Мозаика. Часть 2 - Константин Владимирович Федоров
«Адмирал Росса», вяло сопротивляясь, последовал за командиром. Кот, недолго думая, затолкнул его в ближайшее помещение, оказавшееся каким-то небольшим складом, где на них обоих удивлённо уставился мужичок, сидевший за столом между стеллажей и что-то рассматривавший на мониторе до их прихода.
— Привет! — махнул ему рукой Кот. — Слушай, просьба есть: погуляй минут десять-двадцать, а? Мне тут с адмиралом нашим выяснить кое-что надо. Будь другом!
— Эм-м-м… — мужичок, пригнувший голову, видимо, запросил «инфо» по вошедшим и почти сразу же подскочил. — Да, командор! Конечно! Минут двадцать, говоришь? Сделаем!
— У тебя выпить что есть? — вполголоса спросил у него Кот, немного придержав старавшегося прошмыгнуть мимо мужика. — Надо, очень! Отблагодарю!
— Держи! — так же вполголоса ответил складской работник, быстро сориентировавшись и сунув Коту в руку небольшую фляжку.
— О! Спасибо! — поблагодарил Кот уже закрывающуюся дверь. — Ну что, Мин! Садись, рассказывай! — кивнул он на стул.
— И что ты услышать хочешь? — тоскливо уточнил Минош, тяжело опускаясь на указанное место.
— Ну… Всё? — прищурился Кот. — Что случилось-то? Как дошёл до жизни такой?
— Влюбился я! — выдохнул Минош.
— О-о-о… — Кот, открутив крышку, глотнул из фляжки и сунул её под нос другу. — Эк-х! Забористая штука! Глотни-ка! Гхм… Ну — влюбился. И что? Это повод всё бросать?
— Повод. — Минош, сделав добрый глоток, сунул фляжку обратно. — И ещё какой!
— Вот же, гадство… — Кот, похлопав по карманам, поморщился. — И закусить нечем… То ли дело раньше: в техничке ходил и горя не знал! И карманов куча, и всякое-разное по тем карманам распихано было! Хоть один батончик да нашёлся бы! А тут… — он горестно оглядел стильный мундир. — А тут и спрятать нечего! И не во что!
— На! — Минош, беспринципно залезший в ящик чужого стола и нашедший там желаемое, хрустнул обёрткой и выложил на столешницу искомое.
— Живём! — Кот, снова приложившись к фляжке, вновь передал её другу и впился зубами в найденную закуску, усевшись на край стола. — Ну, влюбился. Бывает. Кто она хоть?
— Обычный техник. — Минош, в свою очередь сделавший глоток, немного оживился. — Там ещё, у Ас Фолтов, встретил, когда мой «Пламя» в ремдоке тамошнем стоял. Я обход делал, а она работу контролировала. Ну, и завертелось…
— И что плохого-то? — удивлённо уставился на него Кот. — Не с мужиком же!
— Тьфу ты! — отплюнулся Минош, передавая фляжку. — Скажешь тоже!
— Не, ну а что? — Кот, отпив глоток, передал фляжку обратно. — Всё ж нормально! Встретился, влюбился, завертелось… Что не так-то?
— Ролита. — Минош присосался к ёмкости уже всерьёз. — Ролита… Я с ней лет двадцать уже. Как с выхода возвращаемся — я к Инге своей бегу, а она… смотрит! Всё понимает, но молчит. И от этого мне хреново становится. Будто предаю её…
— Это нехорошо… — Кот потряс опустевшую флягу, заглянул в горлышко и положил её на стол. — Совсем не хорошо. Я тебе не психотерапевт, но всё-таки скажу: так бывает, дружище! Это жизнь такая, хреновая. Кто-то влюбляется, кто-то расходится. Это просто пережить надо.
— Понимаю. — вздохнул Минош. — Но вот… не могу я так. Скребёт что-то. — потёр он рукой левую сторону груди. — Ролита — пилот на «Пламени», я — постоянно на мостике. Не по себе мне становится, понимаешь? Её из экипажа убирать? Неправильно это! Флагманский корабль, получается, флагман-пилот — убрать её, перевести куда-то, значит — лишить повышенных выплат. Это совсем не правильно! А сам флагман менять… значит — эскадру подводить. «Пламя» же сильнейший линкор у нас, да и я там капитаном… Хотя давно уже не столько капитанствую, сколько всей эскадрой руковожу!
— И что? — склонился к нему Кот.
— Вот и получается, что только самому уходить! — развёл руками Минош. — Накопления кое-какие есть, ты меня штрафами драть не будешь — сам сказал! Проживу как-нибудь… Если ты не погонишь, то вон, в штаб устроюсь. Я же штаб эскадры, по примеру Адмиралтейства, организовывать стал. Гарсен уже помещения выделил, штатка не заполнена ещё. Возьмут по старой памяти.
— А «Пламя»? А эскадра? — выпрямился Кот. — А Инга твоя тебя не бросит, если ты из почти адмирала в не пойми кого превратишься?
— Не бросит. — сжал зубы Минош. — Она за мной пошла, с нами, в неизвестность, вместо того чтобы со всеми друзьями-знакомыми в Империи остаться. Не бросит! А «Пламя»… Жаль, конечно. Но если я по мостику затоскую, то есть вариант на стопгвард капитаном пойти. Толковых капитанов у нас мало, думаю, место себе найду! Зато тут! — он постучал по своей груди. — Тут всё успокоится!
— Значит, так: я, как твой друг, как твой наниматель и вообще своенравный владелец всего этого хозяйства… — Кот встал, одёрнув мундир. — Заявляю: твою отставку не приму! А вместо этого издам приказ, которым переведу тебя в Гвардию на должность командира крейсера «Пума»! Так-то я сам там капитаном числюсь, но корабль, по сути, бесхозяйный, там старпом всем выруливает. И не возражай! Подберёшь мне кого-то на своё «адмиральское место» — и добро пожаловать на мостик «Пумы»! Так и Ролиту не обидишь, и с Ингой своей видеться чаще будешь. Согласен?
— Согласен, командор! — подскочил со своего мести и Минош.
— Значит, с тебя — новый «адмирал», а с меня — мостик Гвардейского крейсера. — подвёл итог Кот. — Вот и решили вопрос. Ну что, пойдём? Узнаем, до чего наши там договорились?
— Идём, командор! — впервые улыбнулся Минош.
Обратная дорога много времени не заняла. В зале совещаний уже всё успокоилось. Ни криков, ни споров слышно больше не было, все спокойно сидели по своим местам.
— Ну, и что у нас получается? — поблёскивая глазами, спросил Кот.
Пойло у неизвестного складского техника оказалось забористым, и что в его голове, что в голове бывшего «адмирала» образовалась некая лёгкость.
— Кхм! — откашлялся Зул. — Командир! Получается, что надо с бароном договариваться, чтобы он со своей стороны границы закрывал, конвои формировал и никаких одиночек не пропускал. Остальные варианты все… нерабочие!
— Прекрасно! Займусь этим завтра! Минош! — Кот повернулся к
