И пришел Лесник! 25 - Василий Лазарев
Я уже не опасался попасть под действие собственного льда, всё же он был умнее шайбы яутжа, провёл по морде бугая пальцем.
— Сколько вас?
— Две сотни, мы прилетели охотиться, — сейчас он не чувствовал своё тело, поэтому говорил относительно спокойно.
— На кого? — удивился я.
— На тех, кого вы называете скребберами.
— Да ладно? Вы в курсе, что они занесены в красную книгу? А один из них вообще мне как сын! — возмутился я.
— Ты отец скреббера? — яутжа в ужасе сверкнул желтыми глазами на своей безобразной морде.
— Скорее акушер. Да, определённо. Я акушер скреббера! И ещё защитник этих милых зверушек, их так мало осталось в галактике. На вас они точно не рассчитывали.
— Я уверен, что ты пизданутый, — яутжа издал ряд клокочущих щелчков, а его переводчик с трудом подобрал подходящее слово.
— Вот так значит? И когда же прилетят остальные? — поморщился я от столь хвалебного эпитета в свою сторону.
— Через месяц.
— Печально. Что за звери у вас в пирамиде? Вы и на них охотитесь?
— Ксеноморфы. Одни из самых опасных животных в галактике. Раньше охотились, но теперь приручили. Они помогают нам загонять добычу.
— Ты видимо не учился в школе, чалдон, иначе бы знал, что самый опасный зверь в галактике — человек! — я постучал ему костяшкой пальце по лбу. — Для чего вам наши тела?
— В них размножаются ксеноморфы. Они могут размножаться в любом теле, и мы пробуем разные. В ваших телах им комфортно. Ксеноморфы наследуют свойства тела своего носителя. У нас уже есть ксеноморфы вылупившиеся из элитных заражённых. Мы хотим подсадить их в скреббера! — яутжа разболтал их планы.
— Да вы маньяки! — я восхитился их замыслам. — Слушай, чалдон, ты случайно не в курсе, неделю назад один из ваших спёр девушку с соломенными волосами. Что с ней сталось?
— Она ведьма! Она увела его с собой в Пекло. Последнее, что мы от него слышали, так это безумный хохот. Ваша ведьма оседлала воина, и он бежал на четырёх лапах как последний пацак!
— Значит и на вас работает! Зря вы сюда прилетели, чалдон, — я резким движением отделил его голову от плеч. Шеи у яутжа практически не было. Срезав лямки рюкзака, я забрал его с собой. Разбираться сейчас не было времени. Афродита уже вернула себе радикально чёрный цвет лица и вроде даже прислушивалась к нашему разговору. Левая рука её висела как плеть. Вытащив бинт, я примотал девушке руку плотнее к телу, чтобы не шлёпала при ходьбе и помог подняться. Через пять минут поисков мы обнаружили Соню. Она просто спала, мирно посапывая под кустом. Рука у неё представляла страшное зрелище. Лучевая кость от такого удара раскрошилась в труху. Изя её конечно соберёт, но Соне нужны кости из литона. Или наручи! Да-да, было у меня что-то подобное. Я разбудил Соню и помог ей встать, также оказав первую помощь. Затем я внимательно осмотрел второго яутжу. Кстати, он был крупнее хоккеиста и у него на плече имелось устройство, по всей видимости лазер. Срезав всё и затолкав в рюкзак я подставил плечо Соне, и мы двинулись в обратный путь.
Глава 6
Проба пера
— То есть, вы прошли сто метров по лесу и вот результат? — чуть ли не в слезах папаша Кац рассматривал месиво, оставшееся от руки его возлюбленной. — Сонечка, как же ты ещё терпишь? Птенчик мой!
— Ой, как это мило! — не выдержала Афродита, всплеснула руками и засмеялась. — Птенчик, рыбка!
— Лайт-спек, на этот раз он у тебя вышел очень хорошим, старичок, — Соня вытерла непроизвольную слезу левой рукой. — Видеть это жутко, но я ничего не чувствую.
— Ещё бы ему не выйти, он из янтаря скреббера. Простой, боюсь не оказал бы такого сильного действия. Боль снял, конечно, но не столь продолжительно. О яде уже и говорить нечего. Кстати, Афродита, он местный.
— Кто местный? — с ней папаша Кац быстро закончил, удалив все последствия яда и ускорив заживление. Девушка уже двигала пальцами повреждённой руки и могла шутить.
— Яд местный. Сродни тому, что выделяет суперэлитный Паук из стаи перерабатывая всё в протеин. Ты вполне могла превратиться в протеиновый коктейль. Может яутжа им ксеноморфов кормят? Тебе повезло, что у Лесника под рукой оказался мой препарат. Могла бы запросто потерять руку. Новую растить муторное занятие и долгое.
— Я могла умереть вся или только моя рука? — с запоздалым страхом спросила Афродита.
— Как пойдёт, если в кровь проникнет достаточно яда, то очень велика вероятность гибели всего организма. Но ты была в теле элиты, у него сопротивляемость на несколько порядков выше. Радуйся! — тем временем знахарь ловко складывал пригодные для использования косточки в лучевую кость на правой руке. Я с ужасом наблюдал за Изей и понимал, что половина костей попросту раскрошилась и сейчас неизвестно где. Порванную во множестве местах кожу папаша Кац удалил вместе с мышцами освободив операционное поле. Всё это он вытворял прямо на улице разложив остатки конечности Сони на какой-то клеёнке.
— Повезло, — констатировала Афродита, перекинувшись в обычное тело. Янису и Фоме она запретила кому-либо говорить о том, что они видели. Увидев её впервые в таком обличье, Янис начал хвататься за револьвер пока у него не отобрали оружие. Фома же по обыкновению упал в обморок, увидев внезапно показавшуюся Афродиту в теле элиты.
— Руку я себе сама сломала по дурости, Изя. Нельзя было полностью выкладываться. Но кто же знал, сколько им надо. Это один из самых сильных моих ударов. Теперь знаю, ему хватило и бы вполсилы двинуть, чтобы окочурился. Можно вообще в четверть силы ударить, чтобы вырубить без переломов. Яутжа, конечно, отличаются от обычного человека силой и выносливостью, но против элиты не выстоят. Один на один без своих приспособлений, сомневаюсь. Лесник сможет их уложить с дарами, я
