Браконьер 5 - Макс Вальтер

Я молча кивнул, подхватил её на руки и усадил на полок, а затем принялся целовать её тело, пока не добрался до губ, в которые её можно было целовать без опаски. Полина тут же выгнулась, подалась вперёд и, стиснув мою голову бёдрами, мелко затряслась.

С невероятной силой оторвала меня от себя и, как в старые добрые времена, прижалась всем телом, продолжая содрогаться. Я даже не понял, когда в неё вошёл, и моя ли это была заслуга. Жар от печи кружил голову, но останавливаться я не собирался. Тем более что после долгой разлуки процесс не занял много времени. И через пару минут я уже выскочил наружу и плюхнулся в озеро, остужая разгорячённое тело.

Только в воде я осознал, что совсем позабыл о такой полезной вещи, как трусы, прикрывающие срам. Но, осмотревшись, с облегчением выдохнул. Пока мы были в парной и занимались друг другом, кто-то увёл отсюда детвору. Видимо, специально, чтобы мы могли чувствовать себя свободнее.

Я бросил взгляд на небо и улыбнулся. День близился к закату, а значит, следующий дубль мы сможем провернуть в озере. Ведь скоро Полина сможет точно так же, не переживая за своё здоровье, выйти наружу. Стэп всё рассчитал.

Потом мы парились, тёрли друг друга мочалками до покраснения. Плескались в прохладной воде и снова прятались в раскалённой парной. Я периодически подбрасывал дрова, чтобы она не остывала. Время попросту перестало существовать, а я впервые за прошедшие три года наконец-то почувствовал себя дома. Да, именно так. Не счастливым, не отдохнувшим, а именно дома.

Веселье прервал вежливый стук в дверь и покашливание.

— Вы там живые вообще? — раздался голос Стэпа. — Не угорели?

— Уйди, чудовище, не ломай кайф, — бросил из за двери я.

— Там, вообще-то, ужин стынет, — напомнил приятель, и мой живот тут же предательски заурчал.

Полина звонко расхохоталась. Напряжение, которое было между нами всё это время, улетучилось без следа.

— Ладно, пойдём, что ли. — Я хлопнул девушку по мягкому месту. — Он ведь не отстанет.

— Да, я ужасно голодная, — с улыбкой произнесла она.

Мы в очередной раз выскочили в озеро, чтобы смыть с себя пот. А затем вытерлись, замотались в простыни и отправились на ужин. Нашу одежду успели куда-то унести. Подозреваю, что в стирку. А на её месте как раз появились две белоснежные простыни.

Когда мы вошли в дом, я уже в который раз за сегодня словил ступор. Такую поляну в последний раз я видел на Новый год, ещё в то, далёкое мирное время.

Не удержавшись, сразу схватил румяный пирог и проглотил его буквально в два укуса. Он оказался с капустой. А я, пожалуй, впервые в жизни испытал настоящий гастрономический оргазм. Теперь понятно, откуда у Стэпа появился живот.

Настоящий домашний борщ был выше всяких похвал. В меру кислый и в меру сладкий. Настолько идеальное сочетание, что я даже не уверен, что вообще когда-то пробовал настоящий борщ. На второе была картошка, жаренная с грибами, и котлеты из кроличьего мяса. Они точно так же исчезли в моём животе за считаные минуты. А когда на столе появилась бутылка с домашним самогоном и разные соленья, я вдруг растерялся.

— Что-то не так? — заметив, как я нахмурился, спросил Стэп.

— Знаешь, я как-то после того запоя к алкоголю больше не прикасался. На всю жизнь напился. Может, лучше чаю?

— Да не вопрос, — ощерился Стэп и моментально сменил поляну. Не без помощи Марины, конечно же.

В общем-то, весь ужин по дому хлопотала именно она. А мне снова стало как-то не по себе. Стыдно, если уж совсем точно сказать. Мы там развлекались, парились, а она всё это время ждала нас. А ведь сейчас уже глубоко за полночь, и Марина наверняка дико устала, готовя всё это.

— Ты бы супругу спать отпустил, — буркнул я.

— Нормально, — отмахнулась она. — Мы и не через такое проходили. Особенно когда всё только начиналось. Сейчас это так, мелочи. Даже приятно.

— А я бы уже вздремнула, — подала голос Полина.

— Я провожу, — подорвалась хозяйка, которая присела к нам буквально на минуту.

Женская половина удалилась, и мы остались с приятелем вдвоём. Он всё же вернул бутылку на стол и налил себе рюмку. Выпил, подцепил вилкой шляпку солёного гриба, прожевал и уставился на меня немигающим взглядом.

— Что? — спросил я, прихлёбывая горячий, душистый травяной чай.

— Жалоба тут на тебя поступила, — задумчиво произнёс Стэп. — От Полины.

— Надо же? — Я даже бровью не повёл, — А только что в бане её более чем всё устраивало. Аж три подхода сделали.

— Не о том речь, извращенец, — поморщился Стэп. — Ты на кой чёрт Ворона пристрелил?

— Так, ясно, и ты туда же, — нахмурился я.

— Да, туда же, — кивнул приятель. — Он, между прочим, не последний здесь человек.

— Он не человек, — парировал я.

— Может, и так, но к созданию нашего посёлка приложил немало усилий. Он же нормальный мужик, чё ты на него взъелся?

— Хрен знает, — честно ответил я. — Бесит он меня — и всё тут.

— Ха, бесит, — впрочем, совершенно серьёзно произнёс Стэп. — Знаешь, у меня в прошлом нечто похожее было. Я тогда в фирме одной работал, мы всякую медицинскую хрень в ЛПУ… ну… Лечебно-профилактическое учреждение поставляли.

— А это здесь при чём?

— А ты послушай, потом рот кривить будешь, — строго обрезал меня он, и я увидел, что Стэп изменился не только внешне. — В общем, пришёл к нам новенький один, и он мне сразу на понравился. Прям вот откровенно бесил. Что ни скажет, так у меня внутри прямо буря поднимается. Сколько раз себя сдерживал, чтоб ему харю не разбить. А его ещё, как назло, напротив меня посадили. И я сколько раз пытался понять, что с ним не так, почему он, — вроде обычный парень, притом вполне нормальный, — вызывает во мне такие эмоции?

— И что?

— Да ничего. Наблюдал за ним, прикидывал. И ничего странного не видел. В коллективе его любили. Даже юристка наша, та ещё фифа, нет-нет да и остановится с ним, а то и похохочет. Так год прошёл, и моя злость к нему не то