Mass Effect: Аид - Дархан

Бескровно… Миранда покачала головой. Бойцы Стикса буквально вынесли большую часть Цербера, загнав их во вспомогательные помещения, даже несмотря на поддержку турелей. И счёт погибшим с двух сторон ушёл за полсотни хороших людей.

– И что теперь? – Тихо спросила она. – Цербер обезглавлен, а вы, я так понимаю, захотите руководить им?

– С чего вы взяли? – Виктор устало выдохнул. – Я впервые за долгое время думал, что нашёл союзника. Что не одинок в своих целях и взглядах. А в итоге… союзника у меня нет.

– Вы не врёте? – Миранда наклонила голову. – Мне казалось… хотя это уже не так важно. Теперь я уже совершенно ничего не понимаю.

– Я не вру. Я правда так считал. – Виктор посмотрел на тихо сопящую Фиону. – Я думал, что нашёл единомышленника, потому что разговор по связи дал мне эту надежду.

– Так всё-таки… кто вы? Я ведь уже поняла, что вы умеете читать мысли, я видела ваш геном, и как человек, который разбирается в этом, понимаю, что вы не совсем человек.

– Вы знаете… – Виктор посмотрел ей прямо в глаза, и она увидела, что его взгляд потускнел. – Я могу ответить вам на этот вопрос, но должен перед этим проверить вас.

– Уже очень и очень страшно. – Миранда натянуто улыбнулась. – В прошлый раз это закончилось отрезанной головой моего руководителя.

– Кстати, после того, как тело начало разлагаться, я приказал полностью сжечь его. Слишком опасно, и нужно провести исследования. Но приступить следует… не знаю когда. – Виктор провёл ладонью по белым волосам. – Что касается проверки, то она чрезвычайно проста. Скажите, вы сможете возглавить Цербер? Готовы ли вы дальше вести его за собой?

Миранда задумалась. Очень сильно задумалась. Она всегда мечтала о признании, о чём-то большем, чем признание. И возможность возглавить Цербер – это было именно то, что могло закрыть эту потребность. Но она не была дурой. Слишком большой объём работы, слишком много проектов, и даже больше. Политика, переговоры и страшная, судьбоносная ответственность. И страх.

Она вспомнила разговор с Призраком. Этот человек, несмотря ни на что, преподал один важный урок. Тогда, ещё утром, его слова казались очередной манипуляцией и даже провокацией. Но сейчас она начала понимать всю их глубину. Объективность при такой ответственности была единственным, за что можно было держаться, чтобы справляться с подобной ролью. И она таковой ещё не была.

– Нет. – Однозначно ответила Миранда. – Я могу только взять крохи ответственности за исследовательские проекты. Но всю эту структуру я никак не потяну. Вам нужно будет искать другого человека либо справляться самому.

На её слова Виктор прикрыл глаза.

– Спасибо за честность. – Тихо ответил он, поднимаясь. – Тогда попрошу для начала позаботиться о Фионе и нашем будущем ребёнке. Теперь, когда ситуация стала настолько сложной, на него будет завязано очень многое. Я постараюсь найти подходящего человека и сам включусь в исследовательские проекты.

– Так вы и вправду не хотите вставать во главе… – Миранда улыбнулась. – Это так странно.

– Нет. Я плохой политик, плохой переговорщик, и у меня чрезвычайно плохо выходит планировать. – Виктор грустно улыбнулся. – Так что я вряд ли смогу.

– Странно… Я думала, что вы можете вообще всё. – Миранда продолжила улыбаться. – Но вижу, что вы не лишены стандартной слабости всех мужчин: выдержать гнев женщины.

– Вы чертовски правы. Против чего-то подобного я совершенно бессилен. Но честно сказать, я бессилен против многого. – Виктор пожал плечами, стоя на пороге.

– Вы так и не ответили на мой вопрос. – Миранда стрельнула глазами в сторону кресла. – И раз я буду заниматься вашим ребёнком, то хотела бы получить понимание, с чем работаю.

– Ох, конечно же… – Виктор прошёл обратно и, присев на кресло, долго пытался собраться с мыслями. – Как будущий директор исследовательских проектов Цербера, вы должны понимать, что на вас ляжет самая серьёзная ответственность. И, скорее всего, вы больше никогда не сможете принимать участие в полевых работах. Вас это устроит?

Миранда нахмурилась. Аид предлагал очень радикальную сделку. Но теперь на кону стояло очень многое. А возможность исследовать новые технологии и генетику… не оставляла ей выбора.

– Да. – Кратко ответила она.

– Тогда, пожалуй, расскажу вам то, о чём не знает больше никто. Даже самые мои близкие люди не знают о моём происхождении. И я не намерен с ними делиться этой информацией до тех пор, пока они принимают участие в полевых работах. Это основы секретности, которые я выучил за десятилетие моей борьбы, и вас это тоже касается. – Тон Аида превратился в усталый монолог. – Начну с того, что я не из этого мира. И мой мир… это война…

Чем дальше говорил Аид, тем больше раскрывались глаза Миранды. И под конец, не выдержав, она прошептала:

– Этого не может быть…

***

Морган вошёл в полутемное помещение с большим иллюминатором, где стояло только одно кресло, в котором сейчас развалился Виктор. Взгляд упал на работающий пси-подавитель, и он увидел, как бледная рука взяла стакан с алкоголем и опрокинула в себя.

– Хуле не зовёшь, Аид? – Буркнул Морган, пытаясь найти хотя бы табуретку.

– А ты опять позовёшь шлюх? – Раздался тихий смешок.

– Я что, колдун ёбучий, чтобы найти шлюх на секретной станции Цербера?

Морган не нашёл ничего лучше, чем сходить в коридор и вырвать лавочку из приёмной, уронив её по соседству с Аидом. Виктор уже протягивал ему стакан с тёмной жидкостью. Принюхавшись, он понял, что это бурбон. Чрезвычайно дорогой бурбон, который приятным эхом растёкся во рту.

– А нихуя, этот безголовый зомби разбирался, как отдыхать. – В руке тут же оказалась сигара, и он выдул кольцо дыма. – До сих пор страшно вспоминать пиздящую голову.

– Да, во вкусе Призраку было не отказать… – Меланхолично ответил Виктор, закинув ногу на ногу.

– Так что теперь?

– А кто его знает…

– А кто, блять, знает? – Морган уставился в глаза Аида, который смотрел сквозь него. – Говори уже, что ты там задумал, ёбанный тихушник.

– Ты, как всегда, лаконичен. – Виктор грустно улыбнулся. – Пока думаю. Но Цербер придётся поднимать. Как и Стикс.

– Это понятно. Я спрашиваю, как именно?

– Нашёл, какие вопросы задавать.