Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская

Носились они так до тех пор, пока не подоспела подмога.

– Стоять на месте! Сверхполиция, девятый отряд! – голос Николаса прозвучал самой приятной на свете песней. – Стоять, я сказал, иначе буду стрелять!

Я не слышала выстрелов или препирательств, но внезапно все стихло, как если бы звук снаружи выключили. А через пару минут багажник открылся, и надо мной склонилось бледное лицо Маринки.

– Живая… Наташка, как же я перепугалась!

Я обнимала ее, потом Николаса, а затем и сопротивляющегося Аго. От души целовала в морщинистую щеку и не слушала его оскорбительных замечаний. Только потом заметила, что Валерий лежит возле стены – с ножом в спине. Содрогнулась, но попыталась стряхнуть оцепенение: он был очень, очень плохим существом, и даже неведомый Сережа вздохнет с облегчением, перестав быть его безмолвным рабом.

Тролль неожиданно перестал быть моим напарником и, к удивлению, меня сразу сдал:

– А Талья тут вахарнийскими артефактами приторговывает!

– Да с чего ты взял?.. – протянула я.

– С того, что я тебе не идиот! День рождения она мне устроила, как же! Вертихвостка тупорылая. Куда товар припрятала, контрабандистка?

Не видя выхода и смысла отпираться, я поникла. Николас только после моей реакции нахмурился. Он сходил внутрь и вернулся через несколько минут уже со знакомой коробкой в руках. Не представляю, как оборотень так быстро ее нашел – возможно, по запаху. А замки и охрана для такого бойца – не проблема. Я же прятала от него взгляд и пялилась в землю.

– Не объяснишь? – голос магикопа стал сухим, как пергамент. Он спрашивал так, будто впервые в жизни столкнулся с предательством.

Предательницей я и была. Но перед глазами стояло судилище, на котором сначала Диминика приговаривают к заморозке или смертной казни, а вслед за ним и меня. Я никак не могла сдать его, не сдав себя – хитрый инкуб очень над этим потрудился. Да и без себя его сдать не могла, как бы странно это ни звучало. Вздохнула и промямлила:

– Не объясню, Николас. Просто прошу прощения и клянусь, что сделала это не ради наживы. У меня не было другого выхода.

– Тебя заставили? Кто? – в его тоне до сих пор не появилось ни капли тепла.

– Не могу сказать. Единственное, что обещаю: это было в первый и последний раз.

Оборотень сделал ко мне шаг, вздохнул и отчетливо произнес:

– Мы все уже начали считать тебя своей коллегой, редкое полное единодушие в девятом отряде, потому мне сложно описать разочарование. Ты арестована, Талья. С утра соберем Совет. Не сопротивляйся и не беги – я все еще безупречно владею кинжалами.

Маринка вновь забеспокоилась и выступила вперед, защищая меня:

– Если моя подруга арестована, то меня ты больше не увидишь!

Николас вздрогнул, посмотрел на нее, однако голос его прозвучал спокойно:

– Не ставь меня перед таким выбором, ведь я приносил присягу. Марина, я люблю тебя и вижу в тебе мать своих будущих волчат, но…

– Что, прости? – такое признание ее обескуражило, лишив энергии. – Да мы едва знакомы! У нас было два свидания и пять посиделок на кухне!

– Оборотни, – протянул в стороне тролль. – До смешного собачья преданность и удобищная влюбчивость. Подскажу тебе, дурында, если не ответишь ему взаимностью, то он очень скоро перевлюбится в первый попавшийся пень.

На него не обратили внимания. Николас повел меня к другой машине, крепко удерживая за локоть и объясняя:

– Я магикоп, поэтому вопрос не обсуждается. Сейчас мы вернем машину на место, высадим Марину, а затем сразу в Вахарну. До тех пор хорошенько подумай, что будешь говорить на судилище. Если тебя заставили, то это может смягчить приговор. Тогда заморозят на полгода – считай, легко отделаешься. Я, правда, просто не знаю, чем тебе еще помочь.

Бежать я не собиралась, не видела ни смысла, ни возможности. Мы бросили тело Валерия на улице – уже человеческая полиция завтра будет разбираться, кто прикончил владельца ночного клуба «Громкое эхо». И лично мне было спокойно, что больше в обоих мирах такого существа нет. А у меня, кажется, открылся талант: влипать в неприятности, каким-то невероятным образом из них выпутываться и тут же влипать в новые.

Глава 15

Я села на заднее сиденье, Маринка разместилась рядом и по дороге объясняла, как они так быстро к месту моего спасения добрались:

– Мы машину угнали, представляешь? Вернее, Николас угнал. Вообще-то, это было очень круто! У него какая-то штуковина, которая помогла открыть дверь и завести двигатель! Ты слышишь меня, Николас, я на самом деле впечатлена! И ты правда собираешься испортить все очарование этим арестом?

Оборотень услышал и добавил, будто оправдываясь:

– Выхода не было, нельзя было медлить ни минуты. Очень боялся, что не успеем. Аго сказал название клуба, но риск тебя потерять был очень велик. Сейчас вернем на место – если повезет, то владелец даже не заметит, что я его машиной воспользовался. Как бы то ни было, но я рад, что ты жива и невредима, Талья. Ты слышишь, Мариночка, что я твою подругу спас? Но в остальном я бессилен!

И как к подобному относиться? Я даже злиться на него не могла. Голова раскалывалась от противоречивых эмоций. И тролль больше не раздражал, а скорее веселил:

– Уже перевлюбился, магикоп? А чего тебе – бери обеих! Худая блондинка и жирная брюнетка – мечта любого волка! Разномастных волчат настрогаешь.

– Я жирная?! – разъярилась Маринка, которая была совсем немного пухлой, но уж никак не толстой. Ей еще предстояло научиться терпеть компанию тролля.

А я страшно устала и не хотела слушать сейчас глупые споры. Мне надо было как-то успокоиться, отвлечься и попытаться обмозговать ситуацию отстраненно. Только тогда я сумею увидеть какой-то выход, ведь он обязан быть!

– Включите хоть музыку, – попросила тихо и, когда Николас выполнил мою просьбу, прикрыла глаза и начала грустно подвывать знакомой песне по радио.

– Пой громче! – потребовал тролль. – Какой голосок! Как скрежет металла по стеклу.

Мне было несложно хоть чем-то ему угодить. Но посередине следующей строчки я осеклась и мысленно вернулась к своей беде. Нельзя было сдаваться! Это же замечательный Николас, добрый и ответственный оборотень, который хорошо ко мне относится – неужели я не предприму еще попытки до него достучаться, пока время есть? Однако, за отсутствием аргументов, я банально заскулила от отчаянья:

– Николас, мы ведь друзья, ты с соседкой моей встречаешься, ты без сомнений бросаешься на помощь! А может, просто забудешь? Ну оступилась я – с кем не бывает?

Его ответ был настолько невероятен, что я поначалу решила – мне послышалось:

– Хорошо, обо всем забуду.

– В смысле? – вырвалось у Маринки.

– Обо всем забуду, – повторил он громче. – Любимая, а ты почему назад села? Мне нравится твой запах, а не дух нашего противного Аго. Кстати, не напомните, зачем мы ехали в ночной клуб, если не собирались там хотя бы потанцевать? А-а, вам же обеим с утра на учебу. Но все равно было глупо угонять машину, чтобы вашу странную парочку оттуда забрать.

Мы с подругой разинули рты. Наше общее недоумение выразил тролль, который обернулся и вытаращил на меня огромные глаза:

– Ты его отведьмачила! А говорила, что не умеешь, гнида курсантская.

Странно, непонятно, но похоже на правду. Николас расслабился и как будто действительно позабыл события последнего часа. К неудаче, с нами был Аго, который взялся ему напоминать:

– Магикоп, очнись! Ты не помнишь, как только что убил преступника?

– Я убил? – оборотень ответил расслабленно и устало покосился на него: – Слушай, вот я к троллям с детства привык, а до сих пор возникает один и тот же вопрос: «Что ты несешь?» Не отвечай, вопрос риторический. Ты ведь сам не слушаешь, что несешь.

Я подалась вперед и прошипела:

– Прикуси язык, Аго, а то и тебя отведьмачу!

Он принялся привычно ругаться, но уже на посторонние темы. И я медленно выдохнула. Тролли всем хороши, но самая лучшая их черта в том, что их никто всерьез не воспринимает!

Я даже коробку