Костя - esteem

— Невероятно! — прошептал в восторге Потёмкин. — У наших лётчиков и близко такого нет! Браво, Констанция Николаевна! — от переполнявших его чувств, генерал зааплодировал. К нему присоединились и остальные, включая близнецов и императора.

— Есть кое-что ещё, — улыбнулся Николай и вынул из кармана пиджака, что-то типа кастета с кольцом на навершии и небольшой цилиндр. Всё это он передал полковнику.

— Я думаю тебе эта штука в будущем пригодится, как нельзя лучше, — император посмотрел на начальника армейской разведки. Румянцев заинтересованно взглянул на манипуляции Ивлева.

— Вот сейчас и посмотрим, — пробормотал Кот.

— Что посмотрим? — тут же спросила сестра. Она внимательно следила за манипуляциями начальника охраны Кости.

— Посмотрим, что из себя представляет техномагический арбалет Сентябрейшей.

— Где арбалет? — Котя заозиралась по сторонам, выискивая у кого-то в руках, такую знакомую игрушку.

— У полковника, — шепнул брат. — Тсс.

— У полковника? Так это на молоток какой-то похоже, — удивилась сестра.

— Тсс, — повторил Кот. — Смотри.

Быстро вставив цилиндр в кольцо и нажав на кнопку в верхнем углу рукояти-кастета, полковниик поднял руку для стрельбы. Все наблюдающие заметили, как цилиндр не касаясь внутренних стенок кольца, неторопливо и плавно проворачивается вдоль своей оси. Удивлённый и недоуменный вздох прошелестел по притихшему тиру. Сам Николай тоже внимательно следил за действиями полковника. Фельдъегерь привёз ему эти вещицы в разобранном состоянии и не смог толком объяснить, что это вообще такое. В прилагающемся письме от дочери, он за научными терминами, мало что понял. Понял лишь, что это новое оружие.

Тем временем экспериментальную каску отнесли на тридцать метров от стоек для стрельбы. Полковник поднял руку, прицелился…и ничего не произошло. Только шлем улетел с постамента. Причём улетел очень далеко. Почти к противоположной стене стрельбища.

— Однако, — пробормотал император.

Когда шлем принесли, то все увидели, что прямо в лобовой части торчит наружу кончик, не более сантиметра длиной, стальной иглы. Вся остальная часть вошла вовнутрь.

— Однако. — повторился царь.

Сквозь компанию генералов рассматривающих шлем, пробился цесаревич и взял мишень в руки.

— (Ek=12mv2cap E sub k equals 1 over 2 end-fraction m v squared), — пробормотал Кот, с интересом рассматривая не шлем, а торчащую в нём стрелку.

— Что ты говоришь, сынок? — император подошёл поближе к цесаревичу.

— Я говорю, что результат очевиден, папа. Концентрированное воздействие кинетической энергии на ограниченно малую площадь поверхности. Элементарная физика. А вот принцип работы самого…мм…арбалета… — Кот вопросительно посмотрел на Ивлева. Ренат Валентинович слегка стушевался, но быстро взял себя в руки:

— Ваше Высочество, — проговорил он достаточно уверенно. — Её Высочество Констанция Николаевна, в общих чертах описала нам работу арбалета.

— Арбалета ли? — иронично усмехнулся цесаревич.

— Констанция Николаевна, назвала его магнитно-индукционным роторным арбалетом, — пожал плечами полковник. — Там что-то связано с электро-магнитным полем, высоким напряжением и магическими кристаллами горного хрусталя, как накопителей необходимой энергии. Простите, Ваше Высочество, я не силён в артефакторике.

— Архип Павлович, — повернулся цесаревич к военному министру.

— Слушаю, Ваше Высочество.

— Вы в начале испытаний, что-то говорили о фантастике и космической пехоте.

— Говорил, — смущённо буркнул князь.

— Вы оказались совершенно правы, генерал, — улыбнулся цесаревич и отошёл обратно к сестре.

— Правда наша Костя самая умная? — шепнула она ему на ухо.

— Истинная правда, — совершенно искренне ответил брат.

— Всё это хорошо, господа. Но нам надо решить, что мы можем выставить на всеобщее обозрение, в рамках завтрашней международной ярмарки военного тщеславия? — усмехнулся император. — Кроме того, что уже подготовлено светлейшим князем Потёмкиным Вячеславом Георгиевичем.

— Из всего предоставленного здесь, государь? — спросил Барятинский.

— Именно, — подтвердил Николай.

— Ничего! — безапелляционно заявил военный министр. — Абсолютно ничего! Я настаиваю Ваше Императорское Величество! Иначе вынужден буду подать рапорт об отставке!

— Но почему? — деланно удивился царь. — Моя старшая дочь, упрекает меня в письме, что пока империя играет в секретики, все нормальные державы, вовсю торгуют оружием!

— В секретики? — хмыкнул Румянцев. — Слышал бы это сейчас Бенкендорф, его бы наверняка кондратий хватил. — Я вот, что хочу сказать, государь. Господа… — генерал кивнул всем присутствующим. — То, что мы и все остальные державы выставляем напоказ. То чем мы в настоящее время торгуем, имеет примерно равные ТТХ с другими аналогами. У кого-то чутьпо лучше, у кого-то чуть похуже. Ключевое слово: чуть.

Однако то, что сейчас лежит перед нами, по своим характеристикам обгоняет современную военную мысль, не меньше чем на сорок пятьдесят лет. Вы только представьте себе господа. Полвека! Если мы выложим новую амуницию на всеобщее обозрение… — граф сокрушённо покачал головой. — Я даже не говорю об этом, — начальник армейской разведки, поднял со стойки разобранный арбалет, — Это отдельная история. — Европейские империи и США, а также Япония, Цинь и Корея, потребуют предоставить им технологии изготовления материалов для бронежилетов и шлемов. Ой, да что я распинаюсь, каждый из вас, господа, сам знает чем это может закончиться! — отмахнулся граф Румянцев. — В общем, Ваше Величество, я против показа амуниции. Нам только тотального эмбарго не хватало, международных санкций и блокады морских портов. А вам, государь, дополнительной заботы об охране наследницы.

— Так-то ты прав, мон шер, — кивнул император. — Но надо хоть что-то выставить, а то Костя обидится.

— Пусть обижается, государь! — не выдержал таки, Барятинский. — Но лучше пусть своей атефакторикой занимается, чем в большую политику лезет. Её Высочеству там пока делать нечего! Вот станет императрицей, тогда другой разговор!

— Знаю! — вдруг вскрикнула Котя хитро улыбаясь. В полной тишине она подняла с пола кусок картона, обрывок упаковки амуниции, потом из своей сумочки вынула простой карандаш. Пять минут что-то рисовала, а потом развернула получившийся рисунок на суд военных экспертов. — Вот! Вот что мы выставим взамен Костиных изобретений!

— Поздравляю, Ваше Высочество, — хохотнул Потёмкин. — Неожиданно и патриотично.

На куске картона был мастерски нарисован кукиш. В манере карандашных набросков Рубенса.

— А я пожалуй куплю у вас цесаревна, этот шедевр, — заявил граф Румянцев. — После выставки естественно.

4

Торжественная линейка посвящённая первому дню занятий в новом учебном году, в столичном магическом лицее номер 1, города Санкт-Петербурга, была сорвана. И сорвал её лично, один из шефов этого элитного учебного заведения, ученик 8-го А класса, Романов Константин. Когда школьники выстроились в классные коробки, когда преподаватели заняли свои места на мраморном крыльце у входа в лицей, когда директриса, профессор филологии, заслуженный учитель и маг империи Маргарита Станиславовна баронесса фон Устинов дунула в микрофон, для проверки его работы, отчего по всему плацу разнёсся противный писк, тогда-то и раздался далёкий рёв, постепенно переходящий в тонкий визг, хорошо знакомый любителям гонок формула-1.

В мгновение ока метровый болид вылетел на плац и принялся выписывать фигуры высшего пилотажа! Глаза, как