Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

Он опустил руки, моргнул раз, другой и проговорил с нотками лёгкой паники:

- Аврора, вы замуж выходите. За меня.

Сложила руки на груди.

- А вы женитесь. На мне. И? - не догнала, что он хочет этим сказать.

Он взъерошил волосы, как-то нервно рассмеялся и сказал:

- Ваши рассуждения, слова... Вы сбиваете меня с толку.

— Ах, это? - манула я рукой. Взяла его за локоть и потянула, чтобы мы продолжить путь по коридору. Пусть ведёт меня в подвалы. - Не волнуйтесь, вы привыкните и ко мне, и к моей манере общаться, и к моим закидонам...

- Закдонам? — переспросил он.

Может, уже пора сказать ему о детях?

- Лиам, а вы хотите много детей?

Он снова затормозил и уставился на меня как-то слишком пристально и с недоверием.

- А вы не хотите? - спросил он осторожно.

Я широко улыбнулась и сказала как есть:

- Хочу. И буду рада, если получится большая семья.

Он кивнул и тоже улыбнулся. В его глазах я отчётливо уловила радость и облегчение.

— Ну а как вы относитесь к тому, чтобы в семье были и свои дети и... скажем, не совсем приёмные, а как бы воспитанники? Не всем повезло в жизни. Кто-то утратил родителей в раннем детстве и может только мечтать о тёплом доме...

Я умолкла, так как Лиам резко потемнел лицом. Глаза опасно сверкнули. Он категорично мотнул головой и заявил:

- Нет, Аврора. Никаких приёмных детей. Никаких воспитанников. Это неприемлемо. Ни в коем случае. Ни при...

- Да поняла я! — оборвала его.

Лиам заткнулся и отвернулся от меня. Мне пришлось лицезреть его напряжённую спину.

- Ладно, забудем об этом, - произнесла я расстроено.

Лиам дёрнул плечом и сказал:

- Идите к себе, Аврора. Вас пригласят к обеду.

Он тут же двинулся прочь от меня. Но я была бы не я, бросилась за ним, схватила за руку и заставила остановиться. Он развернулся и нехотя уставился на меня.

Злой, как чёрт.

И чего он так? Неужели у него есть какая-то личная драма на эту тему?

- Слушайте, ну чего вы сразу злиться начинаете? Нам, между прочим, придётся жить вместе, учиться слушать и слышать друг друга. Мы с вами взрослые и состоявшиеся личности, со своими характерами, привычками. И нам с вами не дали шанса узнать друг друга нормально, а буквально столкнули лбами. И вот что я хотела сказать...

Почесала лоб, нахмурилась, чтобы поймать хвост мысли.

- Ах да! И если вам вдруг что-то не понравится в моём поведении... Или я скажу что-то не то, вы будете вот как сейчас дёргаться и удирать, поджав хвост?

Лиам нахмурился сильнее. Я прямо физически почувствовала волну дикого напряжения и недовольства, что исходила от мужчины.

— Аврора, давайте не сейчас об этом...

Я хлопнула в ладоши и зло рассмеялась.

- А когда?! — рявкнула я. - Так и рушатся семьи, Лиам! Нужно говорить. Нужно рассказывать, что не нравится, что не так. Я, между прочим, не телепат и понятия не имею, почему вас так разозлила тема приёмных детей и...

- Аврора... Замолчите... — вдруг не своим, а каким-то звериным и металлическим тоном прорычал граф.

Я заткнулась и уставилась в его неестественно яркие глаза. Они стали жёлтыми и засветились. Прямо фонари.

Подошла к нему ближе и с любопытством поинтересовалась:

- Вы маг? У вас глаза так сиять начали, просто красота-а-а!

А потом чихнула.

- Ох, простите.

В носу стало щекотно. Глаза вдруг заслезились. Обычно у меня такая реакция на собак. У меня на них аллергия. Но я не вижу здесь собак...

— Идите к себе, ― чуть спокойнее, но всё же каким-то странным рыкающим тоном распорядился граф.

Я утёрла слезящиеся глаза и крикнула в удаляющуюся спину:

— А как же подвалы?

Ага, так мне и ответили.

Снова чихнула и пробормотала:

- Сделаю красную комнату и буду пороть тебя, Лиам, как мистер Грей порол Анастейшу. Будешь знать потом...

* * *

ЛИАМ

— Милорд, пора переодеваться к обеду.

- Знаю, Сэм.

Я смотрел в окно. Шёл мелкий, колючий дождь. Тучи затянули всё небо. Мокрый туман стелился по земле. Мрачно. Сыро. Неуютно. Погода отражала мой внутренний мир – тоску и печаль.

Что же я сделал с Авророй?

Она стояла перед моим внутренним взором с чарующей улыбкой, сверкающими глазами, в которых я видел интерес к своей персоне, а после, от моих резких слов, в этих чудесных глазах застыли недоумение и разочарование.

Как я покажусь ей на глаза?

Трудно признать, но меня мучил стыд. Затолкал поглубже неуместное чувство.

Неважно, что я испытываю. Важно, кто я есть.

Увы, но ей придётся узнать мою страшную тайну. Лучше пусть сразу испытает ужас, отвращение и возненавидит меня, чем будет строить планы о счастливой семейной жизни со мной.

Проклятье!

Она с такой искренней любовью и надеждой говорила о детях, что сердце у меня дрогнуло. Она даже о воспитанниках заговорила. Да я был бы счастлив иметь большую семью! И пусть не только свои, но и приёмные дети в неё входят, но как быть, когда я — чудовище? Зверь не принимает чужаков. Редко, когда ему приходится по нраву кто-то иной, кто не входит в стаю. Да-да, всё моё окружение, мои слуги - моя стая. Зверь их принял, он считает их своими, они под защитой чудовища. Аврора тоже пришлась зверю по душе. Но что будет, если в поле зрения монстра окажется ребёнок и он воспримет его неадекватно? Воспримет его как угрозу?

Нет, нельзя рисковать. Правильно, что общество от меня отказалось. Я чудовище. А любое чудовище должно быть изолировано.

— Милорд? - позвал меня Сэм и показал на выбор два костюма. Синий и зелёный.

- Синий.

Он помог мне переодеться. Ни слова не оборонил, когда увидел мои... лапы.

Я попытался сам поправить манжет. Но длинными когтями это сложно сделать.

— Позвольте мне, - произнёс слуга и поправил манжету.

После он как-то торжественно распахнул передо мной двери. Я застыл, не в силах сделать и шагу. Сэм ждал.

А я усилием воли подавил раздражение. Нужно спускаться к обеду, а не стоять памятником самому себе, да ещё в собственной спальне. Не могу же я прятаться у себя в спальне! Или могу?