Союз - Всеволод Бобров
Искины роются в данных, а несколько групп дроидов работает на самой станции. Как исследуют место взрыва, пытаясь обнаружить там хоть какие-то зацепки и намеки, кто же за этим стоит, так и работают с персоналом станции. Допросы и еще раз допросы.
И на этом пока все, времени прошло слишком мало, чтобы были какие-то более конкретные результаты. Хотя, пожалуй, кое-что все же есть — после объявления блокады звездной системы никто не попытался сбежать из нее, пользуясь возникшей суматохой. Подозрительных каналов связи за ее пределы тоже не было, только строго обговоренные. Да, теперь связь только по предварительному согласованию, чтобы не было лишних вопросов и подозрений.
— Что у вас здесь? — спрашиваю, зайдя на капитанский мостик.
— Работаем, — ответил мне капитан Грэзг. — Я обязан задать вам неприятный вопрос.
Произнеся это, он посмотрел на меня тяжелым взглядом.
— Задавай, — отвечаю, догадываясь, каким будет этот вопрос.
— Это вы устроили взрыв?
— Нет. Ни я, ни Артемида не имеем отношения к этому. Да и вы же сами прекрасно это знаете.
— Знаю, но этот вопрос задать вам требовали все остальные.
— Понимаю. На этом все, подозрения сняты с нас?
— Да. Расскажите, что произошло?
Не отпираясь, рассказываю, как все было. Тем более что рассказывать-то толком нечего.
— Есть предположения, почему мы выжили? Я, безусловно, этому рад, но мы не настолько сильно изменены, чтобы спокойно выживать в подобных ситуациях.
— Тут никакой загадки. Ваша одежда была изготовлена из специальных материалов, в том числе они были и жаропрочными. Полностью выдержать царивший там огненный ад они не смогли, но значительную часть урона приняли на себя. Персональный щит, который был у вас, тоже сыграл свою роль. А оставшийся после этого урон ваши тела уже выдержали.
— Значит, просто повезло.
— Можно и так сказать.
— Есть какие-то новые данные по произошедшему?
— Расследование продолжается и, скорее всего, займет немало времени. Пока смогли лишь определить тип взрывного устройства и используемое вещество. Тех, кто устроил это, пока не нашли, сразу себя они не выдали, придется долго и кропотливо ловить их.
— Понимаю. Что по бомбе?
— Использовался армейский термический заряд элов, предназначенный для зачистки помещений от особей роя. Основа заводская, но сама бомба была собрана кустарно, не серийное производство.
— Откуда информация? Насколько знаю, у нас не особо много данных по оружию элов?
— Они сами предоставили ее. В ходе расследования все делятся информацией. Полное сотрудничество.
— Понял. Метод активации?
— Управляющий сигнал. Причем передатчик малого радиуса действия. Тот, кто активировал ее, все еще на станции.
— Уверены? Или, может, на кораблях поблизости?
— Вблизи станции в тот момент не было кораблей, вокруг нее была пустая зона, и активировать бомбу из-за ее пределов не могли, сигнал бы не достиг своей цели.
— Значит, сволочь, обратившая в пепел послов и организовавшая мне и Арти прожарку до хрустящей корочки, все еще где-то на станции?
— Да. И мы найдем ее.
— Есть какие-то подозрения, кто это мог быть? Пусть не у нас, у других участников встречи?
— Все заверяют, что им устраивать это не было смысла.
— Но бомба ведь не сама по себе там появилась и взорвалась? — задаю риторический вопрос.
— Расследование продолжается. Все настроены найти виновника, полное единодушие в этом, никаких попыток сорвать или затруднить поиски.
— Сергей! — донесся до меня звонкий голос Арти.
Обернувшись на него, вижу, что девушка вошла на мостик и сейчас бежит ко мне.
— Как же я испугалась! — произнесла она, повиснув у меня на шее.
— Я тоже испугался, — тихо шепчу ей, не уточняя, чего именно испугался.
— Я испугалась потерять тебя, — произнесла она, посмотрев на меня.
Крепко обнимаю ее.
— Все обошлось, мы живы, — говорю ей, гладя по голове.
В ответ она лишь уткнулась лицом мне в плечо.
— Мы нужны здесь? — спрашиваю у Грэзга.
— Нет. Если что-то будет, вам сразу же сообщат.
— Ее допрашивать будете? — спрашиваю, указав взглядом на обнимающую меня Арти.
— Позже или вообще обойдемся без этого. Идите.
Благодарно кивнув капитану, подхватываю на руки так и не отпустившую меня Арти и вместе с ней выхожу с мостика и направляюсь в нашу каюту. Это был нервный день, и отдохнуть будет не лишним. Ничего такого, просто полежать в обнимку в тишине и спокойствии. Все же не каждый день идешь на мирные переговоры, а тебя там взрывают.
Такого со мной еще вроде бы не было, если память не подводит. Особенно на встречах такого уровня. Все же как-никак официальные послы разных рас встречались, это тебе не собрание анонимных любителей котиков.
Глава 3
— Сергей? — позвала меня Арти, вырывая из невеселых мыслей.
А чему радоваться? Нет, не сказать, что все так уж ужасно. Мы живы, целы, больше взрывов или каких-то диверсий не было, можно сказать, все тихо и спокойно. Все и в самом деле так, только уже неделя прошла с момента взрыва на встрече послов, и все во всех смыслах тихо, причем совсем. И это раздражает.
С одной стороны, тишина — это хорошо, больше никаких происшествий, жертв, но вот с другой… по расследованию-то все тоже тихо. Причем вообще, что особенно раздражает. Ладно если бы были хоть какие-то подвижки, пусть даже совсем небольшие, но было бы видно, что процесс движется, а тут же ими даже и не пахнет.
Меня с Арти, как пострадавших, к расследованию не допустили. И я понимаю это, все логично, нам там нечего делать. Хотя нет никого желающего сильнее нас найти тех, кто устроил это. Но в этом и проблема, мы можем быть не совсем объективными и где-то перегнуть палку, я это понимаю и признаю, поэтому и не настаивал на нашем непосредственном участии.
Впрочем, если посмотреть на это с другой стороны, то толку-то от нас в расследовании? Не считая нашего энтузиазма? Правильно, немного. Все, что знали, мы уже по несколько раз рассказали, а знали мы не так уж много. В остальном же, учитывая, что силы нашего флота по полной участвуют в расследовании, большого смысла в нашем участии нет. Там сейчас такие ресурсы задействованы и столько искинов, что наши возможности на их фоне просто теряются.
Станцию уже чуть ли не по винтикам проверили от и
