X-COM: Первый контакт - Денис Грей
Илья спрятался за бронированной ногой робота и лишь краем глаза видел, как череда достаточно мощных взрывов прокатилась по полю боя. Кто-то из его парней очень громко закричал. Но кто это был, Илья не видел. Он перезарядил оружие, отметив про себя, что это был последний диск с патронами. Дальше только пистолет и револьвер.
Еще несколько длинных очередей ушло внутрь этого механического монстра, не причинив ему никакого особого вреда. Илья продолжал стрелять. Из нутра этого зверя сыпались искры и он стал периодически замирать на месте, однако это не мешало твари стрелять по ребятам из своего лучевого орудия.
Оружие Ильи сильно разогрелось и начинало давать осечки. Устранив очередной перекос патрона, Илья снова навел ППШ на цель и приготовился стрелять до последнего патрона, как тут же застыл в недоумении. Машина стояла. Она замерла на одном месте и не шевелилась. Она даже звуков никаких не издавала!
Илья осторожно отошел назад. Только сейчас он понял, что вокруг слишком тихо. Не было выстрелов, не было взрывов, криков и прочего шума, который обычно бывает на поле боя в самый горячий его момент. Абсолютная тишина. Илья даже почесал пальцем свои уши, думая, что их заложило и он потерял слух.
С ушами всё было в порядке. Если не учитывать достаточно противный непрерывный звон от легкой контузии. Он еще раз посмотрел на механического монстра. Тот действительно стоял как вкопанный. Ни звука, ни движения. Будто статуя!
Илья набрался храбрости и сделал несколько шагов в сторону. Потом еще. Осторожно, стараясь не шуметь, Илья обошел машину вокруг. Ничего подозрительного. Все механизмы на месте, никаких видимых повреждений. Только вот… В том самом месте, где у цыпленка было носовое орудие, люк был открыт, а в крохотной стеклянной блямбе, что располагалась слева от орудия, зияла одна единственная дырка. От пули.
Выходило, что машину подбили именно одним точным выстрелом прямо в этот стеклянный «глаз». Такое мог сделать только один человек в его отряде. Чычахов — снайпер-профессионал из подразделения СМЕРШ. Однако где он? Где вообще его бойцы?!
Илья посмотрел вокруг. По обожженному и распаханному взрывами полю боя шли всего три фигуры. Израненные, грязные, с оружием наперевес. Только трое из тех шести, что вышли в этот адский рейд…
Илье захотелось заорать, разрыдаться, но он лишь сглотнул ком в горле и попытался изобразить что-то вроде ободряющей улыбки. Получилось, наверное, жалко.
Он узнал впереди Найденова. Тот, как всегда, шел, немного сутулясь, волоча за собой дробовик, словно собаку на поводке. За ним ковылял Самарский. Он нес на плече свой пулемет.
Илья вздохнул. Совсем еще мальчишки, которых забросили в этот кошмар едва они пришли из училища…
А третьим был Петр Ефимович, хороший мужик, фронтовик, обычно веселый и удалой. Сейчас он молчал, смотрел в землю и как будто весь уменьшился в размерах.
— Выжили, — просто сказал Илья, когда они подошли ближе.
Петр Ефимович лишь хрипло кашлянул в ответ. Самарский кивнул, а Найденов так и не поднял головы.
— А остальные?
В ответ Кондратов покачал головой. — Фетисов и Зияттулин — сразу. Под гранатами. Кэскил — последний. Он стрелял по этой гадине, — Петр Ефимович кивнул на робота. — До последнего выцеливал. Вертлявая скотина. Если бы не ты, командир. Ты повредил в нем что-то, и он лишь на секунду замер. Парень его сделал. Точно и четко. Правда, уже был смертельно ранен. На последнем дыхании стрельнул.
Петр Ефимович вздохнул и протянул Илье три красные корочки. Три удостоверения павших товарищей. Одно было пробито осколком и в крови. Чычахова. Оба других были с обгоревшими краями. Зияттулина и Фетисова. На Илью с фотокарточек смотрели серьезные лица ребят. Там они были живы и полны надежд.
Затем Петр Ефимович поднял уставшие глаза на Илью. — Приказы, командир?
Парни поравнялись с Кондратовым и постарались стать смирно, также ожидая приказов.
Илье стало страшно. Страшно не за себя. За них всех! За погибших, которые сложили свои головы в войне неизвестно с кем. За этих троих чудом выживших, израненных, обожженных парней, что готовы снова идти в бой и умирать. Страшно, потому что в этом проклятом, богом забытом городе они остались одни, и помощи им до сих пор никакой нет.
Страшно, потому что приказы все-таки надо отдавать. Им еще предстояла работа, и ее надо сделать. Любой ценой. Потому что больше это сделать некому! И Илья приказ отдал.
Глава 19. В чреве чудовища
Корабль казался внутри больше, чем снаружи. Он буквально поражал масштабами: залы простирались на многие десятки метров, а потолки терялись где-то в высоте полумрака. Пространства были в основном прямоугольные, но и попадались плавные линии и изгибы.
Стены и пол словно вырастали из единого материала, напоминающего переливающийся минерал. Цветовая гамма была из приглушённых металлических оттенков с редкими вспышками неонового и фиолетового свечения.
Свет исходил не от ламп, а от самих поверхностей. Стены мягко фосфоресцировали, а узкие каналы в полу излучали приглушённый пульсирующий свет. Здесь не было резких теней. Освещение было рассеянное, создающее ощущение подводной глубины.
Миновав странную полупрозрачную завесу из переливающегося разными цветами свечения, бойцы вошли внутрь корабля. Их сразу окутал полумрак и полная тишина.
Едва их глаза привыкли к освещению, они увидели, что оказались внутри зала, который напоминал амфитеатр с концентрическими уровнями.
В центре, на самом высоком постаменте, располагалась сфера из прозрачного материала, внутри которой вихрились какие-то энергетические потоки.
Ничего из того, что было вокруг, не было похоже ни на что ранее виденное ими в жизни.
Самарский и Найдёнов раскрыли рты и закрутили головами.
«Что это вообще такое?» — прошептал Самарский, глядя на сферу.
Илья лишь пожал плечами. Он всем своим естеством чувствовал, что они находятся в месте настолько чуждом и непостижимом, что любые попытки объяснить хоть что-то заранее обречены на провал.
Кондратов тоже вертел головой, но ничего не говорил. Он лишь озираясь двигался потихоньку вперед, плавно переставляя ноги, словно крадущийся тигр.
В конце зала, по обе его стороны, находились двери из светящегося материала. Сбоку от дверей поблескивали небольшие панели с кнопками. Очевидно, это были пульты для их открытия.
Илья остановился в нерешительности. Куда идти? Оба выхода выглядели совершенно одинаково, и никаких знаков или указателей, которые могли бы помочь сделать выбор, видно не было.
Илья чувствовал себя мышью, попавшей в лабиринт, где единственной возможностью выбраться было полагаться на удачу или интуицию. Но в этом случае можно
