Бездушный - Kornyal Walden
Я был дома! Все, что меня теперь окружало, казалось таким знакомым, понятным… родным. Каждая коряга, торчащая из зыбкой топи. Островки песка, что так забавно скрежещет под брюхом. Ночные птицы, если эти кошмарные создания вообще можно назвать птицами… Но на вкус они поистине восхитительны, если удастся поймать!
А еще я был гораздо крупнее, чем во времена, когда покинул свой мир. Стал сильнее! Теперь мне нет равных! По крайней мере, я запросто уже мог потягаться с Красноглазым Пауком среднего размера и выйти из битвы победителем!
К тому же, у людей я многому научился. Можно выкопать яму и поймать в нее более крупного хищника. Можно… Да, определенно, я мог бы стать здесь королем! Самым настоящим королем мира Угрюмых Болот! Отныне я стал самой сильной и опасной тварью, что здесь обитала! Если приложить немного усилий, быть может, мне даже удастся собрать своих сородичей в стаю и мы станем непобедимы… Серо-коричневой безудержной лавиной мы пронесемся по миру Угрюмых Болот и станем править им… А еще здесь есть самки. Я чувствовал их слабый запах…
«Лайла!» — эта мысль мелькнула в моей голове подобно молнии, пробуждая впавшую было в спячку искру.
Я снова увидел людей вокруг. Они напряженно таращились на меня, обступив в темноте. Даже Киаварн смотрел так, будто не узнавал меня. А я… я навис над ними, приняв боевую стойку. Пока мои «человеческие мысли» отключились, уснув вместе с искрой, и я отдался на волю инстинктам, тело шоргота делало свое дело. Оно приготовилось пировать. Моими друзьями!
Плавно опустившись на землю, я постарался не напугать и без того обеспокоенных наемников. Они и правда готовы сунуться шорготу в пасть ради меня. Даже пошли без колебаний в мой мир, хотя знали, чем это все может закончится. И вот он я! Преданный друг. Первым делом решил их предать, завести себе маленькое королевство размером с мир и сожрать тех, кто ради меня сюда сунулся. Пожалуй, в этот момент я до самого дна познал значение стыда. Думаю, хотя этого было не видно в темноте, даже моя кожа приобрела красновато земельный оттенок, в тон Песчаных Пустошей, раскинувшихся за болотами, среди которых мы оказались.
— Осторожно. Здесь полно топей. Держитесь поближе ко мне! — пристыжено пробормотал я.
Глава 20
Малройд развернул невесть откуда взявшуюся светящуюся карту. Клянусь, прежде у него такой не было! Это был продолговатый прямоугольный свиток, нарисованный чем-то светящимся и зеленым поверх черного. Положив его на землю, маг принялся совершать странные пассы руками и бормотать, накладывая заклятье.
— Что он делает? — шепотом спросил Дик.
— Определяет нужное нам направление, — так же шепотом пояснил ему Киаварн. — Наши миры и, правда связаны, как сказал Даммар. Но определить, какая сторона соответствует нашим северу и югу не просто. Малройд делает это при помощи зачарованной карты. Когда он закончит, мы будем держать путь на запад в сторону деревни, откуда родом Тейд. Пройдем сколько сможем, затем перенесемся в наш мир.
— Ясно, — пробормотал юноша.
— Если нас не сожрут раньше, — напомнил Тильзан. — Помнишь Красноглазого Паука. Здесь полным-полно таких! Еще и пострашнее есть.
— Да знаю я! — досадливо поморщился Дик, которого, видно задело отношение как к несмышленому детенышу. — Я уже бывал здесь!
Наконец Малройд завершил своих хитрые приготовления при помощи прозрачного кристалла на длинной потемневшей цепочке. Он долго водил им над картой, а затем кристалл замер, задрожав, на одном месте. Острием в сторону. Ну, я наделся, ту, что нам надо.
— Север там! — определил Малройд. — Наш север.
Сделав пометки на полях карты, маг уверенно свернул ее.
— Идемте! — позвал он, направившись к ближайшему холму, видневшемуся вдали за росшими вокруг нас изогнутыми и довольно-таки зловещими на человеческий взгляд низкорослыми деревьями.
Они буквально стелились по земле, цепляясь за пригодные ее для жизни кусочки. Как и все живое на Угрюмых Болотах. Они цеплялись за саму жизнь.
— Может, дождемся утра? — с сомнением произнес Тильзан.
— Утром не станет лучше! — заверил Малройд. — Ночью на нас будут охотиться ночные твари, утром выползут те, что предпочитают охотиться днем. И в оба времени суток нас будут преследовать существа, что охотятся в любое время, когда найдут пищу.
— Шорготы, например! — подсказал Дик.
— И они тоже! — заверил я. — Но приближение сородичей я почую и смогу вас предупредить. А вот Красноглазые Пауки и Огнестрелы представляют собой проблему.
— Что еще за Огнестрелы? Никогда не слышал о таких? — удивился Тильзан.
— Возможно, вы называете их иначе, — я пустил по телу волну, пожимая плечами. — Но я чувствую присутствие одного довольно близко. Так что берегите головы и поглядывайте на небо время от времени.
С этим напутствием мы с Малройдом повели отряд. На помощь Лайле, как я надеялся. Или навстречу скорой кончине.
Мои сородичи напали на нас перед самым рассветом. Три крупных особи, чье присутствие я почувствовал загодя и шепотом поведал о нем наемникам. Шорготы долго преследовали нас в ночном полумраке, не решаясь атаковать. Я знал, что их отпугивает. Количество противников, действующих слажено. Для них люди были целой стаей непонятных особей, державшихся сообща и не пытавшихся друг друга сожрать по какой-то неведомой причине.
Сами шорготы объединились лишь на недолгое время охоты и только потому, что были примерно одинакового размера. Будь один значительнее крупнее прочих, он бы без колебаний попытался их слопать!
«И я был таким же!» — подумал я тоскливо созерцая, как мои сородичи наползают на нас показавшись из-за поросшего мелкой растительностью пригорка.
Мы только-только добрались до Песчаных Пустошей, и на тебе! Придется тратить время на драку с шорготами! Которых нельзя даже сожрать! Ну… потому что нельзя. Я был удивлен, поймав себя на этой мысли. Лайла запретила мне есть только людей, как и убивать их без нужды. О шорготах она не говорила ни слова! Так почему?
Пожалуй, слишком долго я пробыл рядом с ней, Киаварном и остальными! Наш предводитель, кстати, без колебаний вытащил из ножен на спине меч и развернулся к шорготам с явным намерением расправиться с ними. Видом тройке червяков-переростков его точно было не напугать! Хотя, постойте-ка, я ж выгляжу точно так же, как они! Гм…
— Малройд,
