Обнять космос - Олег Викторович Данильченко
И вот когда наступило время десерта, адвокат наконец соизволил сделать то самое предложение. И если честно, я так и не поняла, зачем надо было устраивать вот это всё. Вопрос-то житейский. Его можно было решить в рабочем порядке. Ну спросил бы просто… Так нет, целое свидание, блин, устроил.
– Миранда, – задал он вдруг вопрос, – а как вы смотрите на то, чтобы продолжить наше сотрудничество?
Если честно, мне этот вкрадчивый выход из-за печки показался очень странным. Поэтому я замерла с ложкой нежнейшего десерта у рта. Потом подумала, что в таком вот виде выгляжу довольно глупо, и сунула ложку в рот.
– Эмм, я сейчас не очень вас понимаю, Эдра. К чему этот вопрос? Мне действительно понравилось, как вы умеете вести дела своих клиентов, и не буду скрывать, что собиралась купить долговременное обслуживание в вашей фирме. Но…
– Дело в том, юная леди, что, оформляя ваше гражданство, я оставил открытым момент опекунства.
– Что ещё за опекунство?
– У нас, в империи Кадар, так принято. Каждый соискатель гражданства, не рождённый здесь, должен получить временного опекуна. То есть того человека, который будет как бы присматривать, чтобы новый гражданин по незнанию не наделал глупостей. Опекун также несёт ответственность за те или иные поступки своего подопечного.
– Ничего подобного раньше не слышала.
– Но именно так обстоят дела. Более того, скажу, что у вас, в Земном союзе, этот пункт в конституции также имеется. Вы могли и не знать, так как являлись гражданином своего государства по праву рождения, и вашими опекунами выступали родители. Это была их святая обязанность.
– Хорошо, пусть так, Эдра. И что вы хотите от меня?
– Чтобы компания «Аксель и сыновья» стала вашим опекуном.
– Ничего не понимаю. – И это на самом деле было так. – Зачем вам это? Мало ли во что я влипну. А в моём умении находить неприятности вы уже должны были убедиться. Странная тяга – получать шишки за поступки своего подопечного, не находите? Ведь фирме придётся нести прямую ответственность в случае… Ну, вы меня понимаете.
– Видите ли, юная леди, дело в том, что опекун действительно рискует, однако же и приобретает немало. За опекунство наша компания получит дополнительный лоялити-поинт – это некое мерило общественной полезности в империи.
– Всего один?
– Да один, но он даст очень многое. В данном конкретном случае – выход на более высокий уровень. Мы сможем заключать контракты на юридическое сопровождение с такими организациями, о которых ранее оставалось только мечтать.
– Но ведь по вине подопечного, как я догадываюсь, можно лишиться не только того лоялити-поинта, который вы получите за опеку, но и тех, которые уже есть на данный момент. Верно?
– Согласен, риски есть, и немалые. Но, во-первых, вы не кажетесь мне настолько безрассудной, чтобы совершать проступки, которые могут привести к снятию пунктов полезности. А во-вторых, для того мы и существуем, чтобы оградить своего клиента от подобных вещей. Ну и в-третьих, тот лоялити-поинт, который фирма получит за нового гражданина с такими, как у вас, юная леди, индексами ФПИ, будет очень весомым. Поэтому выгода слишком велика, чтобы не рискнуть. Так как? Вам интересно?
– Странно…
– Что показалось вам странным, Миранда?
– Ну, я вдруг подумала: что, если б у меня не возникла нужда обратиться к услугам вашей конторы? Как бы тогда решался этот вопрос?
– Да очень просто. Корпорация «Биорес» присвоила бы себе это право, получив свой лоялити-поинт без вашего ведома, ничего не предоставив взамен. Вам бы даже не сказали об этом. Думаете, почему в рабочем контракте промысловика значится пункт о получении гражданства? А также задумайтесь: откуда у корпорации связи и прикрытие на правительственном уровне? Торгуют привилегией опекунства направо и налево.
– Но как же тогда накладываемые обязательства?
– А как связаны два диаметрально противоположных понятия, таких как коррупция и обязательства? Верно, никак. Вам ещё повезло, что «Биорес» на самом деле хоть и плутуют порядочно, но букву контракта, как правило, соблюдают. А вот нам, получающим право опекунства официально, придётся уже отвечать на полном серьёзе. Думаете, вы первая, кого хотели облапошить? Таких людей миллионы.
Хочет, к примеру, представитель Республики Манти сменить гражданство. Подаёт прошение. И если он не сам по себе, а приглашён на работу какой-то организацией, то она и становится его опекуном. А бывает и так, что человек просто хочет переселиться. За ним никто не стоит. Спросите, что тогда? Да ничего. Подал прошение – получил гражданство. Это же целый бизнес. Каждый лоялити-поинт стоит бешеных денег, и они заранее расписаны. Тем более что ответственность за подопечного нести придётся лишь в течение одного планетарного цикла. Потом, что бы ни произошло, всем уже будет плевать.
– А если я не хочу отдавать опекунство кому бы то ни было? Почему деньги за лоялити-поинт получает кто угодно, только не новый гражданин?
– Ха, Миранда. Вы прекрасны в своей наивности. Для начала, деньги в законе об опекунстве никак не упоминаются. Тем более кто соискателю гражданства скажет, что право на опекунство вообще можно продать? – Он грустно вздохнул и развёл руками. – Законы рынка. Спрос рождает предложение, и задуманное когда-то благородным дело вдруг превратилось в средство наживы. Ну ладно, предположим, вы знаете об этом заранее и, когда дело дойдёт до получения гражданства, начнёте требовать своей доли…
– И что?
– Ничего. К примеру, найдут миллион причин, чтобы гражданство вам не давать.
– Но это же незаконно!
– Законы как раз и придумывают те, кто потом безнаказанно их нарушает, девочка.
– Но вы же… А если сразу обратиться к помощи юридической компании?
– Так мы тоже ведь заинтересованная сторона. Лоялити-поинт – штука серьёзная, поверьте. Особенно за такого одарённого, как вы. Настолько серьёзная, что наша фирма не могла упустить такую возможность. Скажу откровенно… Только, пожалуйста, не спешите обвинять нас в самоуправстве, ладно?
– Да говорите уж.
– В общем, ваше согласие на опекунство от «Аксель и сыновья», юная леди, по сути чистая формальность.
Вот это, что называется, поворот.
– Почему?
– Да мы, по сути, уже являемся вашим опекуном.
– Это как?
– Ну, пришлось задействовать кое-какие связи… Короче, опекунство над вами – это свершившийся факт. Иногда даже нам приходится хитрить и искать лазейки в законах. Но это было необходимо.
А вот это мне уже не понравилось. Не люблю,
