Наномашина. Том 4 - Хан Джунволья
– Ну все, хватит! Вы, двое, прекратите концентрировать ци.
– А вы бы стерпели, если бы услышали такое, третий старейшина?
Глядя на нахмурившегося старейшину Мун Ёна, Бу Чхольён сказал:
– Я понимаю вас, Мун Ён. Но какой вес имеют слова принца, бездумно брошенные в школьном возрасте? И разве вы считаете, что в Школе Демона кто-то может с легкостью напасть на клан Руки Демонического Дракона?
– Хм.
От слов Бу Чхольёна, возвысившего клан Руки Демонического Дракона и успокаивавшего Муна, лицо восьмого старейшины немного смягчилось. Хоть Чхон Мугым и был недоволен, но успокоить Мун Ёна можно было только одним способом: принизить принца.
«Эх, я не хотел использовать этот действенный метод, но…»
Бу Чхольён достал что-то из внутреннего кармана и протянул. Это была подвеска из красного нефрита. Посередине был выгравирован иероглиф «медицина».
– Я слышал, что вы уже несколько лет ищите выдающегося лекаря.
– Что…
Мун старался сохранить это дело в рамках клана, но факт того, что он ищет лекаря, утаить было нельзя. Близнец Мун Гю Мун Ю родился с врожденным слабоумием. Чтобы отыскать лекаря, способного вылечить внука, Мун Ён искал информацию о знахаре по таинственным болезням не только в крепости Школы, но и по всем регионам Китая.
– С этой подвеской вы сможете встретиться со знахарем.
– Ах!
От слов третьего старейшины зрачки Мун Ёна задрожали. Если с этой подвеской можно попасть к знахарю, которого он искал, Мун не мог оставаться спокойным.
«Если это нашли в поместье клана Тьмы, то, значит, речь о знахаре Хан Суро».
На самом деле изначальной хозяйкой знахаря была госпожа Му. Когда ее и главу клана Тьмы Му Чжинвона убили и клан пал, все их имущество разделили между собой кланы Меча и Клинков.
«Тронуты, старейшина Му?»
Подвеска, позволяющая встретиться со знахарем, была ценным сокровищем, но если ей можно было заполучить клан Руки Демонического Дракона и привлечь восьмого старейшину, то Бу Чхольён готов был заплатить эту цену.
– Если ваша внучка выйдет замуж за принца Чхон Мугыма, то я подарю подвеску вашему клану.
– П-подарите ее?..
– Старейшины не бросаются словами.
– Но зачем вам, Бу Чхольён, дарить такую ценную вещь?
Старейшина Мун Ён никак не мог понять. Конечно, он знал, что с точки зрения четырех кланов было желательным присоединить клан Руки Демонического Дракона, но, строго говоря, Мугым был человеком клана Скрытого Удара. Однако предложить ценный подарок от клана Клинков и поддержать Мугыма было странным.
«Есть нечто важное».
Третий старейшина Бу Чхольён указал на Мугыма и, улыбнувшись, сказал:
– Я не успел сказать, что принц Мугым – общий кандидат четырех кланов.
– Общий… кандидат?
От этих слов брови Ёуна поползли вверх. Ведь он понял, что это означало.
«Значит, четыре клана объединяются?»
Догадка Ёуна была верна. Еще совсем недавно в четырех кланах и не думали об объединении. Но с тех пор, как Ёун получил статус наследника, убийство третьего воина Школы Му Чжинвона и бойцов клана Шести искусств Бога Клинков заставило их почувствовать, что настал критический момент.
«Так нельзя!» – сказал Патриарх, когда они выразили надежду на то, что наследника можно сменить в любой момент.
Если Мугым – общий кандидат от четырех кланов, значит, они выдвигают в качестве наследника единственного из них, кто невредимым вышел из Академии. В присутствии Ёуна посетители не могли сказать об этом прямо, но достаточно ясно намекнули на это.
«Плетете интриги. Не хотите просто сразиться?»
Взгляд Ёуна стал холодным. Он полагал, что дело будет непростым, но если четыре клана объединят силы, то впереди его ждет еще более трудная борьба, чем сейчас.
«Старейшина Мун может дрогнуть».
Ёун с тревогой посмотрел на Мун Ёна. Его предположение оказалось верным.
«Поддержит ли он принца Мугыма из четырех кланов?»
Восьмому старейшине Мун Ёну пришлось нелегко. Очевидно, что он был пешкой в их игре.
«Побуждают старика сделать выбор. Ох…»
Мун Ён оказался в крайне затруднительном положении. С одной стороны был наследник, которому присягнула в верности его внучка Мун Гю, с другой – четыре клана, которые могли вылечить его внука Мун Ю и собирались изменить расстановку сил. Чем больше он взвешивал, тем больше весы склонялись ко второму.
«Ох… Гю».
Надолго погрузившись в размышления, Мун Ён с извиняющимся выражением посмотрел на Мун Гю. Возможность вылечить Мун Ю значила для него слишком много. В ушах торжествующего третьего старейшины Бу Чхольёна послышался возбужденный голос четвертого, отправившего телепатическое сообщение:
– Бу Чхольён, молодец!
– Хе-хе-хе, это и есть политика. Точно выяснить, чего хочет противник, и обменять на нечто равноценное.
– Вот действительно… наука!
Ёун надеялся на безвозмездную верность, но противники предложили восьмому старейшине то, чего он так хотел. Выбор был очевиден.
«Наследник, в этой партии победили мы. Ха-ха-ха».
Третий старейшина Бу Чхольён сказал колеблющемуся Мун Ёну, словно вбил последний гвоздь:
– Старейшина Мун, вы даете согласие на брак вашей внучки с принцем Мугымом?
– Такой старик, как я… – собирался было что-то сказать Мун Ён после долгого молчания.
Молча наблюдавшая за разговором Мун Гю вдруг сцепила руки с Ёуном, вспыхнула и быстро выкрикнула:
– Я… я уже принадлежу наследнику!
– Что?!
Лица всех присутствовавших в беседке разом окаменели, включая и Ёуна. Конечно, это было так, ведь она была его подчиненной. Но звучало крайне двусмысленно. Склонявшийся к Мугыму восьмой старейшина лишился дара речи и посмотрел на Ёуна.
– Н-наследнику?
Часть 4
После заявления Мун Гю, приравниваемого к объявлению войны, в беседке повисла тишина. Подчиненные Ёуна Хо Бон и Пэк Ги тоже стояли, вытаращив глаза от удивления, и смотрели на командира. Хоть они ничего не говорили, но по выражению их лиц явно можно было прочитать следующее:
«П-правитель, когда вы, в самом деле, всё успели?»
«Какой вы… быстрый».
Даже обычно равнодушный Ёун не мог скрыть смущения. Прозвучавшие слова и правда можно было истолковать неверно.
– П-простите. Я ничего лучше не придумала.
Получив телепатическое сообщение, Ёун посмотрел на Мун Гю. Держа командира под руку, она подняла на него полные слез глаза. От этого взгляда дрожащего олененка смущенный Ёун покраснел и потерял дар речи.
«Так она это специально».
Мун Гю сделала это шокирующее заявление, чтобы отвратить колебания ее деда. На самом деле она ничего больше не могла поделать. Казалось, что он вот-вот кивнет, даст согласие на свадьбу с Мугымом, поэтому некогда было раздумывать. Но этот необдуманный поступок Мун Гю не только удивил
