Кротов 2. Книга 3 - Сергей Юрьевич Михайлов
– Снежа, что происходит? Где мы? И где остальные?
– Кенич и Шакран здесь. А про остальное, я знаю не больше тебя. Мы и тебя нашли уже здесь.
– Что? Как это?
– Как. Как в сказке. Брели по развалинам, зашли в этот дом, а тут ты. Как будто кто-то тебя подбросил, прямо нам под ноги.
Кротов вздохнул. Значит, не привиделось. Кто мог его подбросить сюда? Только братишка.
– Понятно. Давно вы здесь?
– Уже сутки.
– А я?
– Тебя нашли пару часов назад. А ты помнишь что-нибудь?
Вовка на секунду задумался. Может Снеже рассказать? Она про Серегу наслышана. Но тут же решил, что пока не стоит. Надо самому разобраться. Вовка помотал головой.
– Нет, ничего не помню. Как выскочил из арки на какую-то блестящую хрень, помню, а потом похоже вырубился.
– Ты тоже был там?! Значит, мы были в одном месте. Мы тоже заснули на каком-то безразмерном зеркале. Потом очнулись уже здесь.
«Значит, Серега говорил правду. Что он задержал их. Ладно. Надо как-то выпутываться. Но почему он не предупредил, что отправит меня прямо на войну? Здесь явно что-то не так. Ведь меня могли убить еще до того, как меня нашли ребята. Нет. Серега так не сделал бы». И тут Вовка вспомнил про коммуникатор. Сергега сказал, что информация там. Надо зайти и посмотреть.
– А где ребята?
– Пошли поискать что-нибудь лучше. Может где-то комната сохранилась. Теперь уже надо ночевать. Завтра будем разбираться. Кротов, а ты догнал зеленого с принцессой? Куда они делись?
– Нет. Говорю, выскочил сразу на зеркало. И все.
Он хотел сказать, что знает, где Гелия. Но вовремя остановился. Серега ведь не дал точного места. Так, что можно показаться идиотом. Надо срочно посмотреть, что в коммуникаторе.
– А ты смотрел свой комм?
Вовка чуть не вздрогнул. Она что – мысли читает?
– Нет. Ты же видела. Я только очнулся.
– Так проверь, может что-нибудь осталось. Броня ведь пишет все постоянно.
Это действительно, так. Человек не все замечает. Иногда подобная информация с бронекостюма очень помогает.
– А вы смотрели? Что-нибудь есть?
– Конечно. Сразу, как только появилась возможность. Бесполезно. Зеркальный мир там не отобразился. У всех кончилось тем, как мы забегаем в арку на корабле Нифлянца. Я думаю, что зеркало, это просто у нас в голове. На самом деле, там просто какие-нибудь физические поля.
– Ладно. Сейчас посмотрим.
Вот сейчас заодно и проверю, глюк это был или нет. Если информация от Сереги есть, то значит и остальное, что он говорил, тоже правда. Вовка натянул шлем и вывел хранилище коммуникатора на щиток. «Твою медь!» – выдал он любимое ругательство брата. Объем информационного пакета, в виде охотничьего рюкзака, на который показывала улыбавшаяся фигурка брата, был просто огромен. Ничего себе! И он еще хотел мне все рассказать словами? Миллион лет бы сидели. Вовка раскрыл виртуальный рюкзак и недовольно нахмурился. Открыть сейчас он мог только небольшой мешочек завязанный простой веревкой. Все остальные папки были в виде сейфов с надписью: вставьте ключ. Блин! И где он, этот ключ? Серега про это ничего не говорил.
– Ну что там? – Снежа тронула его за локоть. – Что-то есть?
– Сейчас. Что-то нашел, – ответил он, и потянул за веревку. Узел развязался и мешок раскрылся. Но узнать он ничего не успел. В проем выломанной двери заскочил человек.
– Снежа, надо уходить. Шакрана взяли!
Кротов уже вскинул игольник, но по голосу узнал Кенича. Теперь не до информации. Он отключил коммуникатор и бросился к окну, посмотреть. Но тут же отпрянул назад – в проем один за другим влетели несколько дронов, и сразу разлетелись по углам. На людях скрестились лучи мощных прожекторов. Один из роботов начал транслировать команды:
– Бросить оружие! Руки за голову!
На площадке за выбитой дверью загрохотали сапоги. И тут же в окно, вслед за дронами, влетел человек в бронекостюме и с игольником в руках. Следом за ним, почти без паузы появились еще двое. Потом посыпались и из дверей. Вовка разглядел эмблему на плече ближайшего солдата и расслабился. Отбросил игольник и поднял руки.
Глава 2
Грони и Полковник сидели на каменой площадке и изумленно смотрели друг на друга. Первым очнулся Грони. Он осторожно кашлянул, словно пробуя голос, и почти шепотом спросил:
– Полковник, где мы? Что случилось?
Гланд ничего не ответил. Он поднялся и прошел к краю площадки. Долго смотрел вниз, а потом спокойно сказал:
– Демон его знает. Первый раз вижу это место…
Грони тоже мог бы поклясться, что никогда не был тут. Потому что это явно не планета Счастье.
– Мы не на Камгуре? – для проформы спросил он.
– Похоже на то, – снова с задержкой ответил Полковник. Больше эти двое почти не разговаривали. Лишь иногда, когда без этого нельзя было обойтись, они перебрасывались фразами. Но то, что они делали, получалось настолько слаженно, что сторонний наблюдатель, появись он здесь, сразу бы подумал, что эта парочка не один год проработала вместе. Они по-солдатски четко забросили за спину игольники, поправили навески на бронекостюмах и не сговариваясь, направились к полуразрушенной каменной лестнице. Если для Гланда с его легендой заслуженного вояки, все эти действия выглядели привычными, то от Грони – барыги, торгующего дурью в вымирающем Сангвиле, этого ожидать было трудно. Если бы тут были их недавние спутники, они бы глаза выпучили от удивления. Вечно неряшливый и неуклюжий торговец наркотиками, сейчас двигался, словно боец спецназа. Оба мужчины как будто помолодели. Они без проблем перепрыгивали через трещины, через которые еще несколько часов назад, Грони надо было бы перетаскивать.
Лестница оказалась очень длинной. Начинаясь на площадке на вершине горы, она, закручиваясь по склону, спускалась все ниже и ниже. Пока наконец, не исчезала в темном хвойном лесу. Странная парочка дошла до уровня леса и пропала.
Уже вечером, когда огромный красный диск местного солнца, медленно уползал за остроконечные кроны высоких деревьев, двое путешественников вышли к реке.
– Придется ночевать, сегодня не успеем, – высказался тот, кого считали полковником.
«Барыга» согласно кивнул.
– Ночуем.
Через полчаса они сидели у костра и жарили насаженные на заостренные ветки, куски мяса. Еще по дороге, в лесу они добыли местного зверя, и вырезали с него мякоть. Сейчас
