Черноземье. Сатум - Иннокентий Белов
«Еще нужна гребнечесальная машина для шерсти и станок для витья веревок и канатов. Все такое англичане в самом конце восемнадцатого века изобрели. Тут солидная прибыль сразу лежит на виду!» — напоминаю себе.
Так, подгоняя своих людей двигаться побыстрее, к обеду мы снова оказались около трактира. Но сначала я почувствовал по дороге от моста до трактира напряженное внимание от укрывшихся в кустах всадников.
«Наверняка, степняков пост или дозор стоит. Только зачем вообще они тут наблюдение ведут? И еще просматривается явный, совсем нескрываемый негатив в нашу сторону. Раньше подобного отношения точно не было. Совсем не так новые ордынцы себя ведут по сравнению с теми двумя отрядами, которые стояли в Сторожке до них», — становится понятно мне.
Легкое чувство тревоги кольнуло меня в сердце, не должно вообще такого отношения быть, если здесь находятся наши, так называемые союзники. То обстоятельство, что скрытый дозор присматривает за дорогой около моста, вполне понятно, наверно, именно для перехвата возможных беглецов они тут оказались.
«Будет, о чем Сохатого расспросить!» — решаю я.
Со мной выехала всего осьмица охранников, теперь я даже пожалел, что не взял еще одну осьмицу. Раз в городе теперь все тихо и спокойно, неприятели поджали языки и засунули их поглубже. Лихой и настолько опережающий задумки врагов разгром лично мной засады, поставленной на Водера, наглядно показал всем недоброжелателям правильно ведущуюся работу по выявлению и обезвреживанию любых враждебных поползновений.
Что моя охрана тоже не лаптем щи хлебает, как можно перефразировать одну местную поговорку. Ведь обычное такое приготовление преступления быстро обнаружила и эффектно предотвратила.
Виновники или на каторге уже, или камень рубят на берегу. Скрытый организатор пока в Совете заседает, но Кром уже намекнул ему и всем остальным пару раз, что подозреваемому в столь тяжком преступлении лучше сложить с себя капитанские полномочия.
— Добровольно сложить! Пока не стало хуже! — так и произнес довольно громко, глядя на заметно растерянного пожилого Капитана.
Теперь тот явно пытается по-тихому договориться с самым влиятельным членом Совета. Посмотрим, как у него подобное получится?
Явно работа моей Клеи по воздействию на своего мужа, сам Кром раньше бы ни за что не полез в подобные разборки. Я с ней все подобные разоблачения и имеющиеся уверенные знания уже не раз обсудил. И по скошу, и сам лично, ибо теперь Клея снова часто бывает в моем доме, у своей закадычной подруги в гостях.
«Только от магического убеждения Крому теперь самому никуда не деваться, — хорошо понимаю я. — Тот самый случай, когда ночная кукушка с магией легко всех остальных непрошенных советников перекукует».
Литейщик Фрюнис все же дал потом, уже после вынесения приговора, откровенные показания на своего компаньона. Понял окончательно, что не будет ему никакой поддержки в суде, что власть в данном случае решила полностью самоустраниться. Их, конечно, не стали широко распространять, но на стол к Крому они все же легли. Тут уже сам Тинтум выбрал такой осторожный способ воздействия на Совет Капитанов, типа, я предупредил, остальное не мои проблемы.
«Хотя против сотни с лишним степняков что одна, что две осьмицы охранников разницы особой не имеют. Тут только на мою силу можно определенно рассчитывать, — говорю себе я. — Не должно ничего такого случиться. Беи хорошо знакомы с моей силой, не станут своих людей под нее настолько безрассудно подставлять».
Так что недружелюбно настроенные степняки остались позади, но теперь я еще более активно закидываю вокруг умение поиска.
— Вот и трактир! Пустой стоит, господин капитан! — подскакал ко мне обратно Дундер, который сегодня старший охраны при мне.
Прокатился вперед с напарником на разведку, чтобы проверить дорогу.
Да, видок у любимого детища Сохатого довольно печальный, печь не топится, ни повозок, ни лошадей перед ним. Значит, клиентов вообще нет, готовить тоже не для кого.
«Ну, что же! Я Сохатому лично не раз намекал, что он очень торопится накопленные деньги тратить на постройку заведения. Времена вокруг очень изменились, крестьяне пока не хотят возвращаться на земли, которые фактически контролируют все же степняки, а не горожане. Толпы народа тут через пару лет только поедут, но в качестве клиентов дикие степняки ему не очень подойдут, понятное дело», — правильно понимаю я его совсем удрученный вид.
Сам хозяин вылетел навстречу с видом побитой собаки, ведь так и не рассчитался за последние пару телег пива. Пропал, можно сказать, с концами и денег все не везет в мою кассу.
— Господин Капитан! Совсем дела не идут, не вытягиваю я здесь! — вдруг откровенно так взмолился старый Охотник после первых приветствий, чего я от него совсем не ожидал.
Значит, уже совсем серьезно допекло упертого мужика безденежье и безлюдье.
Понимает уже, что в долгах весь оказался, припасов тоже нет, даже нас кормить все равно нечем, как по его же словам.
— Только пиво ваше осталось и все! Новые степняки даже не ходят ко мне, Бей у них сильно злобный такой! — признается Сохатый. — Когда же караваны пойдут из степи через перевалы? Господин Капитан?
— Ох, Сохатый, нескоро еще пойдут. Не вытянуть тебе здесь пока никак, я хорошо вижу! — судя по откровенному признанию хозяина трактира, возможности выходить хотя бы в ноль он вообще больше не видит.
— Ладно, есть у меня к тебе предложение. Но придется здешний трактир закрыть на время, считай, на пару лет, — подумав, оглашаю я давно уже обдуманную идею для хозяина трактира.
Тот смотрит на меня с вытаращенными глазами, как это, закрыть любимый трактир, свое детище, смысл всей жизни? А что же он делать станет? Где будет харчеваться?
— Да, закрыть, потому что никакой движухи пока с год здесь точно не будет! — немного сгущаю я краски именно для Сохатого. — Пограничные земли теперь тут, побаивается народ, толку пока точно не получится! Астор теперь активно в сторону рудников земли развивает, уже на три дня пути от города хутора ушли!
Да, есть в городе подобное понимание, что крестьянам лучше селиться на той стороне, хоть под какой-то защитой Астора. Успеют, наверно, добежать до самих рудников, если так называемая дружба со степью закончится. Там укрыться самим можно и скотину загнать под защиту огромных отвалов породы, из которых можно легко еще одну крепость выстроить.
Знаю ведь сам, скоро пастухи и бараны отправятся с нагорий на рынок Астора, дадут там на продажу много шерсти и мяса. Потом через полгода остальные степные торгаши сюда припрутся обязательно. Им
