Призраки Оникса - Эрик Ниланд

Построенная по частям, а затем собранная в глубоком космосе, «Точка Невозвращения» стала самым большим из всех когда-либо построенных кораблей разведывательного класса. Обладая размерами эсминца, судно было полностью неуловимо для радаров, а когда его двигатели работали на мощности ниже 30 %, оно ничем не отличалось от межзвёздного пространства. Таким образом, «Точка Невозвращения» стала штабом полевого командования и центром управления для Третьего отдела Службы военной разведки ККОН.

Очень немногим довелось увидеть этот корабль, ещё меньше счастливчиков побывали на его борту, а доступом к этому помещению во всей галактике обладали только 20 офицеров.

Белая стена разошлась в разные стороны и внутрь вошли трое человек. Их сапоги простучали о металлическую решётку.

Первым вошёл контр-адмирал Рич. Ему было всего сорок лет, но волосы уже покрылись сединой. Именно он командовал тайными операциями в Третьем отделе и отвечал за каждую полевую операцию, исключая те, что касались программы «Спартанец-II» доктора Халси. Усевшись справа от Акерсона, он взглянул на воду в графине и нахмурился, после чего вытащил и открыл личную золотую фляжку. В нос Акерсону тут же ударил запах дешёвого виски.

Следующим был капитан Гибсон. Этот человек передвигался словно пантера, сильно опускаясь при шаге, что говорило о том, что он недавно был в невесомости. Капитан был штабным офицером, отвечающим за спецоперации. В целом, тот же контр-адмирал Рич, только занимающийся грязной работёнкой.

И, наконец, вошла вице-адмирал Парангоски.

Двери сразу же закрылись за ней. После нескольких щелчков замки встали на место, и комната погрузилась в необычную тишину.

Парангоски осталась стоять и осмотрела всех своим стальным взглядом, пока наконец не остановилась на Акерсоне.

— Надеюсь, у вас была очень веская причина, чтобы собрать нас всех здесь по закрытым каналам, полковник.

Вице-адмирал выглядела весьма хрупкой женщиной, и казалось, будто вместо фактических семидесяти лет ей было все сто семьдесят. Но это было обманчивое впечатление: Акерсон считал её одной из самых опасных фигур в ККОН. Если кто-то и обладал реальной властью над СВР, так это она. Насколько ему было известно, лишь один человек перешёл ей дорогу и остался жив.

Полковник Акерсон выложил четыре планшета на стол. На их боках загорелись биометрические сканеры.

— Прошу, адмирал, — сказал он, — если вы не против.

— Прекрасно, — проворчала она и уселась. — Я слушаю.

— Здесь ничего нового, Маргарет, — пробубнил адмирал Рич.

Она посмотрела на него пронзительным взглядом, но промолчала.

Трое офицеров изучили документ. Гибсон глубоко вздохнул и оттолкнул планшет от себя.

— Спартанцы, — проговорил он. — Да, мы все знакомы с их послужным списком. Весьма впечатляюще.

Но судя по хмурому выражению лица, «впечатление» явно было не тем чувством, которое он испытывал.

— Мы уже знаем ваше мнение по поводу этой программы, полковник, — прокомментировал Рич. — И я надеюсь, что вы позвали нас сюда не для того, чтобы попытаться ещё раз закопать Спартанцев.

— Нет, не для этого, — ответил Акерсон. — Откройте, пожалуйста, страницу двадцать три и вам станет ясна цель собрания.

Они неохотно посмотрели в его доклад. Брови Рича удивлённо поползли вверх.

— Я никогда не видел этих цифр раньше… сборка доспехов «Мьёльнир», обслуживающий персонал, и недавние обновления их микроядерных реакторов. Боже! Да на те деньги, что растрачивает Халси, можно построить новую группу боевых кораблей.

Вице-адмирал даже не удостоила взглядом цифры.

— Я уже видела это прежде, полковник. Да, Спартанцы являются самым дорогостоящим проектом нашего отдела, но в тоже время и самым эффективным. Давайте ближе к делу.

— А дело вот в чём, — сказал Акерсон. Пот струился по его спине, но голос звучал уверенно. Если Парангоски что-то не понравится, она может перевернуть его жизнь с ног на голову и тогда скоро он узнает, что его понизили в звании до сержанта и послали патрулировать какой-нибудь захолустный окраинный мир. Если не хуже.

— Я не утверждаю, что нам нужно забыть про Спартанцев — продолжил он, сделав широкий жест руками. — Напротив, мы ведём войну на два фронта. Повстанцы, подрывающие нашу экономику во внешних колониях и ковенанты, которые, насколько мы знаем, стремятся к полному уничтожению человечества. — Акерсон выпрямился, встретившись со взглядами Гибсона, Рича и, наконец, Парангоски. — Я предлагаю следующее: нам нужны ещё Спартанцы.

На крохотных губах вице-адмирала заиграла едва заметная улыбка.

— Чёрт, — прошептал Рич, отхлебнув глоток из своей фляжки с виски. — Теперь я услышал достаточно.

— К чему вы клоните, полковник? — потребовал разъяснений Гибсон. — Вы ведь всегда выступали против Спартанцев-II доктора Халси с того момента, как она начала программу.

— Да, так и есть — сказал Акерсон. — И я всё ещё против них.

Он кивнул читающим.

— Слайд сорок два, пожалуйста.

Они перелистнули дальше.

— Здесь я подробно описываю недостатки без сомнения «успешной» программы Халси, — продолжил Акерсон. — Высокая стоимость, до нелепости малый генетический отбор кандидатов, неэффективные методы тренировок, слишком малое количество готовых выпускников — и это если не вспоминать про сомнительную этичность использования процедур по флэш-клонированию.

Парангоски наклонилась вперёд.

— И вы предлагаете… ах да, программу «Спартанец-III»?

Её непоколебимое лицо не выражало никаких эмоций.

— Рассматривая Спартанцев II поколения как доказательство успешности этого направления, — пояснил Акерсон. — Пришло время перейти к настоящей работе. Создать более лучших солдат, оснащённых новыми технологиями. Создать их как можно больше. И сделать их дешёвыми.

— Интересно, — прошептала Парангоски.

Полковник почувствовал, что ему удалось её заинтересовать, так что он продолжил.

— Спартанцы II поколения обладают одним отрицательным качеством, которое делает их неприемлемыми для наших целей, — сказал Акерсон. — Публичным вниманием. Хотя проект строго засекречен, байки уже просочились по всему флоту. На данный момент это всего лишь мифы, но Второй отдел планирует и дальше распространять информацию, и вскоре заявит публике о существовании программы.

— Что?! — отстранился от стола Рич. — Они не могут так просто взять и предать огласке детали сверхсекретного…

— Чтобы поднять боевой дух, — перебил полковник. — Они создадут из Спартанцев легенду. Если война с Ковенантом будет идти по прогнозу, нам определённо понадобятся решительные меры, чтобы поддерживать уверенность среди народных масс.

— И что, это означает, что этих Спартанцев надо будет защищать? — спросил скептически Рич. — Если они все погибнут, разве это не сделает всю психологическую кампанию пустышкой?

— Вовсе необязательно, сэр, — заметил Гибсон. — Они могут погибнуть, только это уже не будет тайна.

— Я так полагаю, полковник, — сказала Парангоски, — что вопрос с публичным вниманием не будет проблемой для предложенной вами программы третьей серии?

— Совершенно верно, мэм. — Акерсон положил руки на стол и опустил голову. Затем он взглянул вверх. — Это самое трудное заключение, к которому нужно было прийти. Новая боевая сила должна быть