Кротов 2. Книга 1 - Сергей Юрьевич Михайлов
Володька только посмеялся над предсказанием Грони, в его планы не входило подниматься по линии мафии. Но как бы то ни было, сейчас Вовка очень благодарен торговцу. Смертельная посылка в любом случае спасет кое-какие жизни, Вовкину-то уж точно.
– У твоих людей в транспортерах оружие есть?
– Я уже говорила, что нет! – отрицательно крутнула головой Сапаренд. – Сюда ничего не провезёшь, тем более, когда здесь встреча.
А Грони смог! – улыбнулся Кротов, но говорить вслух, конечно, не стал. – Интересно, как это простой торговец из Сангвиля, умудрился провернуть то, что не может начальник охраны самого Корвюзи.
– Тогда идём прямо в отель. Покажем этим козлам, кто в доме хозяин.
Саларви удивлённо вскинула на него глаза.
– Ты серьёзно?
– Серьёзнее некуда! – бросил Кротов. – Пошли!
Он опустил щиток и пинком распахнул двери. Он не видел, что женщина, перед тем как закрыть бронешлем, впервые бросила на него взгляд, в котором светилось что-то другое, а не подозрительность. В нём промелькнуло нечто похожее на восхищение.
Расстояние до здания, где проходила сходка, метров двести. В прошлый раз, когда Вовка боялся получить иглу в спину, они пролетели это расстояние словно ракеты. Сейчас уже можно так не торопиться и действовать осмотрительнее. Но Сапаренд вдруг вырвалась из-за его спины и по прямой рванула в отель. Кротов хотел крикнуть, остановить её, но передумал. Он присел на колено, вскинул игольник, приблизил окна отеля в оптике шлема и стал вглядываться. Если кто дёрнется, он успеет среагировать.
Женщина почти успела добежать до ступеней крыльца, когда резные двери приоткрылись и оттуда показался ствол игольника. Кротов отреагировал, короткая – в три иглы – очередь развалила цветную дверь и отбросила стрелка внутрь коридора. Когда это произошло, Сапаренд запнулась и присела, похоже, не ожидала, но потом поняла, что произошло, и побежала дальше. Она не остановилась у расстрелянной двери, не осмотрелась, а с ходу нырнула в тёмный провал. Кротов выругался.
Тупое бесстрашие, в этом мире всегда кончается одним и тем же – остывающим трупом. Везение не бесконечно. Уж на это Вовка нагляделся. Ещё на той, первой своей войне в Чечне, там тоже бывало так – парень несколько раз выходил из страшных передряг без царапины и начинал верить в свою неуязвимость, что бог бережёт именно его. Тут-то старуха с косой, издевательски улыбаясь, и наносила свой удар.
Сейчас Саларви должна остановиться, не входя в здание, и прикрывать Вовку, пока он не пробежит открытое место. Однако, она исчезла и даже не отвечала на вызов Кротова.
– Дура! – опять выругался он и, петляя, помчался к тому же входу.
Все обошлось, Вовка взбежал на крыльцо и остановился. Он не собирался расставаться с жизнью, даже из-за своего босса и отмороженной красавицы. «Мух» у него нет, а без летающих камер, надо действовать по-другому. Он вывел изображение от прицела игольника на лицевой щиток, убрал его в верхний квадрат и присел. Потом осторожно сунул игольник в разбитые двери. Оптика мгновенно адаптировалась и вместо сумрака коридора на щитке появилась ясная картинка.
Первый, отброшенный от дверей, труп, лежал метрах в двух от дверей. Это мой, сообразил Кротов – тот, что хотел убить Сапаренд. Метров через десять дальше по коридору лежал еще один, этот без игольника и вообще без оружия. «Похоже, девочка пристрелила его на всякий случай». Вовка, несмотря на весь свой прагматизм, совсем не одобрял такое поведение. Убивать надо тех, кто хочет убить тебя, а остальные ни при чем. Однако сейчас не время морализировать, пора двигаться дальше. Тем более ничего подозрительного в коридоре не видно.
Он вошел в здание, переступил через мертвого и в этот момент впереди снова раздались выстрелы. Кто там воюет, он не знал – хотя умная броня и нашла Саларви, но отмечала только передвижение бронекостюма, спутница так и не включила связь. Но это оказалась именно Сапаренд – дверь в конце коридора, почти у лестницы, ведущей на второй этаж, распахнулась, и оттуда вывалился человек. Это оказалась девушка, работавшая в заведении. Тело едва прикрывала ткань. Шлем приблизил изображение и Кротов скривился – над правой грудью зияло обожженное сквозное отверстие.
Сразу же следом за мертвой из дверей выскочил человек в броне, Вовка уже знал, что это Саларви – броня подсказала это за секунды до её появления. Однако он все равно вскинул оружие и поймал её в прицел. Он уже видел, как та действует, и понял, что от нее можно ожидать всего – даже очереди по ближайшему союзнику. Но она даже не обратила внимания на него. Только махнула рукой – следуй за мной – и побежала к лестнице. Похоже, опознавание свой-чужой она все-таки включила, в отличие от связи.
Кротов не стал заморачиваться и побежал за ней. На ходу заглянул в дверь, из которой только что выскочила Сапаренд. Сразу опять выругался – на полу лежали еще два трупа, и снова это девушки из заведения. Полуголые тела без всякого оружия. «Она точно чокнутая, – подумал он. – Этих-то за что?»
Он чуть выждал – пусть охранница первой выскочит в коридор второго этажа. Не может же быть, чтобы нападавшие совсем забыли об обороне. Наверняка, они поставили кого-то, кто следит за входом. «Тем более они же видели, что я сбежал». Если же они даже этого не сделали, то это точно идиоты, и им не воевать, а только долги из торговцев выбивать. Но, похоже, это действительно так, Сапаренд уже, наверняка, на втором этаже, а игольники молчат. После того, что Вовка увидел внизу, у него пропало желание прикрывать эту сумасшедшую киллершу. Поэтому он не торопился. И лишь когда он уже почти поднялся, на этаже заговорили игольники.
Кротов мгновенно выбросил мысли из головы и превратился в зверя. Он вел себя так, как учил когда-то отец. С самого раннего возраста, с тех пор, как он себя помнил, его постоянно окружало оружие. Отец начал брать их с братом в лес, как только они смогли носить мелкокалиберку. Он научил их азам охоты – как выследить зверя, какое опережение брать при стрельбе по летящей птице, как сидеть в схронке, ожидая, когда зверь придет на солонцы. В классе пятом он уже сбегал из школы, тихо брал дома мелкашку или старый дробовик и убегал в лес. И до самого вечера, вместо уроков, бродил
