Барон фон дер Зайцев 4 - Андрей Готлибович Шопперт

А так лёгкие холст и рама. А потянули они в столице Дании, в Роскилле (Roskilde), каждая по пятьдесят пять марок. В пересчёте с золота. Так как купец Карл Вельцен приобрёл их за золотые флорины. Монетка эта в районе четырёх граммов чистого почти золота и по покупательной способности как раз равна немецкой марке, весящей сорок грамм, тоже чистого, но серебра.

Иоганн хотел тот же самый аукцион устроить… Нда, могло получиться марок на десять дороже. Но это не самые большие в мире деньги, во-первых, а во-вторых, договор с купцом этим, что пришлёт племянника для управления постоялым двором, и не даст ему разориться на первых порах, стоят тех недополученных десяти марок. Так и в-третьих, есть. Купец сказал, что приедет в конце лета в Ригу и купит за примерно такие же деньги ещё пять — шесть картин. А что главное для художника? А главное для него не картину нарисовать, а продать её. В Риге же поделки Иоганна, брата Сильвестра и его учеников покупать за нормальные деньги перестали. Всё, рынок они перенасытили. Цена упала до двадцати марок. А это хоть и в разы больше себестоимости, но ведь продать за пятьдесят марок лучше, чем за двадцать.

А кроме того, если у Вельцена получится продать их выгодно в богатых ганзейских городах, то можно и дальше картины рисовать. Об этом Иоганн уже переговорил с жителем Любека, о ценах пока разговор не заходил. Иоганн показал Карлу миски с мультяшными героями, кружки и разделочные доски. Все образцы были, всё-таки удивительно похожим на Георгия Вицина купцом, обследованы вдоль и поперёк, и каждый раз выслушивая цену в Риге, товарищ расплывался в улыбке, видимо цена была явно занижена. Нет, Иоганн и сам это понимал. Первые образцы, попадая на рынок в Риге, продавались очень быстро и за хорошие деньги, а потом цена падала. Курсов по бизнесу Иван Фёдорович не проходил там в будущем — прошлом, но понять, что, если рынок всё время не расширять, то настанет кризис перепроизводства вполне себе был способен. И вот эти рынки сами пришли. Принёс Венцель их на блюдечки с голубой каёмочкой.

Был ещё один небольшой бонус от знакомства с купцом. Карл Вельцен взял Иоганна во дворец на встречу с королём в качестве своего помощника, ну и переводчика — разведчика.

— Там будут франки и англы, могут и с других стран гости… Ты же говорил Иоганн, что знаешь английский и латынь. Пока идёт приём походи среди гостей в качестве пажа и послушай, что они говорят. Интересуют меня в общем только две вещи, цена мира… Ну, что может затребовать король Эрик VII с графа за перемирие или мир, но это не главное. Ты послушай… про расклад сил. Кто может прийти на помощь Дании? Кто может дать денег королю на продолжение войны?

— Да легко. Самому интересно. Мне этот мир тоже нужен, чтобы безопасно торговать.

Иоганн пытался вспомнить историю. Вообще ничего про короля Эрика VII он не знает. Значит, он ничем великим не отметился. А Шлезвиг-Гольштейн будет ещё сотни лет причиной раздора с немцами. И даже как-то русские императоры туда втянутся с дуру. И, как всегда, не на той стороне.

— Славянин? — Иоганн думал в это время про кукурузу из Южной Америки и расклад сил в королевстве его не сильно волновал, а именно об этом по дороге из Копенгагена к Роскилле рассказывал ему купец. Они ехали на нанятых телегах. У Венцеля имелся портшез, и восемь носильщиков, но ради разговора с новым торговым партнёром и возможным шпионом купец пересел на тряскую телегу. Не так и плохо ехали, да с рессорами проблема, но почва песчаная и довольна ровная дорога, на которой даже ямы заделаны, так и на небе солнышко. Ехали в куче соломы, прикрытой попонами, и разговаривали.

— Да он из дома Грифичей. Это славянский померанский род. И имя у него настоящее Богуслав. Он сын герцога Померании Вартислава VII. А мать у короля Мария Мекленбургская, которая происходит из славянской правящей династии Мекленбург-Шверинских (Зверинских) герцогов.

В Дании, Швеции и Норвегии королей выбирают. Вот сначала в Норвегии потом в Дании, а после и в Швеции Богуслава и выбрали королём сменив при этом имя на более им привычное Эрик.

Я даже слышал, что король с некоторыми своими приближёнными общается на славянском языке, похожим на польский.

— Интересно.

Иоганн задумался. Может ли это что-то ему дать? Придёт завтра к королю и скажет: «Брат Эрик я тоже славянин — русский. Давай дружить домами»!

А тот, как в фильме «Москва слезам не верит», голосом Баталова ему ответ: «У меня встречное предложение. Давай дружить семьями»!

Нет. Никто славян так и не объединил. Наоборот. С огромной радостью они друг дружку вырезают. А ведь на самом деле объединись все славяне в Европе и подмяли бы её легко. Не онемечивание славян бы происходило, а ословянивание немцев… Ословянивание? На ослов похоже. Вот главная причина почему это не произошло. Кто же хочет ословяниться — в осла превратиться.

Событие сорок третье

«Наш королёк» как я его называю. А чего, больше всего слово «КОРОЛЁК» и подходило к Эрику седьмому этого имени. Наверное, он бы смотрелся по-другому, если бы Иоганн вчера не наслушался лекций Вицина. Славянин. Богуслав. Сын Вратислава. И что в итоге Богуслав Вратиславович оказался плюгавеньким перцем ростом меньше четырнадцатилетнего барончика на полголовы. С каштановыми… серыми какими-то даже волосами, явно завитыми на бигуди, грязными космами, свешивающимися на плечи. Серые глаза, большие надбровные дуги, делающие лицо дебильным. Неандерталец. И не корона на грязных волосах, а берет причудливый. Насколько понял Иоганн королю было сейчас тридцать лет. А вот лицо было человека лет пятидесяти. Король брился, ни бороды, ни усов. Чистое лицо? Хрена с два. Оно было… не грязным. Оно было корявым. Оспа прошлась по нему от души, всё лицо в шрамах и лунных кратерах. Отталкивающее лицо. И хоть понятно, что и родителей не выбирают, от них лицо достаётся и от оспы сейчас мало кто может убежать, но всё в сумме и черты лица и кожа и волосы делали лицо короля отталкивающим.

Рядом с ним была жена. Такая же мелкая женщина и тоже с дебильным изъетым оспою лицом. Она была до свадьбы английской принцессой. Непонятно из-за кого. Принцесса виновата или этот славянин, но они уже больше пятнадцати лет в браке,