамейку и сел рядом, протянув мне плед.

– Извинения приняты, господин Дознаватель. – Я взяла предложенный плед и накинула его обратно на плечи. Он еще не успел остыть.

– Как-то слишком просто. И можете звать меня Морган.

– Хорошо, Морган. Ваши извинения приняты. Почти. – Ощущение победы опьяняло, придавая храбрости. – Вам придется оказать мне одну услугу, чтобы я забыла все обиды.

– Какую? – с подозрением спросил Морган.

– Потанцуйте со мной!

* * *

Еще на подходе к дому мы услышали прерывистые, почти нервные звуки трубы и саксофона. Морган галантно распахнул дверь террасы и пропустил меня вперед.

Мягкий теплый свет бра и торшеров обволакивал танцующих золотистым сиянием.

Количество пар перед импровизированной оркестровой площадкой заметно выросло по сравнению с началом вечера. Женщины в платьях с бахромой и блестками двигались легко, с чуть преувеличенной грацией. Волосы их были убраны под ленты или украшены перьями. Мужчины – в жилетах, узких галстуках и лакированных туфлях – вели партнерш сдержанно, но с явным удовольствием.

В гостиной остались только те, кто желал танцевать и слушать музыку; остальные уже разбрелись по прохладному саду и другим комнатам особняка – с бокалами в руках и полуулыбками.

Быстрый джаз ревел, наполняя пространство живым и гулким звучанием. Морган протянул мне ладонь легким, но уверенным жестом, приглашая на танец. Я взяла ее и в тот же миг почувствовала, как его вторая рука нежно коснулась верхней части моей спины сквозь ткань платья. Он улыбнулся едва заметно, уголком губ и, не спуская с меня взгляда, сделал шаг вперед.

Я последовала за ним. Два шага назад, один влево – Морган вел меня с такой уверенностью, что я даже не думала, какое движение мне нужно сделать следующим, просто наслаждаясь танцем.

Музыка поглотила меня, и я могла танцевать так до самого утра.

– Виола, вы прекрасно танцуете. – Чтобы я могла его расслышать, он наклонился так близко, что я почувствовала тепло его дыхания у себя на коже.

– Вы удивлены?

– Самую малость.

– Сочту за комплимент. – Хотя и весьма сомнительный. Вслух я этого, конечно, произносить не стала.

Пока мы разговаривали, музыка стихла. Музыканты готовились к следующей композиции. На сцену вышла девушка в длинном черном мерцающем платье в пол и умопомрачительной накидке из павлиньих перьев. Соло саксофона эхом разлетелось по всей гостиной, а ее голос, плавный и гипнотизирующий, подхватил мелодию, повествуя нам о звездах, сияющих в небесах.

Господин Дознаватель, не спрашивая, притянул меня к себе для медленного танца. Толпа вокруг нас постепенно редела, и вскоре на танцевальной площадке остались только пары, скользящие в ритме медленного джаза и поглощенные друг другом.

– Что вы будете изучать в Академии? – завел он светскую беседу. Что же, охотно помогу ему.

– То же, что изучают Дознаватели: сыскное дело. – Мой партнер запнулся, а на его лице отразилось неприкрытое изумление. Я ликовала.

– Господин Дознаватель, с вами все в порядке? – нарочито участливо спросила я, подняв на него взгляд. Его лицо оказалось слишком близко.

– Признаюсь, несколько необычный выбор факультета. – Он совладал с эмоциями и продолжил вести в танце.

– Почему? Разве это не самый ожидаемый выбор для «королевы кровавых ужастиков»? – Случайно – или нет – я наступила на ногу партнера. Не собираюсь прощать ему это прозвище.

– Если подумать, то да, действительно самый ожидаемый. Один из. – Он кивнул, продолжая танец и не обращая внимания на мою выходку. Его рука лежала на моей спине, и я остро ощущала чужое прикосновение. Не сказать что приятно, скорее инородно, что ли.

– По вашему мнению, какой бы еще факультет мне подошел? – этот вопрос я задала уже с неподдельным интересом.

– Лекарский. Полезно ознакомиться с анатомией человека, физиологией. Так описания мест преступлений получаются более подробными и реалистичными.

– Господин Дознаватель, вот теперь вы меня по-настоящему обидели!.. – театрально вздохнула я, чуть отстранившись. – Мало того, что вы не читали ни одного моего рассказа – при этом повесили на меня ярлык «королевы кровавых ужастиков», – так еще отправляете меня полистать картинки в учебниках, чтобы лучше описывать трупы.

Морган обратил на меня вопросительный взгляд.

– Да будет вам известно, – продолжила я полушутя, – что мои описания трупов настолько ярки, подробны и физиологически корректны, что мой редактор постоянно пытается их вырезать. Подозреваю, что делает он это, потому что у него живое воображение и слабый желудок.

Морган от души расхохотался. Видимо, моя тирада знатно его развеселила.

– Мисс Барнс, вы восхитительны! Если ваши рассказы хотя бы наполовину такие уморительные, как вы, то я сегодня же скуплю все, что вы написали. Клянусь, мне не помешает чуть-чуть развеяться.

Я фыркнула, но в душе ни капли не обиделась. Поэтому решила немного прояснить ситуацию:

– Просто мой отец – патолог, так что я читала учебники анатомии, когда мои сверстники слушали волшебные сказки про драконов из леса Леонарда. А уж про то, сколько трупов я в своей жизни видела, наверное, даже говорить не буду.

– Тогда