Бездушный - Kornyal Walden

Этого я в ту пору понять не мог. Ведь у нее же есть я! Зачем отдавать еду еще кому-то⁈ К изумлению всех столпившихся вокруг поляны наемников, монстр застыл. Затем… чудовище издало робкий, неуверенный мурк. Ни с чем бы не перепутал, очень уж звук характерный. Помноженный на то, что глотка у него была лошадиная.

Глава 28

— Оно… оно что, домашнее⁈ — оторопел Дик.

— Можно и так выразиться, — я подполз ближе, пытаясь телепатическим контактом успокоить существо, бьющее себя по бокам длинным гибким хвостом. — У кого-нибудь есть с собой э-э… еда? Мышки там например? Мясо?

— Вяленое подойдет? — порывшись в карманах, осведомился Тильзан.

Полукровка бесстрашно шагнул к чудовищу и протянул ему аппетитный кусок вяленого мяса. Это было ошибкой. Тварь едва не отхватила угощение вместе с пальцами. К счастью Тильзан вовремя отпрянул. Осмелевшая Лайла подошла ближе, и, убедившись, что я держу чудовище под телепатическим контролем, принялась чесать за ухом.

— Он такой милый! — просияв произнесла девушка.

— Не уверен в этом! — опасливо проговорил Дик, покосившись на все еще торчавшую из плеча монстра стрелу.

Юноша явно опасался расплаты, но, похоже, монстр не сообразил, кто именно его ранил. Постепенно подбираясь ближе, пальцы Лайлы оказались возле древка стрелы.

— Не стоит! — предупредил я. — Как только ему станет больно, зверь разорвет телепатический контакт со мной. За последствия не могу ручаться.

В конце концов, я впервые в жизни использовал способности шоргота именно так. Обычно мы пожираем с их помощью или познаем новое. Но чтобы зачаровать существо и не попытаться его убить при этом, а…э-э, гм… подружиться. Такого со мной еще не бывало. Не считая Лайлы, но это другое. На ее разум я никогда не влиял столь сильно. Даже и не пытался.

Лайла тем временем нежно заглянула в глаза чудовищу.

— Я хочу тебе помочь. Эту штуку надо убрать, — предупредила девушка. — Не бойся, сначала будет немного больно, но потом станет лучше. Хорошо?

— Не думаю, что он тебя понимает, — подошел Малройд.

Маг положил широкую ладонь на лоб монстра, опутав его сковывающими заклятьями. Судя по обалдевшему взгляду и спутавшимся мысленным образам, чудовище впало в состояние наподобие сна.

— Вот теперь можно, — с этими словами Малройд осторожно извлек стрелу. — Дикерин, дай мне чистую ткань пожалуйста.

Дик не придумал ничего лучшего, чем с треском оторвать рукав от своей рубашки и протянуть магу.

— Я просил чистую, — не оборачиваясь, произнес Малройд.

— Другой нет, — пробурчал эльф себе под нос.

Видимо, весь перевязочный материал наемники позабыли в разбитом неподалеку лагере. Пришлось Малройду обойтись тем, что есть. Он как следует перевязал монстра, а затем прочной веревкой связал ему лапы. Гномы под предводительством рыжебородого тем временем соорудили из ветвей деревьев, переплетенных между собой импровизированные носилки.

— Телегу бы сюда! — произнес безусый юнец-гном.

— Ага! Держи карман шире! Как она по лесу-то проедет? — беззлобно усмехнулся Тильзан. — Сами потащим! До лагеря не так далеко!

Глава 29

К счастью, мне удалось увильнуть от почетной обязанности тащить уснувшего монстра. Лайле тоже. И мы пошли рядом. По пути я бросал торжествующие взгляды на Дика. Вид у него был слегка виноватый, так что эльф покорно тянул носилки с монстром вместе со всеми. Перепачканный с головы до ног, всего с одним рукавом, едва ли он сейчас казался Лайле «видным парнем», как его называли обычно.

— Надеюсь, маг не навредит ему, когда получит обратно! — обеспокоенно произнесла Лайла, которая и вовсе не смотрела на Дика в этот момент.

Все ее мысли занимало чудовище. Почему-то, это меня задело. Я ревниво ударил хвостом. К счастью, никто не обратил внимания на мой жест. А то наемники зубоскалили бы до самого вечера!

Маг, создавший чудовище жил в башне. Самой настоящей, сложенной из больших округлых камней. Башня была высокая, такая, что мне пришлось задрать голову, чтобы увидеть ее окончание.

— Вот это да! — выдохнула Лайла. — Никогда прежде не видела таких башен.

— Да и вообще никаких? — догадался Дик.

Я стрельнул в его сторону злобным взглядом. Ну почему он вечно крутится подле Лайлы⁈ Зловредный эльф ответил улыбкой и пошел следом за рыжебородым. Гном принялся колотить в массивную, состоявшую из прочных, закаленных магией досок дверь башни тяжелым медным кольцом.

— Навряд ли маг нас услышит, если находится наверху, — заметил Киаварн, наблюдая за его потугами.

— Я туда без приглашения не сунусь! — отрезал рыжебородый. — Это ж маг! В прошлый раз Кильн попытался войти без разрешения, так его чуть не испепелило на лестнице!

— Я только воды хотел испить! — жалобно сообщил безусый гном.

— Ну так вон же колодец? — удивился Тильзан. — Внутри-то ты что забыл?

Остальные наемники лишь хмыкнули про себя. Понятное дело, безусый юнец надеялся утащить у мага незаметно какой-нибудь артефакт. Но владелец башни предусмотрел все. Мало того, что он построил себе непреступную крепость в форме высокой остроконечной башенки, так еще и место выбрал довольно удаленное от людей. Можно запросто затеряться в здешнем лесу, пока выйдешь на луг, на котором располагалась башня. Окружавший ее двор тоже был не так прост, хоть на нем не было ничего, кроме старого колодца, кур и грубо сколоченного деревянного курятника.

Я ощущал заклинания, спрятанные в самой земле. Да и колодец опутывала магия тонкими незримыми нитями. А некоторые куры почему-то поглядывали на нас вертикальными зрачками, таящимися в янтарных глазах. От них мне инстинктивно захотелось отодвинуться подальше.

Наконец, маг соизволил спуститься. То ли услышал, как рыжебородый, его кстати, звали Керн, молотит кольцом в его дверь, то ли наши вопли. Том-Бен решил, что докричаться под окнами башни владельца будет проще. Дик предлагал пустить в окно стрелу, но Киаварн предупредил, чтобы даже не пробовал. Получит такую затрещину, что закачается!

Когда маг вышел наружу, то первым делом он подошел к монстру, что все еще смирно лежал на носилках и дрых. Это был высокий мужчина с копной длинных седых волос, облаченный в иссиня-черный балахон, из-под которого выглядывали остроконечные с загнутыми кверху носами, изрядно поношенные сапоги. Он присел на корточки возле своего чудовища и принялся гладить по морде.

— Живой! — обрадовано произнес