Повторная молодость 2 - Валерий Кобозев
— Мне кажется я знаю, почему русский вариант «Хэлло» не зашел зрителю. Манера исполнения специфическая, слова трудно разобрать, да и там тягомотина какая-то по смыслу. А когда ты спела на английском — тут разбирать ничего не требуется, только воспринимать твои эмоции и твой красивый голос, и музыку — а они замечательные — предположил я. — Так что наверно цикл «Адель» на русском пока не пойдет в народ. Пой песни цикла «Мираж», коли у тебя лучше получается.
— Но мы втроем даем жару! Эти профессиональные певицы вносят свою лепту, свою изюминку в эти песни! — тут же уточнила Вера.
— Да ладно — сполоснись в ванной, а я перекушу, коли ты сыта. Ну и присоединишься ко мне в столовой — сказал я.
Вера ушла в ванную, я сделал себе бутерброд с малосольной семгой, запивая его белым вином. Потом попробовал острый салат из квашенной капусты — его надо было запить водкой — налил стопку двадцать пять грамм — закусил капустой и ветчиной. В общем подкрепился, Вера зашла в столовую в халате, с замотанной полотенцем головой.
Глава 3
Вера смотрелась в халате и с замотанной в полотенце головой совсем милой и домашней, в таком виде она уселась за стол, выйдя из ванной комнаты.
— Налей мне водки Валера — попросила она, смотря на салат из квашеной капусты и нарезанный окорок с отчетливыми прожилками сала. На столе стояла горчица, я ей намазывал кусок окорока и отправлял в рот, смакуя и блаженствуя от вкусной закуски.
Я налил пару рюмок, мы выпили, закусили капустой и мясом. Вера следом за мной намазала кусок окорока горчицей и целиком отправила его в рот.
— Волшебница твоя Даша, я так не умею готовить — призналась Вера, смакуя окорок.
— Даша работает не у меня, а в ЖЭУ, этот дом особый — пояснил я. — Домработница оплачивается в коммунальных услугах.
— Да, хорошо быть здоровым и богатым. Ну точнее быть на вершине, или хотя бы у подножья власти — сказала Вера.
— Да, это правда, моя работа очень хорошо оплачивается вот такими условиями жизни — согласился я. — Но я стараюсь сделать в своей работе так, чтобы такие условия появились у большинства наших граждан.
— Ну это вряд ли когда произойдет — отвергла Вера мои прогнозы.
— Всё может быть — философски ответил на это я.
Потом Вера села ко мне на колени, мы стали целоваться, дневные заботы ушли в сторону, и мы уже забыли обо всем на свете, и не мешкая перешли в спальню.
В воскресенье проснулись поздно, еще не раз занимались любовью в постели, потом встали, привели себя в порядок. В двенадцать пришла Даша и начала заниматься домашними делами. Мы позавтракали, я вызвал такси и проводил Веру.
После этого сел в кабинете за компьютер и продолжил тему лазерных гироскопов. Так и просидел до самого вечера, прервавшись на ужин.
Утром в понедельник продолжил работать над этой темой, а наработанные материалы по неодимовым магнитам и электродвигателям на них, вместе с описанием электроники электроприводов, хотел отправить генералу Петрову в Зеленоград для срочного запуска в производство. Но лейтенант Аверин, приехавший на моем Роллс-Ройсе, сообщил, что меня самого ждут в Зеленограде. Отвез пакет сам и передал генералу Петрову.
Зеленоград
Мы на Роллс-Ройсе въехали во внутренний двор Ангстрема, я поднялся на второй этаж в зал совещаний, в котором постоянно находился генерал-майор Петров.
— Добрый день! Как успехи? — спросил я, здороваясь с ним за руку. Затем передал ему подготовленный пакет документов по электродвигателям и неодиомовым магнитам
— Пока все идет отлично! Микропроцессор и все микросхемы из комплекта, а также все типы памяти уже успешно начали производить в Минске и в Киеве, Микрон начал выпуск по трехмикронной технологии арифметического сопроцессора АМ9511, данные на который вы нам прислали. Военные очень ждут его — он в четыре раза быстрее выполняет операции над 32-разрядными числами с плавающей запятой. На очереди запуск этих микросхем в Воронеже и в Новосибирске — сообщил Петров.
— А с чем связан мой вызов? — спросил я.
— Ваши предложения по SMD-технологии уже успели обработать. Возникли некоторые вопросы, хотели с вами обсудить это в деталях — сообщил Петров.
— Ну давайте обсуждать — согласился я.
Петров вызвал заинтересованных лиц и в течение получаса зал потихоньку заполнялся инженерами, многие из них подходили и здоровались со мной за руку — с ними мне удалось тесно поработать над микропроцессором Зет-80.
Последним пришел Дшхунян, он уже командовал отделением из пятисот человек, и совещание началось. Посыпались вопросы, я отвечал, как можно подробнее.
— Боюсь, что не получатся у нас платы с разрешением 0,3 миллиметра — вздохнул в конце обсуждения Машевич. — У нас с разрешением один миллиметр не всегда получаются, много брака.
— Надо упорно работать над этим, не относится к производству печатных плат как к вторичному производству — ответил я. — Тогда и будет положительный результат. В Минприбор передали наши данные?
— Да, разумеется. Но результаты изучения пока не известны — ответил Петров.
Дальше посыпались вопросы насчет монтажа СМД-компонент, как такие мелкие детали монтажники будут паять. Но у меня был опыт — мои электронные замки и электронику для них мы изготавливали сами. Монтажница, без всякого увеличительного стекла, обычным паяльником с тонким жалом спокойно припаивала эти микроэлементы на плату. И собирала до сотни плат за смену. Платы правда были тоже маленькие — два на три сантиметра, но элементы были установлены с двух сторон.
— Товарищи, все это надуманные страхи! Эти элементы спокойно паяются и очень быстро обычным монтажником — обрубил я. — Элементы устанавливаются с двух сторон, поэтому плотность монтажа как минимум в четыре раза выше, чем с ДИП-корпусами.
— С этим трудно спорить — сказал Дшхунян. — Будем переходить на СМД-компоненты. Пока придется работать на обычных, мы уже передали материалы в Минрадиопром с требованием перевода всех комплектующих в СМД-корпуса. Ну или, по-другому говоря, в бескорпусное исполнение. Обещали через три месяца начать их
