Сердце шторма - Рая Арран

— Не смей! — Алиса попыталась закричать, но из-за слабости получился только хрип, а на глазах выступили слезы. — Вера, прошу… — Обида сменилась мольбой. — Ты сказала, что не осудишь, поймешь. И я верю, потому что только ты и сможешь понять. Прошу, не лезь. Ты погубишь нас. И… И тогда я тоже не стану молчать!

Вера посмотрела на подругу долгим взглядом. Та подняла палец и указала на Веру.

— Молчи. Если хочешь сохранить свою тайну.

Вера почувствовала, как по спине сбегают мурашки. Алиса не могла ничего знать про нее и Педру. А других тайн за Верой не водилось. Если только…

— Что ты себе придумала, Алиса?

— Не придумала. Они… — Колдунья замолчала и повернулась к дверям.

На пороге стоял очень недовольный Пафнутий и держал в руке несколько кожаных ремней.

— Да лежу я, лежу… — проскулила Алиса, зарываясь под одеяло.

— Госпожа Вера, я думал, вам не нужно объяснять, что пациентов нельзя беспокоить. Уходите сейчас же.

— Прости, Пафнутий. Уже ухожу.

— Вера… пожалуйста… — тихо повторила Алиса, и неожиданно в голосе ее зазвучала угроза: — Я предупредила тебя.

Вера резко развернулась, в груди вспыхнула злость, заставляя глаза светиться, возмущенная сила неуловимо изменила обличье. Русалка похлопала рукой по сумке, покачала головой и улыбнулась. И это была не улыбка «милой Верочки».

— Я не боюсь своих демонов. А ты?

Алиса вздрогнула.

— Так. — Между девушками встал Пафнутий. — Во-первых, использовать силу в моем корпусе запрещено. А во-вторых, вы, видимо, очень хотите рассказать мне, что вас так встревожило, дамы.

Вера прищурилась и вернула лицу привычное дружелюбное выражение.

— Любовь, Пафнутий. Ты же знаешь, какая она у людей… эмоциональная… и ревнивая… Это моя вина. Не стоило приходить так рано. Убегаю, убегаю, убегаю… — Не переставая виновато улыбаться, Вера выскользнула за дверь.

«Оставь». Как же. Она уже пообещала Алеше, что все выяснит. Личную вину и беспокойство за друзей усиливала теперь тревога за Академию в целом, ведь не ясно, что за заклятие Алиса притащила на территорию общежития. И внезапная обида… неужели и правда Алиса так сильно приревновала Алешу, что решила разорвать отношения? Из-за Веры? Глупо. А угроза! Опрометчивая и жалкая попытка манипуляции требовала праведного воздаяния. Вера шла по аллее парка и думала, что делать дальше. У нее от силы есть день… может, и того меньше, неизвестно, что успел услышать Пафнутий, но молчать он в любом случае не станет и в отговорку про любовь вряд ли поверит. Даже если в происшествии не увидели ничего странного изначально, теперь его рассмотрят со всех сторон. Вопрос только в том, когда и с чего начнут. И кто возьмется за дело.

Было ясно, что Алиса очень не хочет, чтобы кто-то чужой отправлялся в особняк. Волнуется за отца? Или там есть еще что-то из запретного? Или опасается мачехи. Вера вдруг вспомнила португальские Эрмиды, которые начисто выжигали в женщинах естественную природу перед постригом. А ведь Наталья Петровна всегда хотела отправить Алису в скит. Могла ли она причинить падчерице такой вред, чтобы покрыть позором и насильно постричь в монахини? Может, артефакт на самом деле защитный?

Нужно понять, что творится в особняке Шанковых, и разобраться в заклятии. Для второго у Веры имеются возможности. Но как проникнуть в чужой дом, не покидая Академию? Нужен див. Никого из слуг привлекать нельзя: они не станут помогать, но могут выдать и только добавить проблем. Анонимуса знают и без причины не подпустят к Академии, да и не подходит он на роль шпиона-следователя. Кузя… вот кто был бы кстати, но официально он на службе Управления, и хоть приоритетов у анархиста нет, орел на ошейнике связывает его по рукам и ногам. Кузя не имеет права лезть в чужое жилье без приказа — такая выходка сильно подставит Гермеса Аркадьевича…

Нужен кто-то, кому плевать и на Академию, и на госслужбу. И по большому счету на Веру, чтобы не начал слишком защищать и опекать. Но чтобы мог послушаться и выполнить просьбу. Кто-то достаточно умный, хитрый… и маленький…

Вера дошла до чародейского корпуса и сразу направилась к стоящему в общей гостиной телефону.

— Алло, — ответил знакомый голос после первого же гудка.

— Привет, Любава, можешь одолжить Себастьяна на день?

— Сегодня? Хм… в общем-то могу, а что случилось?

— Мне нужна кое-какая помощь в Москве, и решительно некого попросить. Поход по магазинам, недолгий, но с меня интересная прогулка и огро-о-мное облако сладкой ваты.

Любава засмеялась:

— Ты знаешь, чем заманивать дивов. У Себастьяна уже горят глаза. Ладно, закончит с обедом и прилетит. Жди. Ты уже в городе?

— Нет. Но поезд как раз через полчаса отправляется. Так что встретимся на Арбате.

— Хорошо. Тебе что-нибудь нужно от меня? Настойки, мазь, травы?

— Нет, еще все есть, спасибо тебе.

— Да не за что, хорошо, что позвонила, еще бы в гости заглядывала хоть иногда…

— Сказала вечно работающая чародейка…

Они еще немного поболтали о всяких пустяках и распрощались.

У Веры оставалось совсем немного времени, чтобы собраться и вовремя прийти на станцию. Но сначала нужно было сделать еще кое-что.

Колдунья вернулась в комнату и заперла дверь. Достала из шкафа небольшой узкий футляр, открыла и несколько секунд постояла, рассматривая свои сокровища. Чужому взгляду они могли бы показаться странными. Высохшая роза, перевязанная атласной лентой. Маленькая серебряная корона и кинжал.

Вера подошла к зеркалу и осмотрела себя, закатала повыше рукав кофты, взяла кинжал и резанула по левому плечу, сразу усиливая знак затворения крови, и стала отсчитывать секунды. Один, два… десять. И еще один порез. И еще раз.

Потом стерла кровь с руки и лезвия, убрала нож и достала розу. Сняла с нее атласную ленту, снова оглядела себя, убрала с волос старую потертую заколку и принялась плести косы.

Себастьян появился перед столиком, за которым, спрятавшись за книгой, сидела Вера, и сразу уставился на заранее купленную сахарную вату. Порция занимала полстола.

— Угощайся, — разрешила Вера. И Себастьян сел напротив, с интересом глядя на колдунью.

— Госпожа Любава велела помочь вам, что от меня требуется?

— Для начала, съесть угощение, выпить кофе и пройтись со мной до вокзала, помогая с этой тяжелой ношей. — Вера показала на рюкзак. — Так ты «поможешь мне с покупками», чтобы в случае чего ответить, как прошел день.

— А потом?

— А потом… — Вера отложила книгу и достала из кармана розарий, в котором они с Риверой когда-то спрятали довольно сильный амулет блокировки. — Ты очень