Твари из Рая - Сергей Юрьевич Михайлов
– Отставить ныть! – бодро выпалил я. – Мы все выдержим. Рано нас хоронить.
И чтобы ребята отвлеклись, начал их озадачивать.
– Санька и братья Селивановы, занимаетесь могилой. Копайте с той стороны, за вертолетом. Сами посмотрите, где удобней.
– Есть, – хмуро буркнул Санька, повернулся к братьям и сразу начал командовать:
– Лопаты знаете где? Берите и вперед! Я сейчас возьму ломик и тоже подойду.
– Филя, то есть Иван, – быстро поправился я. – И Геннадий, вы начинайте собирать погибших и уносите туда, к месту похорон.
– Игорь! – вдруг взмолился Филипов. – Давай я копать пойду? Я не смогу мертвых таскать…
– Ладно. Иди. Скажешь Сашке, что ты в помощь. Быстрей выкопаете. Я сейчас схожу, свяжусь по рации с Городом, порешаю, что дальше, а потом сам с Геннадием пойду.
Я повернулся к нему.
– Гена найди пока что-нибудь, во что мертвых завернуть.
Я махнул Ольге.
– Ты со мной.
Пусть пока походит со мной. Не хочу оставлять ее наедине с остальными. Хоть она и спасла нас, но все-таки она из лесных, а у ребят к ним стойкое предубеждение.
Глава 6
– Ольга, что это?!
В штабе все было перевернуто, словно здесь что-то искали. При этом не только в той половине, где находились бумаги и оружейка. Даже постель была вывернута, матрас сброшен на пол. А на полу у стола валялась рация. В зеленом кирпиче основного блока зияла рваная дыра. Пуля из Стечкина пробила блок насквозь. Теперь мы не могли ни с кем связаться.
Она не стала отпираться.
– Игорь, так надо. Ты поймешь.
– Что я пойму? – я разозлился. – Я ничего не хочу понимать! Ты просто похоронила нас. Зачем ты это сделала?
– Выслушай меня, – в голосе Ольги прозвучала боль. – Мы ведь так и не поговорили. Я объясню.
Я раздвоился. То, что я сейчас видел, говорило о том, что Санька прав. Ольга загубила рацию не просто так, тут уже в случайный выстрел, даже ребенок не поверит. Но, я не мог даже в мыслях допустить, что она враг. Если это так, то по большому счету, вся моя жизнь насмарку. Ведь, то, что я не нашел её тогда среди мертвых – заставило и меня выкарабкаться и не сдаться. И каждый день, когда я оставался наедине с собой, я думал о ней. Мечтал о том, как мы встретимся, и о том, что жизнь сразу изменится. Вот она и изменилась.
– Рассказывай.
Усталость от нервной дикой бессонной ночи навалилась на меня, и я присел на стул у стены. Как-то сразу стало на все наплевать. Похоже, зря тогда, в самом начале, меня судьба выдернула из горящего дома. Лучше бы лежал сейчас вместе родителями и братом, под развалинами.
– Быстро про все не расскажешь, но я попробую.
Она отодвинула ногой валявшийся матрас и уселась на топчан.
– Помнишь про караван?
– У меня пока склероза нет, – усмехнулся я.
Она не обратила внимания на мой тон и продолжила:
– А то, что караван едет за золотом и здесь должен встретиться с Добытчиками?
– Ну, само собой! – я начинал злиться. – Давай по делу. Как это связано с тем, что ты лишила нас единственной связи с большой землей?
– Игорь, не перебивай, пожалуйста. Все что я говорю – очень важно, и для меня, и для тебя, и для всех остальных.
Она задумалась, глаза затуманились, и Ольга словно забыла обо мне.
– Ольга.
Она встряхнулась.
– Нет, похоже, придется рассказывать с самого начала. Иначе не поймешь. Помнишь выпускной?
Конечно, еще бы я не помнил выпускной. Вечер – после которого вся моя жизнь пошла кувырком. И не только моя. Двадцать пятое июня – день, когда все в этом мире стало похоже на фильм ужасов. И все люди планеты Земля, стали персонажами этого фильма.
Сначала все было, как положено – цветы, речи, поздравления, застолье. Все началось во время салюта. Поэтому мы не сразу поняли, что происходит. Конечно, смс-ки от МЧС начали приходить на телефоны раньше, почти сразу как это случилось, но кто же на выпускном будет читать смс. Даже те, кто прочитали, посчитали это дурацкой шуткой.
А из-за разрывов салюта мы не сразу поняли, что началось. Все выпускные классы города, родители и куча любопытных заполнили набережную и восторженными криками встречали каждый залп разноцветных огней. Салютовали с баржи, посреди реки – подарок администрации города выпускникам. Лишь когда прямо напротив, на той стороне, вдруг начало рушиться здание все сообразили, что происходит что-то ужасное.
Я до сих пор помню – салют вдруг превратился в летящие с неба, горящие шары с дымными хвостами. Пока они падали далеко, разрывы салюта глушили их звук, но, когда полетели над головами, рев перекрыл все. Это было громче турбины самолета и гораздо страшней. Рев нарастал мгновенно и в апогее разрождался оглушительным взрывом. Я тогда подумал, что нас накрыли из «Урагана», совсем недавно я видел по телевизору стрельбы этой реактивной системы.
Первый взрыв на Набережной произошел далеко от нашего класса. «Бомба», вынырнувшая из, рвущегося цветными всполохами неба, ударила в толпу школьников в метрах пятидесяти справа. Взрыв разметал людей по брусчатке и газонам.
Все. Для меня это был жизненный водораздел. На этом закончилась одна жизнь, и началась другая. Закончилась жизнь, где были школа, родители, брат, Ольга и началась другая – та, где больше не было телевидения, школ, магазинов и многого, многого другого.
Конечно, в тот момент я ни о чем таком не думал. Взрывная волна превратила воздух в бетонную стену, несущуюся по набережной. Меня ударило в грудь, рука Ольги выскользнула из моей руки, и я оказался в воде. Швырнуло меня с такой силой, что я перелетел бетонный парапет, и пролетев еще метров десять, врезался в воду. Все это я не помню, наверное, потерял сознание, потому что начал ощущать себя, уже барахтаясь в воде. Это потом, обдумывая события того вечера, я сообразил, что произошло.
Я расталкивал какие-то бревна и рвался к берегу. В голове билась одна мысль – Ольга! Где она, куда она делась? В шоке я не сразу понял, что в воде не бревна, а мертвые тела. Понял это уже когда выбрался на берег и оглянулся. Как безумный я бегал от одной группки людей к другой, переворачивал тела, вмиг ставших незнакомыми школьниц и искал, искал, искал…
Больше Ольгу я не видел. Потом уже в военкомате, куда я пришел записаться в ополчение, я встретил их соседа, и от него узнал,
