Бездушный - Kornyal Walden

Кажется, пока я предавался размышлениям, Лизет уже успела рассказать ему историю знакомства с неким Даммаром, который пришел ей на помощь и прогнал «плохих мальчишек». Что ж, я широко оскалился, предвкушая… Наемники не подвели. С ехидными ухмылками все, как один указали пальцами в мою сторону.

Граф побелел.

— Личная благодарность? — заинтересовался я. — И что это значит?

Не стану долго вас томить. Оказалось, что это означало объятия. Граф заключил меня широким жестом в свои руки, каким-то чудом справившись с весьма естественными страхом и отвращением, что люди испытывают к шорготам.

— Благодарю! — искренне произнес мужчина.

— Папа, лучшей наградой для Даммара будет что-нибудь вкусное! — шепотом подсказала Лизет.

Граф тут же проворно исхитрился взять печенину, не разжимая объятий, с МОЕГО, между прочим, подноса и сунул мне же в рот. Ладно, это было храбро, хотя и глупо. Поднос все равно весь предназначался мне! Лизет, ладно уж. Ей одну взять можно! Одну я сказал! Люди… даже их детеныши порой бывают невыносимы. Я представил себе на месте девочки пару маленьких шорготов и понял, что с печеньем бы пришлось попрощаться полностью. Пожалуй, не стану торопиться с выяснением, смогу ли совладать с инстинктами.

— И золото! — добавил я, поймав весьма выразительный взгляд Киаварна.

— Разумеется! — рассмеялся граф, прекративший, наконец, попытки придушить меня объятиями. — Свою награду вы получите!

Граф не солгал. Он щедро заплатил нам, вручив в руки Киаварна полновесный кошель с монетами. Не все из них были золотыми, увы. Всего несколько. Но и серебряникам наемники были рады. Правда, я не очень понял, почему лично мне досталась печенье, а деньги этот тип отдал Киаварну⁈ Я же помог девчонке! Впрочем, наш предводитель и не думал оставлять весь кошель себе. Он тут же вычел часть на обязательные расходы, а остальное разделил между всеми, подчеркнув, что моя доля — большая. Ее он, правда, оставил себе, сунув за пазуху. Но я знал, что в любой момент смогу потратить деньги в трактире.

Уже на следующий день мы покинули город. Я испытал легкое сожаление от того, что вряд ли когда-нибудь снова увижусь с Лизет. И очень острое от того, что так долго не видел Лайлу. Ей бы Лизет наверняка понравилась! У них много общего. Не считая того, что Лайла гораздо старше. Так что, наверное, уже не захотела бы поиграть с Моникой. Но встреться они детьми, точно бы поладили!

Вскоре мы вновь брели по королевскому тракту. Вернее, наемники ехали, или шли, держа лошадей под уздцы, наслаждаясь чудесным днем, а я полз. Дик был еще молчаливей обычного. После того, как его едва не обезглавил Киаварн, этот крайне надоедливый эльф был не так уж и надоедлив. Если честно, я начинал уже скучать по прежней его версии. Лучше бы уж язвил на каждом шагу, чем брел с таким угрюмо-задумчивым выражением, словно он ранен!

Я даже пригляделся к Дику, не истекает ли он незаметно кровью, попав в какую-нибудь передрягу, о которой мы не знали. Но нет. Уж запах крови я бы почувствовал! Зато я обнаружил кое-что другое. Запястья Дика обвивали новенькие наручи. Широкие, кожаные… Совершенно не пахнущие шорготом. Кажется, из воловьей кожи. Тиснение на них было совсем простое и магический фон был послабей, чем на прежних. Дик заменил хороший и сильный артефакт на дешевку. Ради… меня?

Я пополз быстрее и нагнал эльфа. Некоторое время я полз рядом, а он делал вид, что на меня не смотрит.

— Это было глупо. Но спасибо, — сказал я.

— Я сделал это лишь потому, что не желаю иметь ничего общего с шорготами! — побагровел юноша.

Но я знал, что он врет.

Глава 16

Мне снился Дик. Вообще не самое лучшее, что может присниться! Но хуже того, я еще и нависал над ним с целью сожрать посреди Песчаных Пустошей. Дик уже упал, подрубленный моим хвостом и ему оставалось лишь закрываться рукам, беспомощно хватая ртом раскаленный воздух. И он был младше обычного. Еще более юный, чем я привык.

«Стоп, хватит!» — подумал я, с отчаянием глядя, как лицо Дика приближается к моей пасти. Или наоборот. Но это было совсем не то, чего я хотел! Я не собирался жрать Дика, перед тем, как ложился спать!

«Да, точно! Я же сплю!» — дошло до меня.

Это было единственное разумное объяснение происходящему. Как я вообще оказался посреди Угрюмых Болот? Значит, мне снится кошмар. В котором я планирую отнять чью-то жизнь… Мое тело само собой исторгло победоносный шорготский рев, предвкушая сытный завтрак.

«Нет! Нет! Все равно стоп!» — отчаянно замотал я головой. — «Не буду его есть даже, если это просто сон! На всякий случай!»

— Ди-ик! — я проснулся, наконец, завопив его имя так громко, что сам эльф принялся меня трясти, решив, что что-то случилось.

— Чего? — недовольно осведомился он, нависнув надо мной.

Н-да, реальный Дик от того во сне отличался значительно. Этот был грязнее. И раздраженный, а не испуганный.

— Ты зачем меня звал? — сонно осведомился эльф.

— Ни за чем! — отрезал я, ловя на себе удивленные и заинтересованные взгляды наемников. — Просто снилась всякая ерунда. Вот и все.

— Дружище, тебе приснился Дик? — удивился Тильзан.

Сообразил же!

— Не этот Дик! — попытался выкрутиться я, но мой голос утонул в дружном гоготе.

Как вот они умудряются? Чуть что, сразу гогочут, как стая гусей! Причем, не сговариваясь!

— А ты знаешь еще одного Дика? — заинтересовался Тильзан.

— Ладно! — сдался я. — Мне снилось, что я вот-вот сожру этого! Довольны⁈

Дик отпрянул. Услышав мои слова, эльф слегка побледнел. Кончики же его ушей наоборот покраснели.

— А звал ты его, чтобы не сбежал, что ли? — сообразил Малройд.

Я почувствовал, как кровь приливает к голове и спине, создав на шкуре неповторимый узор возмущения. Обычно у шорготов это опознавательный знак ярости, но пришлось приспосабливаться выражать эмоции с тем, что есть.

— Ага, вроде того! — зло прорычал я, стукнув по земле возле ног Дика хвостом.

— В следующий раз, когда Даммар позовет меня к ужину, я три раза подумаю! — обидно заржал Тильзан.

Это было уж слишком! Резко развернувшись, я прополз мимо оторопевшего Дика, и скрылся в ближайших кустах, направившись к